Чтение онлайн

Холвир молчал. Каменная занавесь с легким звоном покачивалась за его спиной. Ожерелья из прозрачного камня терлись друг о друга, переплетались, и по потолку бежала сеть из оранжевых искр.

– Я с вами, - наконец сказал Холвир.
– Фор... Форэтт спас мне жизнь.

– А если бы не спас?
– вскинула бровь Тэри.
– Ты бы нас бросил?

– Я дал обеты, Тэри, - просто ответил Холвир.
– Я бы отправился на юг и потребовал бы объяснений у главы нашего ордена, но я не предал бы своих, даже узнав, что среди нас есть убийцы. Но сейчас Фор в опасности. Я отправляюсь с вами.

– Кстати, убийца знал Северна, - вдруг сказала Тэри.
– Северн, ты его помнишь?

– Нет, - немедленно ответил Северн.
– Летом у нас часто останавливались путники. Может, и он тоже.

– Твою маму и братьев, во всяком случае, он запомнил, - сквозь зубы произнесла девушка.
– Хорошо, что он потерял память.

Северн побледнел и ничего не ответил.

За стеной послышался шелест босых ног, и в дверном проеме показалась светловолосая девушка. В руке у нее поскрипывала большая плетеная корзина. Девушка выставила на стол кринку с молоком, огромную миску с пирогами, домашнюю колбасу и большой горшок печеного картофеля. После этого она молча поклонилась нам и вышла. Мы расселись вокруг низкого стола, и некоторое время вокруг слышалось лишь увлеченное чавканье.

– Отец Чосс, вы завтра пойдете с ними?
– осторожно спросила Тэри, когда мы насытились.
– В лагерь варваров?

– Варвары должны узнать, кто убил их шамана, - ответил отец Чосс.
– И лучше бы им это услышать от того, кому они доверяют. К тому же он был моим другом.

– Их шаман?

– Да.
– Он вздохнул.
– Мы часто спорили, но я его понимал. Варвары верят в судьбу, а в моем возрасте трудно верить во что-то другое.

Тэри коснулась руки старого жреца.

– Мы обязательно найдем того, кто приказал убить вашего друга, - твердо сказала она.
– Обещаю.

– Спасибо, но сейчас вам лучше отдохнуть.
– Отец Чосс посмотрел на Холвира.
– Особенно вам. В спальне для гостей есть подушки и одеяла.

Холвир поднялся, опираясь на мой посох. Мы последовали за ним наверх по скрипучим деревянным ступеням. Пять застеленных кроватей располагались в ряд: я долго смотрела на ту, что осталась пустой, пока по крыше барабанил дождь.

Я спала без сновидений.

Отец Чосс разбудил нас на рассвете.

– Собирайтесь, - только и сказал он.
– Завтрак внизу.

В жилой зале окна были открыты, и по ногам гулял холодный воздух. Комнату пронизывали косые лучи солнца, с белых утренних берез доносился птичий щебет. На столике уже стояли миски с творогом и медом. Мы быстро поели, не глядя друг на друга. Холвир и отец Чосс исчезли сразу после завтрака, и когда я услышала стук молотков, я поняла, куда: они сооружали носилки.

– Богиня, неужели Фор сегодня умрет?
– проговорила Тэри.

– Я ему умру, - мрачно сказал Северн.
– Вы бы лучше задумались, куда мы идем.

– Ты про лагерь варваров или про крепость Разбитой Руки?

– Про нее, - кивнул Северн.
– Никогда не задумывалась, почему оттуда никто не возвращался?

– Мы вернемся.
– Холвир появился в дверях, сосредоточенный и хмурый.
– Пора.

На улице не оказалось ни души: только мы, отец Чосс и Холвир у носилок. Сверху расстилалось чистое небо, желтела мать-и-мачеха под бревенчатыми стенами, ветер колыхал крошечные листья берез. Утро щемило сердце, как последний час приговоренного к казни.

Фор лежал на носилках под двумя одеялами. Я коснулась его лба, прислушалась к дыханию: ничего. Отец Чосс произнес что-то предостерегающее, но я не обратила на внимания, и когда Холвир подхватил носилки, я оказалась у противоположного конца. Мне не было тяжело.

Мы вышли из города цепочкой. Отец Чосс шел впереди, Тэри и Северн плелись в хвосте. Первые десять минут мы шли молча, но затем я услышала за спиной тихий разговор.

– ...Я слышала, как ты рассказывал Нелле о том представлении с перьями и смолой. Из-за него ты отправился на север?

– А тебе интересно?
– странным тоном спросил Северн.

– Само собой.
– Тэри улыбнулась.
– Ведь мы друзья.

– Что есть, то есть, - вздохнул Северн.
– Ладно, что там увиливать. Сплетни разлетаются быстро, Тэри. Уже день спустя все постояльцы гостиницы, где я выступал, знали мою историю. Еще через пять дней мне пришлось уехать в другой город.

– И?

– Через полчаса меня узнали и с улюлюканьем погнали из таверны.
– В голосе Северна послышалась горечь.
– Я уехал обратно и отправился прямиком на пристань.

– Но почему? Еще пара дней, и они бы об этом забыли!

– Я бард, Тэри, - терпеливо ответил Северн.
– Это моя жизнь. Я могу попробовать перекинуться в придворного дурачка, но кому понравятся мои шутки?

Дорога кончилась, и мы шли по мерзлой траве. Вокруг стелился рыже-бурый вереск, солнце заволокло тучей, и весь мир казался бурым, только поблескивала ледяная корочка на лужах. Возвращалась зима.

– Я рад, что мы здесь, вместе, - нарушил молчание Северн.
– И надеюсь начать все с начала. Честно говоря, я этим занимался всю жизнь: начинал заново. Когда сбегал с фермы, чтобы послушать байки в таверне, когда пел на деревенском празднике, когда ушел из дома летней ночью...

– И когда сбежал на север, - подхватила Тэри.
– И не жалеешь?

– Ничуть.
– Северн улыбнулся.
– Мы друзья, а разговор с другом льется, как вода. Или пиво, если поблизости есть таверна. Дома мне не с кем было поделиться: каждая беседа напоминала деревянный кирпич, который нужно было разрубить на щепки. Сейчас гораздо лучше. Только вот...

– Что?

– Ничего.
– Послышался глубокий вздох.
– Ничего особенного.

Впереди между скалами мелькнул дымок. Дорога круто поднялась на холм, каменистые насыпи расступились, и нашим глазам открылся лагерь. Шатры из шкур поднимались к небу на крепких жердях. Между ними горели костры, в тени на досках сушились козьи шкуры: сами же козы топтались в загоне под козырьком нависшей над лагерем скалы. Недалеко от загона худая женщина взбивала масло.

– Говорить буду я, - предупредил отец Чосс.
– Даже не думайте хвататься за оружие.

– А если на нас нападут?
– спросил Холвир.

– Варвары не убивают гостей. Поначалу, по крайней мере.

Со стороны лагеря послышался окрик. Я вздрогнула.

– Нас заметили, - сказал отец Чосс.
– Пора.

Мы спускались в безмолвии. По обе стороны тропинки то и дело появлялись вооруженные мужчины, и последние шаги мы прошли в живом коридоре. Нас с Холвиром оттеснили от носилок: высокий человек с русой бородой властно произнес несколько слов, и двое рослых мужчин взялись за обтесанные ручки вместо нас.