Чтение онлайн

Я даже не заметила, что закрыла глаза и что уже почти уснула.

Уставший разум просто отказывался выдавать слова, и тем более не осталось сил что-то объяснять, спорить или ворошить старые тайны.

Промычав мужу что-то невнятное, я просто утонула в накатывающей темноте.

Насколько близко мы были от края…

Если Патрика не поймают, он попытается снова. И во второй раз просто так не уйдёт.

Убаюкивающая тьма внезапно сменилась страхом. Воспоминания нахлынули, отгоняя сон, и я тихо застонала.

Выстрел, кровь и Фабиан, прижимающий руку к груди…

— Тише, родная, это просто сон. Я тут, всё в порядке. Он больше не причинит тебе вреда, — тихо прошептал он мне в волосы.

Холодная рука коснулась лица, и я неохотно открыла глаза.

— Прости, я не смог тебя раздеть, а ты так сладко спала, — улыбнулся этот манипулятор.

Вот теперь я вспомнила всё. Как рыдала над ним, думая, что теряю навсегда, а этот подлец ни словом не обмолвился, что рана не смертельна.

Более того, он воспользовался моментом, чтобы вытянуть из меня признание. И это злило больше всего: совсем не так я собиралась всё рассказать.

Гнев закипал внутри, но прежде чем высказать мужу всё, что я о нём думаю, я хотела избавиться от этого платья.

— Ты поступил гадко, Фабиан Купер. И даже не думай, что я об этом забуду, — прошипела прямо ему в лицо.

Сползая с кровати и игнорируя пристальный взгляд странно бодрого супруга, я принялась стягивать наряд. Я ощущала себя грязной, уставшей и хотела сжечь всё, чего так или иначе касался Патрик.

Фай же сел повыше и с лёгкой улыбкой следил за каждым моим жестом. Моя ярость явно забавляла этого нахала.

А потом он выдал фразу, от которой мои пальцы замерли на пуговицах:

— Узнав, что не овдовеешь, ты передумала признаваться мне в любви? — криво усмехнулся муж.

Это было уже не просто хамство. Это было оскорбление.

— Ты дурак, Фабиан Купер! — рыкнула я и скрылась в ванной.

Нет, я не собиралась повторять вчерашнее.

Точно не в тот момент, когда он смотрит на меня так, будто все мои слова лишь минутная слабость или ложь.

В одном муж не ошибся: узнав, что не овдовею, я вспомнила о собственном достоинстве и больше не собиралась вешаться ему на шею.

Сам виноват.

Теперь пусть гадает, рыдала я от страха или всё было всерьёз.

Я привела себя в порядок и отправила Роситу за свежей газетой. То, что знала полиция, наверняка уже сообщили в редакцию « Атланта Конститьюшн».

Пропустить нападение на капитана Сторма они просто не могли. Прокручивая в голове самые нелепые из возможных заголовков, я наконец покинула своё убежище.

Фабиан сидел, сложив руки на груди. Похоже, всё это время он сверлил взглядом дверь, а теперь переключился на меня.

— Ты не сможешь сбежать от этого разговора, — сурово произнёс мой « раненый» супруг.

Самоуверенное заявление для того, кто на неделю прикован к постели.

Натянув вежливую улыбку, я посмотрела ему прямо в глаза, достала из шкафа чистое платье и медленно застегнула пуговицы.

— Думаю, пока твое ребро не заживёт, нам стоит спать в отдельных спальнях, — спокойно заявила я, направляясь к двери.

И прежде чем муж успел возмутиться, добавила:

— Кармела принесёт тебе завтрак. Отдыхай, дорогой. Ты так самоотверженно изображал умирающего вчера, это, должно быть, очень затратно.

— Анжелика! — прогремел мужской голос мне в спину, а следом раздался резкий, болезненный стон.

Капитану не понравилась моя шпилька. Что ж, мне тоже не понравилась его игра.

Я обещала ему расплату, самое время начинать.

Со злобной улыбкой я спустилась вниз, стараясь не смотреть в сторону гостиной. Нужно сжечь ковёр, всё, к чему прикасался Свон. Перекрасить стены, сменить стол…

Составляя план избавления от воспоминаний, я раздавала приказы слугам. Потом спокойно завтракала, уставившись в окно, пока на стол не легла утренняя газета.

« Кровавая драма в особняке Куперов. Капитан Сторм отражает нападение бывшего возлюбленного своей жены».

Фабиана описали почти как героя женских романов. Сражался, защищал честь…

Вот только Патрик вовсе не был « обезумевшим от ревности бывшим женихом». Он был преступником — опасным, непредсказуемым и бесконечно злым.

То, что популярнейшее издание города выставило его едва ли не трагическим героем, было фатальной ошибкой. Начитавшись подобного, восторженные девицы начнут сочувствовать мистеру Свону, совершенно не осознавая, какую угрозу он представляет на самом деле.

От одной мысли, что какая-нибудь Лидия Хопкинс возомнит Патрика жертвой коварства « неверной невесты» и решит помочь ему скрыться от правосудия, по спине пробежал ледяной холод.

В глазах общества он становился мучеником, а в реальности оставался хищником, затаившимся в ожидании нового броска.

Стук в дверь заставил вздрогнуть и уронить газету.

— Кто бы там ни был, мы не принимаем гостей, — просипела я пересохшим голосом, обращаясь к Росите.

Не успела служанка ответить, как знакомый голос разнесся по холлу, а следом в столовую влетела растрепанная Лидия Хопкинс.

Она выглядела так, будто бежала за пролёткой пешком.

— Как он? Он жив? Насколько всё серьёзно? — тараторила девушка, уворачиваясь от попыток садовника преградить ей путь.

Скверные новости разлетелись по Атланте быстрее, чем просохли чернила в типографии.

Судя по виду, мисс Хопкинс явилась к нам сразу, как увидела заголовок.

— С моим супругом всё будет в порядке, мисс Хопкинс. Покиньте дом, сегодня мы не принимаем посетителей, — холодно произнесла я, демонстративно не вставая из-за стола.

— Я… — она замялась, озираясь по сторонам.

Вероятно, ждала увидеть здесь Фабиана или следы побоища, но, встретив лишь мой ледяной взгляд, растерялась.

— Мне позвать полицию? — тихо спросила я, делая вид, что возвращаюсь к чтению.