Чтение онлайн

А ему потребовалось время, но теперь он был готов.

Роман был готов написать свою собственную историю.

В ту ночь Айрис осталась с Марисоль в лазарете. После того, как все матрасы были уложены, они вдвоем помогали на кухне, готовили суп и хлеб. Потом они мыли тарелки и постельное белье, оттирали кровь с полов и готовили тела к погребению.

Солдат, которому она помогла сойти с грузовика, был одним из них.

Была уже почти полночь, а Айрис и Марисоль сидели на штабеле пустых ящиков в углу и перекладывали бинты из простыней. Атти не было уже несколько часов, и Айрис не могла не задаваться вопросом, где она, добралась ли до войны. Какой опасности она будет подвергаться.

Она будет в безопасности, — мягко сказала Марисоль, словно прочитав мысли девушки, — Я знаю, что говорить об этом бесполезно, но постарайся не волноваться.

Айрис кивнула, но мысли ее бежали по замкнутому кругу. Она все время видела тот момент, когда двери грузовика открылись, и из них показались раненые солдаты.

— Марисоль?

— Хм?

Винноу замолчала, наблюдая за тем, как она с точностью до мелочей уничтожает простыни.

— Киган участвует в войне?

Марисоль замерла. Но она встретила взгляд Айрис, и в нем появился намек на страх.

— Почему ты так думаешь, Айрис?

— Мой брат сражается за Энву, и я вижу в тебе тот же блеск, что и во мне. Тревога, надежда и страх.

Марисоль вздохнула, опустив руки на колени.

— Я собиралась в конце концов рассказать тебе и Атти. Я просто ждала.

— Чего ты ждала? — спросила Айрис.

— Я не хотела, чтобы это мешало твоей работе, — ответила она, — Хелена понятия не имеет, что моя жена борется. Не знаю, стала бы она вообще посылать ко мне корреспондентов, если бы знала. Ты же, в конце концов, должна писать с нейтральной точки зрения.

— Она знает, что мой брат воюет, и все равно наняла меня, — сказала Айрис, — Я не думаю, что ты должна скрывать тот факт, что твоя жена храбрая и самоотверженная.

Марисоль молчала, ее длинные пальцы перебирали бинты на коленях.

— Ее нет с нами уже семь месяцев. В тот день, когда стало известно, что Дакр захватил город Спарроу, Киган поступила на службу. Поначалу я просила ее, умоляла не ехать. Но потом я поняла, что не могу держать в клетке. И если она так страстно желает сражаться с Дакром, то я должна поддержать ее. Я сказала себе, что буду делать дома все, что потребуется, чтобы помочь, будь то приготовление еды для лазарета или согласие разместить у себя военных корреспондентов, или даже отдать свои продукты, чтобы отправить их солдатам на фронт.

— Она когда-нибудь пишет тебе? — прошептала Айрис.

— Да, когда может, а это бывает нечасто. Они долгое время находились в пути, и теперь армия должна расставлять приоритеты в перевозке только самых необходимых вещей, и письма часто остаются без внимания, — Марисоль сделала паузу, прежде чем спросить, — Есть ли новости от брата, Айрис?

— Нет.

— Я уверена, что скоро получишь.

— Надеюсь на это, — сказала Айрис, хотя на сердце у нее было тяжело. Она так и не получила ответа от командира бригады «Е» и беспокоилась о том, что никогда не получит.

Через час Марисоль велела ей отдыхать. Айрис легла на пол в лазарете и закрыла глаза, вымотавшись до предела.

Ей снился Форест.

«Дорогой Карвер,

Прости, что давно не писала тебе. Дни здесь были долгими и трудными. И я поняла, что не думаю, что я достаточно храбра или сильна для этого. Я не думаю, что мои слова смогут описать то, что я чувствую сейчас. Я не думаю, что мои слова смогут описать то, что я видела. Людей, которых я встретила. То, как война ползет, словно тень.

Как я могу писать статьи об этом, если мои слова и мой опыт так ужасно неадекватны? Когда я сама чувствую себя такой неполноценной?

С любовью,

Айрис.»

«Дорогая Айрис,

Я не думаю, что ты осознаешь, насколько ты сильна, потому что иногда сила — это не мечи, сталь и огонь, как нас так часто заставляют верить. Иногда она находится в тихих, нежных местах. В том, как ты держишь кого-то за руку, когда он горюет. Как ты слушаешь других. То, как ты появляешься изо дня в день, даже когда ты устала, боишься или просто не уверена в себе.

Это сила, и я вижу ее в тебе.

Что касается твоей храбрости... Я могу честно сказать, что не знаю никого, кто бы обладал такой храбростью. Кто еще собирает вещи и покидает уютный дом, чтобы стать военным корреспондентом? Немногие. Я восхищаюсь тобой, и не только в этом.

Продолжай писать. Ты найдёшь слова, которыми нужно поделиться. Они уже внутри тебя, даже в тени, прячутся, как драгоценные камни.

Твой,

— К.»

ОПАСНЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ

— Она вернулась, — сказала Марисоль.

Айрис остановилась на пороге отеля B&B с расширенными от удивления глазами. Она только что вернулась домой из лазарета в темноте, нарушив комендантский час, и ожидала, что Марисоль встретит ее выговором.

— Атти? — вздохнула Айрис.

Марисоль кивнула, закрывая за собой дверь.

— Она в своей комнате.

Винноу взбежала по лестнице и постучала в дверь Атти. Когда ответа не последовало, ее сердце заколотилось от страха, и она распахнула дверь.

— Атти?

В комнате было пусто, но окно было открыто. Ночной ветерок зашевелил занавески, и Айрис, высунувшись из окна, увидела свою подругу, сидящую на крыше с поднятым к лицу биноклем, в который она смотрела на звезды

— Присоединяйся ко мне, Айрис, — сказал Атти.

— Ты же не думаешь, что Марисоль убьет нас за то, что мы сидели на крыше?

— Может быть. Но, по крайней мере, она сделает это после войны.

Айрис, которая никогда не любила высоту, осторожно пробралась на крышу и переползла, чтобы сесть рядом с Атти. Несколько минут они сидели молча, пока девушка осторожно не спросила: — Как прошел фронт?

— Изнурительно, — ответила Атти, не отрывая взгляда от звезд.

Айрис закусила губу, мысли неслись молниеносно. «Я так рада, что ты вернулась! Я волновалась за тебя. Мне было не по себе, когда я была здесь без тебя...»

— Ты хочешь поговорить об этом? — осторожно спросила Айрис.

Атти помолчал немного.

— Да, но не сейчас. Мне нужно еще все обдумать, — она опустила бинокль от глаз, —Вот, посмотри, Айрис.

Айрис посмотрела, и сначала все было размыто и темно, пока Атти не научила ее наводить бинокль на фокус, и вдруг мир взорвался сотнями звезд. Затаив дыхание, она изучала скопления, и на ее лице заиграла улыбка.