Чтение онлайн

– Что еще я могу сделать?
– услышала я его тихий голос.

Отец Чосс посмотрел на него.

– Остановите своих братьев на юге, - серьезно сказал он.
– Если паладины и впрямь готовят вторжение на север, нам всем несдобровать.

Холвир молча кивнул.

Отец Чосс вскинул руки, и над травой поднялось яркое пламя. Вождь вышел из шатра и остановился поодаль. Воины во главе с Беаром опустили рядом с нами носилки с Фором и разбрелись вокруг, не переступая, однако, невидимой границы. В круге стояли лишь мы.

– Пора прощаться, - сказал отец Чосс.

– Мы должны пройти сквозь пламя?
– уточнила Тэри.

– Не задерживаясь и не отводя взгляда от огня. У вас минуты.

Холвир сглотнул. По его лицу катился пот.

– Снова огонь, - прошептал он.
– Опять...

Пламя разгоралось. Я боролась с желанием сделать шаг назад: жар становился невыносимым.

– Погодите.
– Северн отступил на шаг.
– Я не уверен, что я должен идти с вами.

– Почему?
– в упор спросила Тэри.

– Потому что...
– Северн вздохнул.
– Я подвергаю вас опасности, вот почему. Паладины с юга... они вернутся. За тобой, за мной, за всеми нами!

– Мы разберемся с этим в крепости, - неожиданно жестко сказал Холвир, подхватывая Северна за шиворот.
– Как я посмотрю, отпускать тебя куда дороже, чем брать с собой.

Тэри переводила взгляд с Холвира на Северна.

– В крепости, - повторил Холвир, глядя ей в глаза.
– Поверь, так будет лучше.

– Тогда веди, - выдохнула она.
– Я тебе верю.

Я обернулась. Поймала ободряющий взгляд отца Чосса. Вдохнула запах шерсти, ароматного масла, пота и кислого молока, зажмурилась от яркого снега на каменистых кручах. Повернулась к костру.

И шагнула вперед.

– Ворота закрыты. Похоже, их не отпирали много дней.

Мы стояли на площади. Перед нами возвышались наглухо закрытые ворота. Сзади в сотне шагов высился замок: из скалы поднимались башни, натянутыми струнами висели мосты. Со стены печально пела малиновка. И ни души вокруг.

– Хочешь сказать, что мы заперты в крепости?
– спросил Холвир.
– Нам не открыть ворота изнутри?

Тэри покачала головой.

– Невозможно.

– Значит, у нас одна дорога - в замок, - бросил Северн.
– Мы же этого и хотели.

– Подождите!
– Я вскинула руки.
– Прежде чем тащить туда Фора, может быть, кто-нибудь объяснит мне, что это за крепость такая?

Мои спутники переглянулись.

– Крепость основал Гилетир, избранник богини, - начал Северн.
– Ею владели первые паладины, но после его смерти как-то само собой оказалось, что она перешла к жрецам. Те были сильнее... в общем, понятно.

– Гилетир сам строил замок, - добавил Холвир.
– Однажды камень упал с верхних этажей и раздробил ему руку. Увидев это, другие строители разрезали себе ладони, чтобы основать настоящее братство по духу и по крови. Отсюда и название.

Я кашлянула.

– Хорошо, Гилетир основал крепость. Но что случилось потом?

Холвир вздохнул.

– Тени умерших уходили в пустыню. Жрецы проводили с ними сложные ритуалы: по сути, подкармливали их силой, чтобы те не шли на людские поселения. На севере круг жрецов делает то же в Ущелье Теней.

– Так вот что в тот день происходило в ущелье...
– протянула Тэри.

– Несколько лет назад тени прорвались, - будничным тоном продолжал Холвир.
– Все жрецы погибли. Никто из тех, кто отважился проникнуть в крепость, не вернулся. Фор - единственный, кто уцелел.

– Он всего лишь удрал вовремя, - дернула плечом Тэри.
– Остался бы, не выжил.

– Иногда это самое главное, - отозвался Холвир.

Главный вход замка походил на двери собора: высокая арка, стертые ступени, еле уловимый запах благовоний. Наши шаги гулко отдавались под сводами.

В огромном зале тоже было пусто. Я обвела взглядом разрушенные перекрытия, осыпавшиеся лестницы, горы хлама, груды камней и деревянных брусьев.

– Здесь воевали, - произнес Северн.
– До последнего.

– Если воевали, где трупы?
– возразила Тэри.
– И где победители?

Холвир обернулся к носилкам, лежащим на полу, и с озабоченным видом шагнул к Фору. Коснулся матового лба.

– Пара часов, не больше... Где-то здесь должен быть алтарный зал... дворец паладинов в Эвере выстроен по образу и подобию этого...

Он медленно, томительно медленно оглядел комнату.

– Налево, - наконец сказал он.
– Северн, бери другой конец носилок, и идем.

Мы двинулись в путь. Становилось светлее: из глубоких окон, прорубленных в скале, на колонны и лестницы лились потоки солнечных лучей. Откуда-то бежала вода: я сначала почувствовала влагу в сапоге, а потом увидела ручеек, вытекающий из ослепительно белого бассейна.

– Сюда, - тяжело дыша, проговорил Холвир.

Холвир и Северн с носилками переступили порог. Мы с Тэри шагнули следом.

– Здесь когда-то стояла белая каменная свеча, - сказал Холвир.
– После смерти Гилетира жрецы перевезли ее в Иствен.

– И что нам делать?
– спросила Тэри.
– Сесть в кружок и молиться?

– Положим Фора сюда.
– Он кивнул на небольшую нишу в углу зала.
– И оставим его одного, чтобы не мешать исцелению. Разобьем лагерь в соседней галерее.

Я покачала головой.

– Я останусь.

К моему удивлению, Холвир кивнул.

– Если хочешь. Когда он придет в себя, позови нас.

Когда они ушли, я перевела взгляд на Фора. Он лежал навзничь на теплом камне. Вода струилась по углублению, прозрачная, теплая. Я опустила руку в желоб, но, как ни старалась, не могла достать до дна. Пальцы касались воды, и поток мягко разворачивал ладонь вдоль течения.

Я вздохнула. По-настоящему меня не интересовала ни вода, ни каменные свечи.

Только Фор.

Неужели он не проснется?

Я подошла к бассейну, села на сухой бортик. Солнце светило ярко, и ласково журчала вода. Отсюда северный снег казался нереальным, как забытая сказка. Далеко-далеко чирикали птицы, и с трудом верилось, что из этих светлых залов никто не возвращается.