Чтение онлайн

«ЭРИК МАЕС ОТСИДЕЛ ДЕСЯТЬ ЛЕТ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЕ, КОТОРОГО ОН НЕ СОВЕРШАЛ».

На самом деле Маес уже отсидел шестнадцать лет за двойное убийство Реаты и ее дочери. На фотографии на сайте был изображен мужчина сердитого вида с плохим прикусом, густыми бровями и грубым из-за густой щетины лицом; на самом деле, для человека, совершившего двойное убийство, он выглядел весьма правдоподобно. Под его фотографией были и другие изображения. Слева были подлинные фотографии Реаты, справа — снимки, на которых она якобы была запечатлена в разных местах Европы после своей предполагаемой смерти.

Замечена в баре «Оссендорф», в июне 1999 года. Волосы, очевидно, крашеные, но обратите внимание на форму бровей, одна выше другой. «Оссендорф» в 1 часе езды от Льежа!!!!!!

Сентябрь 2001, вестибюль отеля «Дортмунд» — Линдвалл собирается подняться в лифте, волосы снова обесцвечены.

25 апреля 2002 года сильно располнела и подстриглась, но профиль ПОЛНОСТЬЮ СООТВЕТСТВУЕТ.

Там же была фотография, на которой Иоланда в возрасте около трех лет, темноволосая, в то время как ее мать была блондинкой, сидела на коленях у Реаты. Обе выглядели серьезными, сосредоточенными, их взгляды были устремлены в одном направлении. Отсутствие улыбок на лицах обеих было воспринято как неопровержимое доказательство безразличия Реаты к своему ребенку тем, кто подписал фотографию: «"Любящая мать". Так ли это?»

Последние несколько фотографий были отобраны, чтобы «доказать», насколько счастливее была Реата в отсутствие Иоланды. На одной из них Реата в мини-платье танцевала под живое выступление музыкальной группы в переполненном, похожем на пещеру зале в Льеже, ее светлые волосы развевались на ветру.

«Он говорил ей, что она напоминает ему одну шведскую девчонку, которую он когда-то знал…»

Робин перешла с этого веб-сайта на портал благотворительного фонда помощи пропавшим без вести, где она впервые обнаружила Сапфир Нигл. Девушку до сих пор не нашли.

Вздохнув, Робин отправилась за кофе и печеньем. Ей было нужно подкрепиться, если она собиралась потратить несколько дней на то, чтобы выяснить, может ли кто-нибудь из сотен пользователей сайтов «Правда о масонах», а также «Оскорбленный и обвиненный», быть связан, пусть даже отдаленно, с одним из их кандидатов на роль Уильяма Райта.

Будь ее воля — и поныне отделяла бы стена, легкая и прочная, ее от моей любви.

Я видел бы лицо ее — с защитой меж нас,

И познавал ее душу, как положено друзьям…

Друзья, которые влюбленными могли бы быть.

Роберт Браунинг

«У камина»

Изменения в рабочем графике Робин крайне затруднило бы выполнение текущих задач агентства, если бы не закрытие дело Мистера Повторного. Страйк просил Уордла в приоритетном порядке выяснить все о Зеленой куртке, также известном как Уэйд Кинг, а сам тем временем отложил начало работы над делом следующего клиента из списка ожидания — мужчины, который боялся, что его жена, высокопоставленная чиновница, ему изменяет.

— Нам стоит включить смекалку, а не одно усердие, — предложил Барклай, когда они со Страйком столкнулись в офисе в четверг.

— Как будто это, черт побери, так просто, — проворчал Страйк.

В пятницу днем Страйк вернулся на свою мансарду после нескольких часов наблюдения за Оглоблей, который, к общему раздражению, все еще был на свободе, и переоделся в костюм для ужина с лордом Оливером Брэнфутом. Завязывая галстук, он напомнил себе, что ему придется показать лучшую в своей жизни актерскую игру, когда Робин сообщит ему о своей помолвке.

— Поздравляю, — пробормотал он вслух, глядя в зеркало в ванной — единственное в своей квартире. Его отражение выглядело так, словно сообщало о чьей-то смерти.

Уордл позвонил Страйку, когда тот уже спускался по металлической лестнице на улицу.

— Кое-что раздобыл для тебя об Уэйде Кинге.

— Отлично. Выкладывай.

— Ему тридцать шесть лет, работал дальнобойщиком до недавних пор, сейчас без работы, живет с подругой в Рейнэме, есть ребенок. Соседи подозревают его в домашнем насилии — подруга часто ходит в темных очках.

— Есть судимости?

— Нападение при отягчающих обстоятельствах в двадцать пять лет. С тех пор ничего. За решеткой не был.

— Есть идеи, почему он потерял работу?

— Нет, — сказал Уордл, — но он проработал в одной компании пять лет, прежде чем они его уволили.

— Любопытно, — сказал Страйк.

Было неудивительно обнаружить, что Кинг склонен к насилию, но Страйк ожидал услышать, что этот человек очень молод, живет в какойнибудь трущобе, отчаянно нуждается в деньгах и недавно вышел из тюрьмы: короче, представляет собой именно тот типаж молодого человека, который лорд Брэнфут мог бы использовать в качестве своего приспешника. Зачем мужчине, который до недавнего времени имел стабильную работу (пусть недавно и потерял ее), не говоря уже о том, что дома его ждут подруга и ребенок, понадобилось похищать женщину — чисто ради денег? И он был дальнобойщиком… Недавно убитый Тодд тоже работал дальнобойщиком, и того тоже уволили. Могло ли это быть совпадением?

Пока Страйк ехал на такси в «Горинг», один из немногих пятизвездочных отелей Лондона, где он никогда не бывал, его снова охватили размышления о таинственном Озе. Может, как предполагала Робин, Кинг и есть Оз? Неужели полиция арестовала, а затем отпустила человека, который, по мнению Страйка, убил как минимум четырех человек меньше чем за год? Он достал блокнот и сделал себе пометку — возможно ли узнать, где был Уэйд Кинг в момент убийства Уильяма Райта и Софии Медины.

В коктейль-баре «Горинга» он застал Робин уже сидящей за маленьким круглым столиком у мраморного камина, стена позади нее была увешана рамками с рисунками растений на золотом фоне. Она выглядела — и от этого легче ему не стало — лучше, чем он когда-либо ее видел: она распустила свои красиво уложенные рыжевато-русые волосы, а на ней было облегающее платье приглушенно-розового цвета с высоким воротником, которое Страйку показалось сексуальным в своей показной скромности. Когда он подошел, она отложила тот самый, прочитанный им в «Савое» выпуск журнала, на обложке которого красовалась Козима Лонгкастер с развевающимися на ветру волосами.

— Привет, — сказал он, отодвигая бархатный стул, чтобы сесть, и добавил, потому что терять было уже нечего: — Прекрасно выглядишь.

— Решила, что стоит приложить усилия, — сказала Робин, пытаясь отшутиться, хотя была польщена комплиментом. Вместо того, чтобы признаться, что она выбрала розовую, а не черную версию платья из-за непрошенного совета по стилю от Дино Лонгкастера, она сказала: — Купила его онлайн, потому что мне нужно было что-то, чтобы прикрыть шею.

— А, — сказал Страйк. — Синяки?