Чтение онлайн

— Къ вамъ пріхали мистеръ и мистрисъ Боффинъ! — пробурчалъ ей головастый молодой человкъ сквозь ршетку калитки и при этомъ потрясъ ее такъ свирпо, точно онъ былъ дикій зврь, сидвшій въ клтк звринца. — Они уже съ полчаса дожидаются.

— Кто пріхалъ, вы сказали? — переспросила миссъ Лавинія.

— Мистеръ и мистрисъ Боффинъ — повторилъ молодой человкъ, возвысивъ голосъ до рева.

Миссъ Лавинія взбжала вверхъ по ступенькамъ крыльца, сбжала обратно съ ключемъ, перебжала черезъ маленькій садикъ и отворила калитку.

— Входите, пожалуйста, — сказала она надменно. — Наша служанка ушла со двора.

— Войдя въ маленькую переднюю и поджидая миссъ Лавинію, чтобъ она имъ указала, куда идти дальше, мистеръ и мистрисъ Боффинъ замтили на верхней площадк лстницы три пары подслушивающихъ ногъ: ноги мистрисъ Вильферъ, ноги миссъ Беллы и ноги мистера Джорджа Сампсона.

— Мистеръ и мистрисъ Боффинъ, если не ошибаюсь? — обратилась къ нимъ Лавинія предостерегающимъ тономъ.

Непріязненное вниманіе со стороны всхъ трехъ паръ подслушивающихъ ногь.

— Да.

— Пожалуйте сюда, я сейчасъ скажу мамаш!

Торопливое бгство подслушивающихъ ногь.

Прождавъ съ четверть часа въ маленькой гостиной, представлявшей слды торопливой уборки посл ды, — слды, наводившіе на вопросъ, имлись ли при уборк въ виду постители, или комната была очищена для игры въ жмурки, — супруги Боффинъ увидли входящую мистрисъ Вильферъ, величаво томную, съ снисходительнымъ перегибомъ на одинъ бокъ, что было ея обыкновенной манерой въ обществ.

— Позвольте узнать, чему я обязана такой честью? — сказала мистрисъ Вильферъ посл первыхъ привтствій и посл того, какъ она поправила платокъ подъ подбородкомъ и взмахнула перчатками.

— Коротко и ясно, сударыни, — отвчалъ мистеръ Боффинъ, — дло вотъ въ чемъ. Вамъ, можетъ быть, уже извстна фамилія Боффиновъ, получившихъ наслдство?

— Да, и слыхала, сэръ, — проговорила мистрисъ Вильферъ, величественно склонивъ голову.

— И я полагаю, сударыня, — продолжалъ мистеръ Боффинъ, между тмъ какъ мистрисъ Боффинъ подкрпляла его слова улыбками и кивками, — я полагаю, вы относитесь къ намъ несовсмъ благосклонно?

— Извините, — отвчала мистрисъ Вильферъ, — несправедливо было бы сваливать на мистера и мистрисъ Боффинъ несчастіе, которое, безъ всякаго сомннія, было предопредлено самимъ Провидніемъ.

Эти слова казались тмъ эффектне, что были произнесены съ выраженіемъ стоическаго страданія въ голос и въ лиц.

— Отъ души сказано, — замтилъ честный Боффинъ. — Мы съ мистрисъ Боффинъ, сударыня, люди простые, безъ всякихъ претензій, и не любимъ ходить окольными дорогами, потому что ко всему есть прямой путь. Такъ вотъ мы, стало быть, пріхали къ вамъ сказать, что были бы рады имть честь и удовольствіе познакомиться съ вашей дочерью и что намъ будетъ пріятно, если дочь ваша пожелаетъ считать нашъ домъ своимъ домомъ наравн съ этимъ. Коротко и ясно: мы хотли бы повеселить вашу дочь, хотли бы, чтобы она раздляла съ нами вс наши удовольствія. Мы хотимъ потшить ее и доставить ей развлеченіе.

— Вотъ именно! — подхватила простодушная мистрисъ Боффинъ. — Господи Боже мой! Изъ-за чего намъ сторониться другъ друга? Будемте вс счастливы.

Мистрисъ Вильферъ слегка поклонилась гость и торжественно монотоннымъ голосомъ отвтила ея спутнику:

— Еще разъ извините: у меня нсколько дочерей. Какъ же мн понимать, которую изъ моихъ дочерей такъ благосклонно отличили мистеръ Боффинъ и его супруга?

— Неужели вы не угадываете? — отозвалась вчно улыбающаяся мистрисъ Боффинъ. — Конечно, миссъ Беллу.

— А-а! — протянула мистрисъ Вильферъ съ сгрогимъ, ничуть не смягчившимся взглядомъ. — Мою дочь Беллу можно видть; она сама вамъ отвтитъ на все.

И, пріотворивъ дверь гостиной, за которою тотчасъ же послышался топотъ поспшно убгающихъ ногъ, почтенная дама провозгласила:

— Пошлите сюда миссъ Беллу!

Этотъ величественно-формальный, можно даже сказать — герольдмейстерскій возгласъ былъ сдлано съ укоризненнымъ взглядомъ, брошеннымъ на поименованную юную двицу во плоти въ ту минуту, когда она съ немалыми усиліями пряталась въ чуланъ подъ лстницей, опасаясь появленія мистера и мистрисъ Боффинъ.

— Занятія Р. Вильфера, моего мужа, объясняла тмъ временемъ мистрисъ Вильферъ, опускаясь на свой стулъ, задерживаютъ его въ эту пору дни въ Сити, иначе онъ имлъ бы честь принимать васъ вмст со мною подъ нашею скромною кровлей.

— А у васъ славная квартирка, — весело замтилъ мистеръ Боффинъ.

— Извините, сэръ, эта квартира — жилище сознающей себя, но независимой бдности, — поправила его мистрисъ Вильферъ.

Затрудняясь продолжать разговоръ въ такомъ дух, мистеръ и мистрисъ Боффинъ сидли, устремивъ глаза въ пустое пространство, между тмъ какъ мистрисъ Вильферъ безмолвно давала имъ понять, что она переводитъ дыханіе съ такимъ самоотверженіемъ, которому едва ли имется что-либо равное въ исторіи. Это тянулось до тхъ поръ, пока не появилась миссъ Белла. Мистрисъ Вильферъ представила ее гостямъ и объяснила ей цль, съ какою они прибыли.

— Я вамъ очень обязана, — сказала холодно миссъ Белла, тряхнувъ своими кудрями, — но у меня нтъ никакого желанія вызжать.

— Белла, — сказала ея мама увщательнымъ тономъ. — Белла, ты должна переломить себя.

— Да, моя милая, послушайтесь мамаши, переломите себя, — подхватила мистрисъ Боффинъ. — Мы будемъ такъ рады видть васъ у себя, да и вы такая хорошенькая… Что вамъ сидть взаперти?

Съ этими словами добродушная женщина поцловала миссъ Беллу и ласково потрепала ее по выразительнымъ плечикамъ. Мистрисъ Вильферъ все это время сидла, чопорно, выпрямившись, точно какое-нибудь офиціальное лицо, присутствующее при свиданіи осужденнаго съ родными передъ казнью.

— Мы думаемъ перехать въ другой, хорошо обставленный домъ, — продолжала между тмъ мистрисъ Боффинъ, которая была настолько женщиной, что преспокойно выдала секретъ своего супруга, пользуясь тмъ, что онъ не могъ оспаривать ее въ эту минуту. — Мы заведемъ парадную карету, будемъ много вызжать, все осматривать. И вы, моя душечка, — прибавила она, сажая миссъ Беллу рядомъ съ собой и дружески похлопавъ ее по рук,- пожалуйста не пренебрегайте нами для начала знакомства, потому, сами знаете, мы вдь тутъ ни въ чемъ не виноваты.

Съ естественнымъ влеченіемъ юности ко всему простому и доброму миссъ Белла, тронутая искренностью этихъ словъ, сама охотно поцловала мистрисъ Боффинъ. Однако, это не понравилось свтской женщин — ея матери, предпочитавшей удержать за собой выгодное положеніе: ей хотлось самой сдлать одолженіе Боффинамъ, а не принимать одолженія отъ нихъ.

— Моя младшая дочь Лавинія, — заговорила она, обрадовавшись случаю сдлать диверсію, когда на сцен опять появилась эта молодая двица. — Мистеръ Джорджъ Сампсонъ, другъ нашего дома.