Чтение онлайн

Роман приостановился. Страница за страницей, карамельная от возраста, исписанная почерком его деда. Он поднял листы и бегло просмотрел их, поняв, что это запись об Энве и Дакре. Миф, о котором в наши дни редко кто знал.

Должно быть, дед записал его и спрятал бумаги в одну из своих книг на хранение. Он часто так делал, забывая, куда положил свои записи. Роман находил все — от писем до случайных идей и глав рассказов — спустя годы после его смерти.

И когда Роман пролистал написанный от руки миф, он понял, что это тот самый миф, которым он хотел поделиться с Айрис.

Он отнес его к своему столу и сел за машинку, чтобы переписать его на машинке.

«Тебе повезло. Я кое-что знаю о Дакре и Энве. Есть один миф, с которым я знаком, и поделюсь. Я нашел его в старом фолианте, написанном от руки и законченном лишь наполовину. Так что имей в виду, что его последняя часть отсутствует, и мне еще предстоит с ней познакомиться.»

«В древности богов разделяли две семьи: Небесные и Подземные. Небесные правили наверху, Подземные — внизу. Больше всего они ненавидели друг друга — как это свойственно бессмертным, — и часто вступали в противоборство, чтобы доказать, кто из них более достоин того поклонения смертных, чтобы они его боялись или любили.

Дакр Андерлинг, высеченный из белого известняка с прожилками голубого огня, решил, что захватит одного из своих врагов, потому что ему надоело жить день за днем, сезон за сезоном, год за годом. Такова тяжесть бессмертия. Будучи богом жизненной силы и исцеления, он жаждал вызова, поэтому спросил у живущего внизу человека, не знает ли он имени самого почитаемого Небесного божества. Бога или богини, которых прославляли и любили смертные.

— О да, сир, — ответил житель. — Она играет на арфе музыку, способную растопить самое холодное сердце. Она переправляет души смертных после их смерти, и нет никого прекраснее ее ни наверху, ни внизу.

Дакр решил, что должен заполучить эту Небесную богиню.

Он поднялся сквозь землю, преодолевая километры камня, сплетенные корни деревьев и горький вкус почвы. Когда он поднялся наверх, его одолела мощь солнца, и ему пришлось три дня и три ночи просидеть в пещере, пока его глаза не смогли выдержать свет врагов. Но и тогда он предпочитал странствовать по ночам, когда луна была мягче.

— Где Энва? — спрашивал он у встречных смертных. — Где мне найти прекраснейшую из Небесных?

— Ее можно найти в самом последнем месте, где вы могли бы подумать, — был ответ, который он получил.

И Дакр, который был слишком нетерпелив и зол, чтобы переворачивать все камни в поисках красавицы, решил, что вызовет своих гончих снизу. Мускулистые, огнедышащие звери с полупрозрачной шкурой и зубами, порождающими кошмары во сне, в ту ночь бродили по земле, отыскивая красавиц и пожирая тех, кто вставал у них на пути. Дакр полагал, что Энва прекрасна на вид. Но когда взошло солнце, гончие были вынуждены спуститься вниз, обратно в тень, и они не нашли ту, которую искал Дакр.

Тогда он вызвал из глубоких пещер своих эйтралов. Это были огромные виверны с глазами-фильтрами, перепончатыми крыльями и ядовитыми когтями. Они могли противостоять солнцу и летали по небу, отыскивая красоту и уничтожая все, что двигалось под ними. Но вскоре разразилась буря, и крылья эйтралов грозили порваться от яростного ветра. Тогда Дакр отправил их обратно вниз, хотя они тоже не нашли ту, которую он искал.

И только когда он сам пошел по земле, то наткнулся на кладбище. А на кладбище лежала обычная, по меркам Дакра, женщина с длинными темными волосами и зелеными глазами. Она была одета в домотканую одежду, босая и стройная, и он решил, что не будет тратить время на то, чтобы спрашивать ее, где найти Энву.

Он прошел мимо нее, не удостоив взглядом, но, уходя… услышал музыку арфы, сладкую и золотую, несмотря на серое небо и холодный ветер. Он услышал, как женщина поет, и ее голос пронзил его. Дакр был ошеломлен ее красотой, красотой, которую нельзя было увидеть, но можно было почувствовать, и он пополз к ней обратно, через могилы людей.

— Энва, — сказал он. — Энва, пойдем со мной.

Она не остановила свою музыку для него. Ему пришлось ждать, пока Энва пела над каждой могилой, и он заметил, что земля была богато перепачкана, как будто этих людей только что похоронили.

Когда она спела последнюю песню, то повернулась к нему.

— Дакр Андерлинг, бог Подземелья, почему ты посеял такой хаос среди невинных?

— О чем ты говоришь ?

Она указала на могилы.

— Твои гончие и эйтралы убили этих людей. С твоей силой ты мог бы исцелить их раны. Но ты этого не сделал, и теперь я должна отпевать их души в вечности, ибо твои твари забрали их раньше положенного срока.

Дакр наконец нашел в себе силы подняться. Когда Энва смотрела на него, он чувствовал себя ничтожным и недостойным, и ему хотелось, чтобы она смотрела на него с чем-то другим. Совсем иным, чем печаль и гнев.

— Я сделал это, чтобы найти тебя, — сказал он.

— Ты мог бы найти меня сам, если бы был терпеливее.

— А теперь, когда я нашел тебя, спустишься ли ты со мной вниз? Будешь ли ты жить там, где живу я, дышать воздухом, который я создаю? Присоединишься ли ты ко мне, чтобы править миром внизу?

Энва молчала. Дакру показалось, что он погибнет в этот момент неопределенного молчания.

— Я счастлива здесь, — сказала она. — Зачем мне спускаться с тобой?

— Чтобы установить мир между нашими семьями, — ответил он, хотя о мире он думал в последнюю очередь.

— Я так не думаю, — сказала она и растворилась в ветре прежде, чем Дакр успел ухватиться за подол ее платья.

Он пылал от ярости: Энва ускользнула. Она отвергла его. И Дакр решил, что обрушит весь свой гнев на невинных; он откажется исцелять их из злости, зная, что Энве вскоре не останется ничего другого, как ответить ему и отдать себя в жертву.

Его гончие рвались по земле. Его эйтралы преследовали небеса. От его гнева содрогалась земля, и он создавал новые пропасти и разломы.

Но Дакр был прав. Как только начали страдать невинные, к нему пришла Энва.

— Я последую за тобой в твое царство, — сказала она. — Я буду жить с тобой в тени на двух условиях: ты будешь поддерживать мир и разрешишь мне петь и играть на своем инструменте, когда я захочу.

Дакр, очарованный ею, охотно согласился. Он отвел Энву вниз. Но он еще не знал, что сделает ее музыка, когда она зазвучит в глубине земли.»