Чтение онлайн

Соломея держала сковородку наготове.

Ежекот шипел.

Фисташ кружил под потолком и кричал:

– Паника! Паника! Все по местам!

– Ключ!
– крикнула я.

Маркиз обернулся.

И даже в этот миг, среди страха, стука и надвигающегося безумия, я заметила, как в его лице вспыхнуло что-то почти невыносимо живое. Облегчение.

– Сюда!
– рявкнул он.

Я подлетела к люку. Он рывком отвел меня себе за спину.

– Я сама могу...

– Помолчите хоть три секунды.

– Вы просите невозможного.

– Достаточно двух.

Он выхватил у меня ключ, но едва металлический блеск оказался над люком, как тот дернулся так сильно, что доски треснули.

Из щели пахнуло сырой землей и чем-то сладковато-гнилым.

– Омерзительно, - сообщил Лисфей, спрыгивая мне на плечо.
– У них дыхание, как у плохой тайны.

– Куда ключ?
– быстро спросила я.

Соломея указала на едва заметный замок прямо в каменном ободе плиты.

– Туда! Быстрее!

Маркиз опустился на одно колено и вставил ключ.

На миг ничего не произошло.

Потом голубой камень вспыхнул.

По кругу плиты побежали тонкие светящиеся линии. Люк вздрогнул, застонал, и из-под него донесся сдавленный многоголосый вой.

– Работает!
– выдохнула я.

– Не до конца, - мрачно сказал кот.

Свет линии вдруг мигнул.

Погас.

Снова вспыхнул.

И в тот же миг из щели просунулась тонкая серая рука с слишком длинными пальцами.

Тетка Эвлалия завизжала.

Соломея со всего размаха врезала по руке сковородкой.

Рука исчезла.

– Уважаю!
– гаркнул Фисташ.

– Подпитка!
– крикнул кот.
– Замку нужна подпитка от хозяйки!

Все повернулись ко мне.

– Да вы издеваетесь?!

– Коснитесь камня, - рявкнул маркиз.

– А если меня шарахнет?

– Тогда я вас поймаю.

И, что самое возмутительное, сказал он это так, что я ему поверила.

Я рухнула рядом с ним на колени и прижала ладонь к голубому камню.

Мир вспыхнул.

Это не было больно.

Это было... слишком.

Будто дом вдруг распахнулся внутри меня. Я услышала скрип его лестниц, шорох яблоневых листьев во дворе, сонное сопение детей наверху, тихий писк фамильяров на чердаке, огонь в камине, ветер в ставнях, даже то, как где-то глубоко под камнем журчит невидимая сила.

И она действительно была живая.

Теплая.

Старая.

Очень одинокая.

"Помоги", - подумала я, не зная, слышит ли это кто-нибудь.

В ответ что-то мягко толкнулось мне в ладонь.

Свет рванул вверх.

Голубые линии вокруг люка вспыхнули ярче, слились в цельный круг, и плита с таким грохотом опустилась обратно, что пол под нами дрогнул.

Вой оборвался.

Тишина.

Настоящая.

Тяжелая.

Неверящая.

Я пошатнулась.

И тут же оказалась у маркиза на руках.

– Я же говорил, что поймаю, - очень тихо сказал он.

Голова у меня кружилась. Я видела только его лицо совсем близко. Растерянное, напряженное и до неприличия красивое.

– Как удобно, - пробормотала я.
– Можно падать чаще.

Его рот дрогнул.

– Не советую. Я могу привыкнуть.

И вот это уже было совершенно лишним для моего и без того измученного сердца.

Но отдышаться и придумать достойный ответ я не успела.

Потому что наверху вдруг хлопнула дверь.

Потом раздался детский крик.

Не Ноя.

Не Лины.

Тео.

И следом его отчаянный вопль:

– Лола! Дядя Эдгар! Агнесса исчезла!

Я слетела с рук маркиза так быстро, будто меня подбросили пружиной.

– Что значит исчезла?!

Тео уже несся вниз по лестнице, бледный, взъерошенный, с такими глазами, что у меня внутри все оборвалось раньше, чем он добежал.

– Ее нет!
– выкрикнул он.
– Мы были в комнате, потом Ной снова заплакал, Мирабель взяла его, я отвернулся на секунду, а окно открыто и Агнессы нет!

– Окно?
– резко переспросил маркиз.

– Не наружу, - выдохнул Тео.
– В коридор. Но там ее тоже нет!

Мы рванули наверх все разом. Даже тетка Эвлалия, кажется, бежала, забыв, что ей положено падать в обморок постепенно.

В голубой спальне царил хаос.

Лина рыдала.

Леви кусал губу и изо всех сил держался.

Ной сидел у Мирабель на руках, зажмурившись, будто боялся увидеть собственный страх.

Булка метался от двери к двери.

Агнессы не было.

Я влетела в смежный коридор.

Пусто.

Только сквозняк.

Темнота.

И один маленький голубой бантик на полу.

Я подняла его, и у меня защипало глаза.

– Ее увели, - тихо сказала Мирабель за моей спиной.

– Нет, - резко ответил маркиз.
– Не смейте так говорить.

– Я не пугаю. Я знаю.

Он повернулся к ней так, что даже воздух натянулся.

– Тогда объясните. Сейчас же.

Мирабель прижала Ноя крепче.

– Ищейки не всегда могут войти сами. Но могут звать. Морочить. Манить тем, что ребенок больше всего хочет увидеть.

Я похолодела.

– Кого могла увидеть Агнесса?

Тео ответил раньше всех. Голос у него был глухой.

– Маму.

Маркиз закрыл глаза.

Всего на миг.

Но я увидела, как ему больно.

А потом он открыл их снова.

И это уже был совсем другой человек.

Не усталый мужчина.

Не язвительный аристократ.

Не мой почти-муж, с которым мы вечно спорили.

Это был хищник, у которого забрали его девочку.

– Все слушают меня внимательно, - сказал он тихо.