Чтение онлайн

Фабиан снова попытался возразить, но я приложила палец к его губам.

— Мой отец был губернатором, Фай. Он бы нашёл, как испортить тебе жизнь. Нашу жизнь. Ты правда думаешь, что, живя на два доллара в месяц и моя горшки за старыми аристократками, мы бы не возненавидели друг друга через год? У тебя были мечты, и ты мог лишиться всего из-за одного моего эгоистичного « да».

— Значит, ты готова была отказаться от любви ради денег, моя Анжелика? — в его голосе прозвучала нескрываемая горечь.

— Я готова была дать тебе осуществить твои мечты. Даже если без меня.

Закинув голову назад, Фай тихо застонал, а потом обхватил моё лицо ладонями, заставляя смотреть прямо в глаза.

— Моя единственная мечта, от которой я не готов был отказаться, — это ты, Анжелика. Всегда была ты. Всё остальное… — он запнулся, и его голос дрогнул. — Всё остальное было лишь ради одного — услышать от тебя те самые слова. Заслужить твою любовь.

— Любовь невозможно заслужить, ты ведь знаешь это, правда? — прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от его слов.

— Я знаю, моя жестокая жена, и от этого схожу с ума. Годами жил, зная, что ты никогда меня не полюбишь…

— Ты такой дурак, Фабиан Купер, — выдохнула я, подаваясь вперёд.

Опрокинув Фабиана на подушки, я сама коснулась его губ.

Он ответил мгновенно, словно только этого и ждал. Длинные пальцы запутались в моих волосах, безжалостно разрушая утреннюю прическу, и притянув еще ближе, снимали остатки напускной гордости и злости.

— Скажи это… — прошептал он прямо в губы, почти на вдохе.

— Я люблю тебя, Фабиан. Всегда любила, — сразу ответила я, и в этот раз в моих словах не было ни капли сомнения.

Поцелуй стал настойчивым, жадным. В нём была и горечь долгих лет разлуки, и облегчение от того, что наконец между нами не осталось недомолвок. Губы Фая жадно ловили моё дыхание и наконец вырвали тихий стон.

Поддавшись порыву, он попытался уложить меня на подушки, но тут же схватился за бок и глухо застонал.

— Бешеные псы… — ругнулся сквозь зубы, прижимая ладонь к больному боку.

— Доктор Чжоу оставил отвар на случай сильных болей. Я сейчас прикажу принести, — я попыталась высвободиться и встать, но была поймана в крепкие объятия.

— Прости, родная, но страстное воссоединение придётся отложить на неделю. Просто полежи рядом — это лучше всяких отваров.

Я не сопротивлялась. Просто гладила его руку, пока Фай о чём-то напряженно размышлял.

— Что стало с плантацией? — наконец спросил он.

— Разорилась через год. Когда ты уехал, Франклину никто не мешал воровать. Отец спохватился только тогда, когда пришли отчёты, но было поздно. Он продал её за долги одной из первых и за копейки. Как только ты исчез, всё начало рушиться…

Притянув меня к себе, Фай коснулся губами моего лба.

— Тебе нужно было написать мне.

— Я не могла. Мы с отцом договорились: он не пытается повесить на тебя кражу и долги, а я делаю всё, чтобы ты как можно скорее покинул Атланту.

— Билет до Лондона, деньги на первое время… Он же сам вручил мне их, старый лицемер!

— У меня бы ты ничего не взял. А отцу не привыкать играть роль благодетеля.

Застонав, Фабиан запустил пальцы в мои волосы, а затем уткнулся носом в мою шею, часто и тяжело дыша. Словно только это позволяло ему усмирить бурю, зревшую внутри.

— Мы потеряли пять лет… Когда я думаю о том, что мог не успеть, о том, что ты пережила здесь без меня… Моя Анжелика, не будь старый Тейлор твоим отцом, я вогнал бы тот кинжал в его чёрствое сердце.

Я бы не стала его останавливать. Но вслух этого не сказала.

Матушка всё ещё считала, что ей повезло с супругом. Она жила в своём выдуманном мире и наотрез отказывалась признавать, что её муж — просто алчный монстр. Такой же, за которого он пытался выдать меня замуж.

— Фабиан, кинжал не спасёт нас от револьвера. А если их будет несколько? — решила я сменить тему.

Над городом ярко сияло весеннее солнце, но я точно знала: стоит сумеркам коснуться верхушек деревьев, и мои кошмары вернутся. В этот раз — вполне реальные и вооружённые.

Фай ответил не сразу. Он погладил мои волосы и поцеловал в макушку.

— Я напишу несколько писем. Посмотрим, так ли хорош Свон, как он о себе думает. Полиции, чтобы обыскать порт и склады, нужен ордер, а значит, мы обратимся к тем, у кого не спрашивают документы. Если Патрик там, его найдут уже к утру.

Я хотела спросить, откуда у мужа такие связи, но стоило поднять голову и открыть рот, как он тут же пресек любые расспросы поцелуем.

— Тебе не нужно этого знать, — прошептал Фай, медленно поглаживая мою щёку, будто стирая саму мысль о внешнем мире.

И он был прав: сейчас я не хотела знать ничего, что не касалось бы нас двоих.

А вот от поцелуев отказываться не собиралась. Они привычно отгоняли тёмные мысли, заставляя тело пылать, а меня — забывать обо всём, кроме его рук.

— Моя жена… жаль, но сегодня твои страхи я смогу отогнать только так, — выдохнул он.

— Не останавливайся, мне нравится, — я слегка наклонила голову, и мужские губы скользнули ниже, к шее.

Срывая очередной тихий стон, Фабиан негромко рассмеялся. Стараясь не тревожить раненый бок, он уложил меня удобнее и, опираясь на одну руку, продолжил блуждать поцелуями по раскаленной коже.

Его движения были медленными, почти ленивыми, но от этой неспешности огонь внутри разгорался еще ярче.

— Моя невероятная Анжелика. Моя жена. Моя любовь…

Он на мгновение замер, позволяя прочувствовать каждое слово, а затем притянул к себе так близко, что между нами не осталось даже воздуха.

— Теперь ты вся моя, — прошептал он уже совсем иначе.

Глухо, с тем самым опасным спокойствием, от которого внутри всё сжалось и вспыхнуло одновременно. В этом шепоте была не только нежность, но и триумф человека, который наконец вернул своё самое ценное сокровище.

Изабелла всегда увлекалась дешевыми женскими романами больше меня.

Возможно, ей просто не хватало своего Фабиана, а может, за ее чтением никто не следил так пристально, как за моим.