ЖАНРЫ

Божественная комедия
Шрифт:
46
Здесь та и эта соединена, Та — покоряясь, эта — созидая, Затем что в высшем месте [924] рождена.
49
Смешавшись с той и к делу приступая, Она ее сгущает, сгусток свой, Раз созданный, помалу оживляя.
52
Зиждительная сила, став душой, Лишь тем отличной от души растенья, Что та дошла, а этой — путь большой,

924

В высшем месте — в сердце.

55
Усваивает чувства и движенья, Как гриб морской, и нужные дает Зачатым свойствам средства выраженья.
58
Так ширится, мой сын, и так растет То, что в родящем сердце пребывало, Где естество всю плоть предсоздает.
61
Но уловить, как тварь младенцем стала, Не так легко, и здесь ты видишь тьму; Мудрейшего, чем ты, она сбивала,
64
И он учил, что, судя по всему, Душа с возможным разумом не слита, Затем что нет вместилища ему. [925]
67
Но если правде грудь твоя открыта, Знай, что, едва зародыш завершен И мозговая ткань вполне развита,
70
Прадвижитель, в веселии склонен, Прекрасный труд природы созерцает, И новый дух в него вдыхает он,

925

Мудрейшего, чем ты… — Аверроэса, арабского философа XII в. (А., IV, 144). «Возможный разум» — схоластический термин, обозначавший познавательную способность.

73
Который все, что там росло, вбирает; И вот душа, слиянная в одно, Живет, и чувствует, и постигает.
76
И если то, что я сказал, темно, Взгляни, как в соке, что из лоз сочится, Жар солнца превращается в вино.
79
Когда ж у Лахезис [926] весь лен ссучится, Душа спешит из тела прочь, но в ней И бренное, и вечное таится.

926

Лахезиссм. прим. Ч., XXI, 25.

82
Безмолвствуют все свойства прежних дней; Но память, разум, воля — те намного В деянии становятся острей.
85
Она летит, не медля у порога, Чудесно к одному из берегов; [927] Ей только здесь ясна ее дорога.
88
Чуть дух очерчен местом, вновь готов Поток творящей силы излучаться, Как прежде он питал плотской покров.

927

К одному из берегов — к устью Тибра или к берегу Ахерона (см. прим. Ч., II, 94-105).

91
Как воздух, если в нем пары клубятся И чуждый луч их мгла в себе дробит, Различно начинает расцвечаться,
94
Так ближний воздух принимает вид, В какой его, воздействуя, приводит Душа, которая внутри стоит. [928]
97
И как сиянье повсеместно ходит За пламенем и неразрывно с ним, Так новый облик вслед за духом бродит

928

Здесь Данте расходится с Фомой Аквинским, утверждавшим, что душа, покинув тело, становится вполне бестелесной.

100
И, так как тот через него стал зрим, Зовется тенью; ею создаются Орудья чувствам — зренью и другим.
103
У нас владеют речью и смеются, Нам свойственны и плач, и вздох, и стон, Как здесь они, ты слышал, раздаются.
106
И все, чей дух взволнован и смущен, Сквозит в обличье тени; оттого-то И был ты нашим видом удивлен». [929]

929

Вечный строй я излагаю… — Стаций излагает, близко следуя Фоме Аквинскому (см. прим. Р., X, 82), учение об утробной жизни человека, о происхождении разумной души и о посмертном ее существовании в бестелесной оболочке.

109
Последнего достигнув поворота, Мы обратились к правой стороне, И нас другая заняла забота.
112
Здесь горный склон — в бушующем огне, А из обрыва ветер бьет, взлетая, И пригибает пламя вновь к стене;
115
Нам приходилось двигаться вдоль края, По одному; так шел я, здесь — огня, А там — паденья робко избегая.
118
«Тут надо, — вождь остерегал меня, — Глаза держать в поводьях неустанно, Себя все время от беды храня».
121
«Summae Deus clementiae», [930] — нежданно Из пламени напев донесся к нам; Мне было все же и взглянуть желанно,
124

930

«Summae Deus clementiae» (лат.) — «Бог высшей милости» — начальные слова молитвы о ниспослании душевной и телесной чистоты.

И я увидел духов, шедших там; И то их путь, то вновь каймы полоска Мой взор распределяли пополам.
127
Чуть гимн умолк, как «Virum non cognosco!» [931] Раздался крик. И снова песнь текла, Подобием глухого отголоска.
130
И снова крик: «Диана не могла В своем лесу терпеть позор Гелики, [932] Вкусившей яд Венеры». И была

931

«Virum non cognoso!» (лат.) — «Мужа не знаю!» — слова девы Марии.

932

Позор Гелики — Диана изгнала из своего леса нимфу Гелику (Каллисто), обесчещенную Юпитером. Ревнивая Юнона превратила Гелику в медведицу, но Юпитер вознес ее на небо вместе с ее сыном Аркадом, в виде созвездий Большой Медведицы и Волопаса (Метам., II, 401–530) (ср. Р., XXXI, 32–33).

133
Вновь песнь; и вновь превозносили клики Жен и мужей, чей брак для многих впредь Явил пример, безгрешностью великий.
136
Так, вероятно, восклицать и петь Им в том огне все время полагалось; Таков бальзам их, такова их снедь,
139
Чтоб язва наконец зарубцевалась.
Поделиться с друзьями: