Чтение онлайн

За столом воцарилась гробовая тишина. Роман не смел взглянуть на отца, глаза которого буравили его.

— Простите моего сына, — с нервной усмешкой сказал мистер Китт. — Он читал слишком много мифов в детстве.

— Почему бы тебе не рассказать нам побольше о «Газете», Роман? — предложил доктор Литтл. — Я слышал, что канцлер Верлис ограничил газеты Оута в том, что касается освещения войны. Это правда?

Роман замер. Он не был уверен — в эти дни он был так сосредоточен на том, чтобы переплюнуть Айрис, — но потом подумал о том, как мало он писал о войне, и о том, как Зеб переключился на другие темы. То, что Роман писал о пропавших солдатах, было удивительно, хотя, возможно, даже это было уловкой, чтобы настроить людей против Энвы.

— Я не слышал ни о каких ограничениях, — ответил Роман. Но это вдруг показалось ему возможным, и он представил себе, как канцлер Оута — высокий, пучеглазый человек с суровым лицом — спокойно вводит такие ограничения, чтобы уберечь восток от разрушительной войны.

— Когда вы станете обозреваталем? — спросил доктор Литтл. — Я обязательно куплю газету в этот день.

— Я не уверен, — ответил Роман. — Сейчас я прохожу аттестацию на эту должность.

— Но он ее получит, — настаивал г-н Китт. — Даже если мне придется подкупить старика, который управляет этим заведением.

Мужчины захихикали. Роман напрягся. Слова Айрис вернулись к нему, как пощечина. «Если ты станешь обозревателем, то только благодаря тому, что твой богатый отец сможет подкупить Отри, чтобы тот дал тебе эту должность.»

Он поднялся, торопливо стукнув по столу. Тарелки зазвенели, огонек свечи дрогнул.

— Прошу прощения, — начал он, но голос отца превзошел его.

— Сядь, Роман. Нам нужно обсудить кое-что важное.

Роман медленно сел на свое место. Тишина была тягостной. Ему хотелось раствориться в трещине в полу.

— О, дорогой, — воскликнула его мама. — Это так волнительно! Наконец-то будет повод для радости.

Роман посмотрел на нее, вскинув брови.

— О чем ты говоришь, мама?

Миссис Китт посмотрела на Элеанор, которая с отсутствующим выражением лица смотрела на свои руки.

— Мы заключили союз между тобой и мисс Литтл, — объявил мистер Китт. — Это объединение наших семей не только принесет пользу в наших дальнейших начинаниях, но и будет таким же радостным событием, как описывала твоя мать. Слишком долго мы пребывали в трауре. Пришло время праздновать.

Роман выдохнул сквозь зубы. Ему казалось, что он сломал ребро, пока пытался осознать, что сделали его родители. Браки по расчету все еще были распространены в высшем обществе, среди виконтов, графинь и всех остальных, кто еще цеплялся за пыльный титул. Но Китты не были такими людьми, как бы ни стремился его отец возвести их.

Роману также показалось странным, что его отец устраивает брак с дочерью профессора, а не с дочерью лорда. Он почувствовал, что за этим разговором скрывается что-то еще, а Роман — просто пешка в игре.

Успокоившись, он сказал:

— С сожалением вынужден сообщить вам, что не могу…

— Не будь мальчишкой, Роман, — сказал мистер Китт. — Ты женишься на этой прекрасной девушке и объединишь наши семьи. Это твой долг как моего единственного наследника. Ты понял?

Роман уставился на свою тарелку. Полусъеденные мясо и картофель уже остыли. Он понял, что все за столом знали об этом, кроме него. Даже Элеанор, должно быть, знала, потому что сейчас она внимательно наблюдала за ним, словно оценивая его реакцию на нее.

Он проглотил свои эмоции, спрятав их глубоко в костях. То, чего он хотел, кипящий гнев. Горе, которое все еще было нежным, как полу зажившая рана. Он подумал о маленькой могиле в саду, о надгробии, которое он с трудом выносил, чтобы посетить. Он подумал о последних четырех годах, о том, какими мрачными, холодными и несчастными они были. И чувство вины шептало ему: «Конечно, ты должен это сделать. Однажды ты не выполнил свой самый главный долг, и если это делается ради блага твоей семьи, то как ты можешь не сделать этого?»

— Да, сэр, — сказал он ровным тоном.

— Отлично! — Доктор Литтл хлопнул в ладоши. — Может быть, выпьем за это?

Роман оцепенело смотрел, как слуга наполняет фужер шампанским. Его рука отдернулась, когда он взял бокал; Роман последним поднял его в тосте, который даже не услышал, потому что почувствовал, как его охватывает ревущая паника.

Но прежде чем Роман решился отпить вина, он встретил взгляд Элеанор. В ее глазах мелькнул страх, и он понял, что она оказалась в такой же ловушке.

НЕБЕСНЫЕ ПРОРТИВ ПОДЗЕМНЫХ

Когда Роман вернулся в свою комнату после ужина, было уже поздно. Пот выступил на его лбу и ладонях.

Он собирался жениться на незнакомке. На девушке, которая смотрела на него с презрением.

Роман сорвал с себя пиджак, разорвал галстук-бабочку на горле. Расстегнув рубашку и сняв броги, он опустился на колени в центре пола, свернувшись калачиком, словно так он мог унять боль в животе.

Впрочем, Роман это заслужил. Он был виноват в том, что стал единственным наследником своего отца.

Он заслуживал того, чтобы быть несчастным.

Дыхание стало прерывистым. Роман закрыл глаза и приказал себе вдыхать, выдыхать, вдыхать.

Он слышал, как тикают его наручные часы. Минуты шли одна за другой. Роман чувствовал запах ковра под собой. Затхлая шерсть и слабый след обувной краски.

Когда он снова открыл глаза, то заметил на полу листок бумаги.

Айрис написала.

Он подполз к нему. Его руки дрожали, когда он раскрыл сложенную бумагу и с удивлением обнаружил очень короткое, но интригующее послание от нее:

«Что ты знаешь о Дакре и Энве?»

На мгновение Роман был ошеломлен ее, казалось бы, невинным вопросом. Но затем в его голове стали прокручиваться известные ему мифы. Истории из старых томов, доставшихся ему в наследство от деда.

Это было желанным отвлечением. Он мог потерять себя в этом; мог написать ей ответ, потому что это были факты, которых она хотела, и ничего больше.

Роман встал и прошептал:

— Пожалуйста, зажги лампу.

В старом поместье зажглась настольная лампа. Лампочка осветила комнату мягким золотистым светом, и Роман подошел к встроенным книжным полкам. Он стал перебирать тома по мифологии, осторожно обращаясь с ними, так как большинство из них рассыпались. Роман пытался решить, каким мифом поделиться с Айрис, когда из одного тома выпало несколько свободных листочков, упавших к его ногам.