Чтение онлайн

От одной мысли, что я могу его потерять, слёзы потекли рекой, а голос сорвался на тихий хрип.

— Ты такой дурак, Фабиан Купер, я люблю тебя и не смей даже думать, чтобы бросить меня одну.

После этой фразы улыбка сползла с его бледного лица. Глаза открылись, а туман сменился чем-то совсем другим — настороженностью, даже легкой злостью.

Чёрная бровь вопросительно взлетела вверх, а голос стал неожиданно холодным.

— В какой же момент ты в меня влюбилась, жена? Когда узнала масштаб моего капитала? Или уже после свадьбы, между сценами ревности и скандалами? — вопрос прозвучал почти как претензия, а тон Фая больно кольнул что-то внутри.

Он не поверил. Конечно, после всего, что между нами было…

Это было несколько обидно, однако красное пятно на рубашке подсказывало, что играть в гордость — не лучший момент. Не так я хотела это сказать, не так он должен был это услышать.

Но Фабиан был дороже моей гордости. Игнорируя колючий взгляд, я наклонилась к самому уху, поглаживая его жесткие волосы.

— Ты такой дурак, Фабиан Купер, я всегда любила тебя. Просто молчала, потому что знала, отец ни за что не позволит нам быть вместе.

— Только твой отец? И как бы он помешал? Не ври, жена, сейчас не время играть со мной в игры, — настороженно произнёс он, выдавливая каждое слово и тяжело дыша.

При каждом глубоком вдохе он морщился и крепче прижимал руку, которую не убирал.

Я же старалась не смотреть на кровь. От одной мысли о ране становилось дурно. А доктор Чжоу почему-то не спешил.

Как и полиция, которую наверняка вызвали слуги. Все слышали выстрел, но никто так и не пришёл.

Продолжая поглаживать Фая по волосам, я коснулась губами его лба и практически легла рядом на пол.

Темные глаза внимательно следили за каждым моим вдохом, словно пытаясь поймать на лжи, а я уперлась взглядом в потолок.

Мотивы моего отца никогда не были ни для кого секретом, однако по какой-то причине Фабиан Купер полагал, что для него сделают исключение.

— Я была способом увеличить его влияние. А ты был помехой. Но даже для отца отправить тебя на каторгу было слишком жестоко… — наконец произнесла я.

Фабиан шумно выдохнул, застонал и вдруг хрипло рассмеялся:

— Моя девочка… какая каторга? Я был воспитанником губернатора, а не беглым рабом.

Ответить я не успела. За окном послышался шум и быстрые шаги, а потом на пороге зазвучал знакомый голос доктора Чжоу.

Я села, поправляя платье и собираясь встретить долгожданных гостей, но муж поймал мою руку, не позволяя уйти.

— Мы не закончили этот разговор, Анжелика, — сурово произнёс он.

— Если ты выживешь, я всё тебе расскажу, Фабиан. Больше никаких тайн, — пообещала я.

На время осмотра меня наглым образом выставили прочь.

Прибывший детектив устроил допрос прямо в столовой, пока доктор и второй офицер оценивали, насколько серьезна рана моего супруга.

Правда оказалась простой. Патрик вошел в дом обманом, начал шантажировать меня надуманными долгами, затем угрожать, а потом явился мой разъяренный муж.

Но даже на таком « допросе» я отвечала невпопад, сжимая в руках холодную чашку чая, которую мне всунула Росита.

В голове пульсировала только одна мысль: Фай там, за дверью, истекает кровью из-за моей лжи. Из-за того, что я годами молчала о монстре, которого отец прочил мне в мужья.

Могла все рассказать, но боялась, что мне не поверят. А теперь…

— Миссис Купер, вы меня слышите? — голос офицера доносился словно из-под воды.

Я подняла взгляд на его пышные усы и тут же услышала долгожданные шаги.

Доктор Чжоу, навстречу которому я выскочила, мигом забыв и о допросе, и о детективе.

— Как он? Насколько всё серьёзно? Я видела там много крови… — засыпала старика вопросами, игнорируя вошедшего офицера.

Доктор криво улыбнулся и указал в сторону лестницы.

— Будет жить, — сообщил он, поправляя очки. — Подробности ваш супруг расскажет сам. Слуги уже помогли мистеру Сторму подняться в спальню.

— Вы не заберете его в больницу? — не скрывая удивления, спросил детектив.

Доктор Чжоу вопросительно посмотрел на меня, потом на полицейского и мягко улыбнулся.

— Не думаю, что нам стоит обсуждать это при леди, детектив. Все показания я дам вам по дороге, а миссис Купер следует навестить супруга.

До спальни я не шла, я почти летела.

Старый доктор что-то скрывал, и я хотела знать, насколько всё серьёзно.

А когда увидела Фабиана, снова не сдержала слёз.

— Фай, он что-то темнит. Ты умираешь, да? Всё так плохо, что даже нет смысла ехать в больницу? — кинулась к кровати, хватая его за руку.

Шумно выдохнув, муж поймал мою ладонь, накрывая её своей. Толстая повязка царапнула кожу, и я на мгновение перестала рыдать, затаив дыхание.

— Скажи мне правду, — посмотрела в его уставшие глаза.

— Меня не забрали в больницу, потому что в этом нет необходимости, Анжелика. Кость лишь слегка пострадала, не думаю, что это перелом. Неделя отдыха, и я буду в порядке, — тихо прошептал он, слегка улыбаясь.

— Кость?

С непониманием я осмотрела уже чистую рубашку, грудь, туго перетянутую повязкой, а потом всмотрелась в лицо. Не похоже, что он терял сознание от боли или от потери крови. Но я сама видела, как кровит его рана под прижатой рукой.

Взгляд скользнул к перемотанной ладони, и в голове тихо зажужжало.

— Пуля досталась не мне, — произнёс Фай, проследив за моим взглядом. — Это была кровь Свона и моя раненая рука. Всё в порядке. Во время выстрела мне выбило ребро рукоятью. Трещина. Больно, но не смертельно. Ложись, у меня еще осталось несколько вопросов.

« Пуля досталась не мне».

Обрывки фраз, как осколки, врезались в сознание, и я вдруг поняла: всё это время он знал, что рана не смертельна, и всё равно позволил мне думать, что вот-вот умрёт.

Злость накатила волной, но тут же отозвалась писком в ушах.

Даже сил злиться на Фабиана не осталось. Я отомщу ему позже, когда немного приду в себя. Обязательно отплачу за то, через что он заставил меня пройти.

Под пристальным взглядом настороженного мужа я забралась на кровать и почти застонала от облегчения. Этот день казался бесконечным, и только сейчас, ощущая Фая рядом, я поняла, как сильно устала.

— Всё позади, можешь поспать, разговор подождёт, — неожиданно прозвучал голос, и моего лица коснулась прохладная ладонь.