Чтение онлайн

Именно тенями называли подобных наёмников. Ни семьи, ни связей, ни следов. Они существовали где-то в слухах, но никто не знал, что скрывается за маской жулика и игрока.

Неудивительно, что Лидия обратилась к Александру. Найти и отправить письмо этому « бывшему жениху» стоило ему денег и связей.

Мысленно обругав когда-то хорошего знакомого за его столь « своевременную помощь», я подошёл к камину. Стоит непременно « отблагодарить» их обоих, если уцелею после такой « услуги».

Прижимаясь плечом к кладке, я положил руку на первый кинжал.

— Не помню, чтобы приглашал гостей. И уж тем более не помню, чтобы где-то в приличных домах джентльмену было позволено запираться с чужой супругой в гостиной, — холодно ответил я, изображая ревнивого мужа.

Патрик Свон довольно улыбнулся, но его прервал тихий голос моей жены.

— Фай… всё не так, — всхлипнула Анжелика и попыталась подойти, но мигом застыла на месте.

От одного взгляда Свона она снова попятилась к окну.

Нет, это не просто страх, это почти инстинкт, как у дрессированного зверя. Но этого мгновения, когда наёмник отвлекся, мне хватило, чтобы уронить кинжал в рукав.

Только сейчас я понял, что все эти месяцы видел не просто отголоски её кошмаров. Это инстинкт, который вырабатывался годами.

Похоже, старый губернатор даже не подозревал, какого монстра пустил в свой дом. А Свон, пользуясь алчностью старика, почти до безумия запугал его юную дочь.

Один Бог знает, что ещё он творил с ней за закрытой дверью, пользуясь безалаберностью отца.

Только сейчас пришло осознание, что именно я пропустил. Почему она не прислала ни одного письма и почему никогда не вспоминала прошедшие пять лет.

Всё происходившее сложилось в весьма удручающую картину. Но, как бывало в Индии, вместо паники и страха включились инстинкты.

Ярость, клокотавшая внутри, утихла. Осталась холодная решимость. Готовность действовать так, как было необходимо, забыв о страхе, о прошлом и о том, что я больше не на службе.

« Убей или умри.»

Именно это читалось во взгляде Патрика, и именно это я собирался использовать против него.

Свон не мог заранее явиться в город и остаться незамеченным. Да и маловероятно, что он вообще пытался. Больше похоже, что он сразу явился в мой дом.

Для опытного наёмника это была опасная глупость, но мне оказалось на руку. Раз он не знает, с кем связался, не будет ждать достойного отпора.

Я выпрямился, медленно шагая в сторону окна, к которому жалась Анжелика, а Патрик отзеркаливал каждый мой шаг, оставаясь строго напротив.

Ещё одна привычка контрактника, говорящая о многом.

Сегодня только один покинет этот дом. И, судя по самодовольному виду незваного гостя, он был уверен, что это будет именно он и со всем, с чем пожелает.

— Итак, мистер Свон, потрудитесь объяснить, с какой же целью вы явились в мой дом? — решил попробовать поторговаться.

Типичная ошибка джентльмена.

Богатого и уверенного, что можно купить даже саму смерть. Но именно таким меня и считал этот наёмник, а я не стал показывать все карты сразу и лишь тянул время, медленно сокращая расстояние до окна.

— Я уже назвал вашей супруге цену за вашу спокойную жизнь, — произнес он.

— Это невозможно, даже у губернатора нет таких денег, — мигом всхлипнула Анжелика.

О, в другом я не сомневался. Ему не нужны деньги, ему нужно что-то другое, и, судя по победному блеску в глазах, он сам сейчас это озвучит.

— Тогда ты заплатишь собой. Один раз ты станешь моей, а потом мы с капитаном договоримся на остальную сумму, — довольно уточнил Свон.

От подобной наглости у меня на мгновение дрогнула маска глупого аристократа, и Патрик это заметил, расплывшись в довольной улыбке.

— Ты задолжала мне за пять лет потраченного времени, Анжелика. В этот раз виски тебя не спасёт. Да и мне любопытно, чему научил тебя твой муж в постели, — продолжал он.

Сдержаться и не вспороть брюхо этому наглому псу стоило мне колоссальных усилий.

Пальцы сами сжались, ногти впились в ладонь, но именно это позволило сделать ещё два шага и дотянуться до жены.

Свон с той же нагловатой улыбкой сместился следом, не давая мне обойти его, и, чуть отодвинув пиджак, демонстративно открыл револьвер.

Он не позволит нам уйти. Ни до, ни после.

Похоже, и в Калькутте ему больше нечего терять.

— Я не принимаю отсроченную оплату. Вся сумма сразу или мы идём наверх?

Патрик Свон произнес это будничным тоном, словно обсуждал цену на хлопок, но в его ясных голубых глазах блеснула ледяная уверенность хищника, загнавшего добычу.

— Я думаю, вам лучше уйти. Лечебница для душевнобольных находится на окраине города, и я лично оплачу вам бессрочное содержание, — ответил я, стараясь сохранить безупречный аристократический тон, хотя внутри всё кипело от ярости.

Одним плавным, едва заметным движением я сместился, закрывая собой Анжелику.

Ладонь легла ей на плечо, заставляя сделать полшага назад, туда, где тень от книжного шкафа падала на пол.

В голове уже зрел план: при первой же прямой угрозе я толкну её вниз, уводя с линии огня.

И Патрик это заметил. Улыбка на его лице стала шире, обнажая ровные, хищные зубы.

— Как благородно — прикрывать жену собой. Я думаю, вы видели отметины на её бёдрах, — его взгляд, грязный и липкий, прошел сквозь меня, касаясь Анжелики, заставляя её вздрогнуть. — Мой знак. Моё клеймо. Она моя, мистер Купер. И я даю вам последний шанс. Подумайте, стоит ли умирать за потаскуху. Я всё равно возьму своё. Вопрос лишь в том, будете ли вы в это время пить виски, жалея, что женились на этой мрази, или истекать кровью с пулей в груди.

И вместе с этими словами медленно доставал из крепления револьвер. Свет светильника зловеще заиграл на вощеной коже рукояти.

— Нет, Патрик, пожалуйста… Фай, уходи, — вцепилась в мою руку Анжелика.

Она дрожала, её пальцы судорожно сжимали ткань рукава, голос срывался в хриплый шепот, но я не смотрел на жену, которая была добычей монстра.

Я следил за угрозой, которая медленно приближалась, с той самой ленивой точностью, с какой хищник делает последний шаг перед броском.