Чтение онлайн

Что ж. Меня приглашают к столу.

Коротко склоняю голову в знак благодарности, беру стакан обеими руками и делаю два глотка, не больше. Пальцы банально не держат влажное стекло. Но прохладный бок приносит некоторое облегчение от нестерпимого зуда.

— Итак, — говорит милорд. — Поскольку вы взяли на себя смелость сорвать всё, что можно, будьте добры объяснить, зачем мне терпеть это дальше. Чего, по-вашему, стоит главная деталь этого вашего… “Сердца Империи”? Вашей головы?

Он произносит название с неприкрытой иронией.

— Мной уже расплатились раньше. Сейчас не об этом.

— Ну, ты позер! — Николай закатывает глаза и тихо матерится.

Потом резко поднимается, будто собирается оборвать все разом.

— Сядь, — говорю я жестче, чем следовало бы. — Пожалуйста.

Милорд делает едва заметный знак, и охранник у двери перекрывает Николаю путь.

— Красиво, — цедит он. — Решил переиграть всех сразу. И наших, и ваших.

Он нехотя возвращается к креслу, но не садится.

— Разговор о камне, — продолжаю я начатый разговор, — о собственности и о правовом закрытии вопроса невозможен без эксперта. Сапфир, как вы знаете, у нее.

— Сам уже не справляешься? — ворчит батя.

Лорд снова кивает. На этот раз сразу. Балаклава у двери исчезает.

Николай залпом осушает свой бокал и отворачивается к окну. С сигарой и в контровом свете он выглядит почти величественно. И от этого только тяжелее и противнее.

— Смотри, — бросает он лениво, — сейчас она войдет и скажет, что никакого камня у нее нет.

Плечо резко пронзает тупая игла, и я заставляю себя чуть повести лопатками, будто дело только в затекших мышцах. Самое паршивое сейчас даже не боль, а вина. Час назад Настя целовала меня так, будто одного факта, что я жив, достаточно, чтобы простить мне половину грехов. А теперь ей придется войти сюда и увидеть, кто сидит за этим столом и во что я ее втянул.

За последние дни она вынесла больше, чем иной здоровый мужик. И все равно этого мне оказалось мало. Я снова тащу ее под удар. Настя слишком умна, чтобы не понять, чем она стала в этой партии. А я слишком хорошо знаю цену такого понимания.

Настю вводят. Руки по-прежнему связаны. Лицо бледное и упрямое.

Я поднимаюсь ей навстречу. Милорд подается вперед — едва заметно, но и этого достаточно. Рефлекс сильнее его выдержки.

Она ловит меня взглядом сразу и будто забывает, что мы не одни. На одну короткую секунду у нее так меняется выражение лица, что меня прошивает хуже любого удара. В нем испуг, облегчение и голая боль, которую она не успела спрятать. И я с отвратительной ясностью понимаю: все это время она провела не в ожидании развязки, а в ожидании моего трупа.

Срывается с места и бросается ко мне, вцепляется в мой рукав. В ее взгляде слишком много всего сразу, чтобы я успел это разобрать. Слезы готовы в любую секунду сорваться с ресниц. Сбитыми костяшками пальцев легко касаюсь ее скулы и делаю движение к виску, будто стряхиваю их, невыплаканные. Она резко втягивает воздух, переводит взгляд за мою спину, видит присутствующих, внимательно пробегает их от лица к лицу и собирается мгновенно.

— Руки, — требую я у бойца, хотя на самом деле у его хозяина, который таращится мне в спину.

Стяжку режут.

Она вскрикивает и шипит на бесцеремонного спецназовца. Я аккуратно разминаю ей запястья: важно восстановить кровообращение, чтобы избежать клинических последствий.

— Всё будет в порядке, — говорю тихо, но так, чтобы слышали все.

Она вскидывает на меня глаза.

— The sapphire, please, — произносит милорд нетерпеливо.

Слишком хорошо видно, что ему наши телячьи нежности претят.

Настя не двигается.

Я почти слышу, как Николай набирает воздуха в легкие, чтобы съязвить в очередной раз, мол, ну давай, милая, расскажи взрослым мужикам, что ты потеряла драгоценность и не помнишь, где.

Но Настя вздергивает подбородок, и ее лицо становится непроницаемым и даже чуточку спесивым. Она чертовски точно срисовала настроение оппонента и готова защищаться. Эта ее способность в любой момент отбить атаку, даже когда не нужно, одновременно бесит и восхищает.

— Сначала гарантии, — говорит она ровно.

Батя застывает, так и не отпустив заготовленную сальность . Кажется, он тоже попал. Сарказм сползает с его лица, глаза раскрываются по полной, зрачки расширяются. Он даже не успевает отфильтровать мимику.

— Простите?

— Гарантии жизни и свободы, — повторяет она уже жестче. — Мне и Егору. Письменно. И только потом камень.

Высший пилотаж.

В комнате повисает короткая, очень дорогая тишина.

44 Егор. Светлая память

Милорд смотрит на Настю уже совсем иначе. Как на сторону разговора. Как на равную.

Николай презрительно щурится.

— Торговаться вздумала? Ты вообще понимаешь, перед кем стоишь?

— Лучше вас, — отвечает она, не глядя на него. — Потому что в отличие от вас мне есть, что терять.

Она даже не смотрит на Николая. Держит взгляд на милорде. Я чувствую, как уголок рта сам собой тянется вверх.

В комнату быстро заносят еще один стул, воду и кофе. Перед Настей ставят сахарницу.

— Без ее слова и подписи сделка повисает в воздухе, — спокойно напоминаю я и помогаю Насте сесть.

Милорд чуть заметно склоняет голову. Хороший знак.

— Слушаем, — сухо говорит он.

— Во-первых, предупредите людей по периметру: гостей не трогать, а проводить сюда. Это гражданские. Свидетели. Без них сделки не будет.

Твидовый реагирует быстрее лорда и что-то командует в лацкан пиджака.

— Идентификация? Степень угрозы? — он буквально сверлит меня своими светлыми глазами.

— Эксперты. Угроза — ноль.

— Тебе не кажется, что ты зарываешься, Егор? — батя мрачен, как никогда. — К чему тут балаган?

— Встреча предполагала конфиденциальность, — тут же поддакивает твидовый.

Беру чашку и делаю глоток кофе.

— То, что нужно, — выдыхаю и чувствую себя более собранным. — Попробуй, пока не остыл, — поворачиваюсь к Насте.

Под столом она сжимает мою ладонь. Пальцы дрожат, глаза остаются тревожными и серьезными. Она немного отпивает из своей чашки и возвращает ее на блюдце со звоном, выдающим нервозность. Накрываю ее ладонь своей.

В этот момент мы слышим стук двери и шаги. В комнату в сопровождении одного бойца входят Эйсман и Петр Саввич. У обоих в руках одинаковые кожаные папки.