Чтение онлайн

Айрис отступила от него на шаг, гордость переполняла ее. Она не могла вынести того, что Роман увидит ее такой. Того, что увидит, какой беспорядок творится в ее жизни. Что он увидит ее в самый худший день.

— Винноу? — спросил он, делая шаг вперёд, как будто почувствовал внутреннее противостояние. — С тобой все в порядке?

— Я в порядке, Китт, — сказала Айрис, удивленная тем, каким хриплым был ее голос, словно она не разговаривала много лет. — Что ты здесь делаешь?

— Мы все очень обеспокоены, — ответил он. — Вчера ты рано ушла с работы, а сегодня с утра не пришла. Всё в порядке?

Она сглотнула, разрываясь между желанием сказать ему правду и скрыть свою боль. Айрис уставилась на его грудь, не в силах встретиться с ним взглядом. Она поняла, что если расскажет ему о своей матери, он пожалеет ее еще больше, чем уже жалел. И это было последнее, чего она хотела.

— Да, я сожалею, что ушла вчера, — сказала Айрис. — Я почувствовала себя плохо. И я проспала.

— Тебе нужен доктор?

— Нет! — она прочистила горло. — Нет, но спасибо тебе. Я иду на поправку. Скажи Отри, что я приду завтра с утра пораньше.

Роман кивнул, но его глаза сузились, когда он пристально изучал ее, как будто почувствовал ее ложь.

— Могу я предложить тебе что-нибудь еще? Ты голодна? Принести тебе сэндвич, или суп, или что ты еще хочешь?

Она на секунду разинула рот, потрясенная предложением. Его взгляд снова начал блуждать по комнате, отмечая беспорядок, который Айрис так отчаянно пыталась скрыть. Ее охватила паника.

— Нет! Нет, мне ничего не нужно. Теперь ты можешь идти, Китт.

Он нахмурился. Солнечный свет освещал его тело, но на лице плясала тень.

— Конечно. Я уйду, если ты хочешь. Кстати, я принес твое пальто.

— Точно. Тебе, э-э, тебе не следовало так утруждаться. — Она неловко приняла пальто, все еще придерживая блузку.

Она избегала его взгляда.

— Это не составило труда, — сказал он.

Айрис чувствовала, что он пристально смотрит на нее, словно взывая встретиться с ним взглядом.

Она не могла.

Она бы сломалась, если бы сделала это. Поэтому ждала, пока он снова переступит порог.

— Ты не закроешь за мной дверь? — он спросил.

Айрис кивнула, прижимая плащ к груди.

Роман наконец вышел.

Она продолжала стоять в пустой квартире. Как если бы у нее выросли корни.

Минуты текли незаметно, но она почти не ощущала времени. Все казалось искаженным, как будто она смотрела на свою жизнь через разбитое стекло. Пылинки кружились в воздухе вокруг нее. У нее вырвался глубокий вздох, когда она пошла запирать дверь, но потом передумала и снова посмотрела в глазок.

Он все еще стоял там, засунув руки в карманы пальто, его темные волосы были растрепанны. Ожидание. Ее раздражение росло до тех пор, пока она не заперла дверь на засов. Как только Роман Китт услышал, как щелкнули замки, он повернулся и ушел.

ТЕНЬ, КОТОРУЮ ТЫ НОСИШЬ

Остаток того дня Айрис провела как в тумане, пытаясь разобраться во всем происходящем. Но это было так, словно ее жизнь разлетелась на сотню осколков, и она не была уверена, как снова собрать все воедино. Айрис подумала, что, возможно, боль, которую она испытывала, никогда не утихнет, и до боли закусила ногти, бродя по квартире, как привидение.

В конце концов Айрис устроилась в своей комнате на полу. Она потянулась за бабушкиной пишущей машинкой и вытащила ее на тусклый свет.

Если бы она сильно задумалась об этом, слова превратились бы в лед. И поэтому Айрис не думала; она позволила словам пройти через ее сердце к разуму, вниз по рукам к кончикам пальцев, и она написала:

«Иногда, я боюсь любить других людей.

Все, кто мне дорог, в конце концов покидают меня, будь то смерть, война или просто потому, что я им не нужна. Они уходят в места, которые я не могу найти, в места, до которых я не могу дотянуться. И я не боюсь остаться одна, но устала быть той, кого оставили позади. Я устала от необходимости перестраивать свою жизнь после того, как люди уходят из неё, как будто я – головоломка, в которой теперь не хватает кусочков, и я никогда больше не испытаю этого чистого чувства завершенности.

Вчера я потеряла близкого мне человека. Это всё еще кажется нереальным.

И я не уверена, кто ты такой и где находишься. Дышишь ли вы в тот же час, в ту же минуту, что и я. Дышал ли за десятилетия или годы до или после меня. Я не знаю, что нас связывает — магические ли это порталы, или завоеванные кости бога, или что-то еще, что нам еще предстоит открыть. Больше всего я не знаю, почему пишу тебе сейчас. Но вот я здесь, обращаюсь к тебе. Незнакомец и в то же время друг.

Все эти мои письма, которые ты получал в течение нескольких месяцев … Я думала, что пишу Форесту. Я писала с непоколебимой, стиснутой зубами надеждой, что они дойдут до него, несмотря на разделяющие нас километры. Что мой брат прочтет мои слова, даже если они будут пропитаны болью и яростью, и он вернется домой и заполнит пустоту, которую я чувствую, исправит беспорядок в моей жизни.

Но я понимаю, что люди – это просто люди, и они несут в себе свой собственный набор страхов, мечтаний, желаний, боли и ошибок. Я не могу ожидать, что кто-то другой заставит меня чувствовать себя полноценной; я должна прийти к этому сама. И я думаю, что всегда писала для себя, чтобы разобраться в своих потерях, беспокойствах и запутанных амбициях. Даже сейчас я думаю о том, как легко раствориться в словах и в то же время найти себя таким, какой ты есть.

Я надеюсь, что в моих словах есть смысл. Скорее всего, нет, потому что я пишу тебе, но я также пишу и для себя. И я не ожидаю ответа, но мне помогает знать, что кто-то меня слышит. Кто-то читает то, что я выливаю на страницу.

Помогает осознание того, что сегодня вечером я не одна, даже когда сижу в темноте, заполненной тишиной.»

Она сидела как вкопанная, возможно, минуту или час, и в конце концов набралась достаточно смелости, чтобы вытащить лист из машинки и сложить его. Чтобы перекинуть его через порог и войти в портал. Потому что это было самое трудное — поделиться словами, которые она написала. Слова, которые могли расколоть сталь, обнажая уязвимые места, которые она предпочитала прятать.

Наступила ночь. Айрис зажгла свечу. Расхаживала по квартире. Она заставила себя что-нибудь съесть и выпить, не будучи голодной, хотя и чувствовала себя опустошенной.

Айрис подумала, что, возможно, у нее шок, потому что она оцепенела и продолжала ждать, когда ее мать вернется домой и войдет в дверь.

Наконец Айрис остановилась у кухонного стола. Ее плащ висел на одном из стульев, и она обхватила его руками, пряча лицо в поношенной ткани. Айрис закрыла глаза и вдохнула, осознав, что пальто пахнет пряностями и вечнозелеными растениями. От него пахло Романом Киттом, с тех пор как он пронес его всю дорогу от офиса до ее дома, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.