Чтение онлайн

– Лесть вам не поможет, - кокетливо сказала я.
– У меня уже есть приятель.

– Вот жалость, - вздохнул Джонни.
– Подфартило мужику.

Я почувствовала, что краснею.

– Либо, - продолжил Джонни, - вы все это выдумали, потому что не выносите жирных мужчин.

– Что за глупости?
– возмутилась я.
– Среди моих лучших друзей есть настоящие толстяки!

– И ваш приятель - тоже?

– Нет. Но вас, между прочим, это не касается.

Джонни довольно улыбнулся, добившись своего.
– Итак, Утко пригласил вашу дочь на свидание. Она несовершеннолетка?

– Ей уже двадцать один.

– Надо же. Редко увидишь, что мать такой взрослой женщины следит за ее дружками.

– Ваш брат дружком ей не приводится. Но он явно что-то замышляет. Сегодня утром я случайно встретилась с ним в доме для престарелых, после чего и глазом моргнуть не успела, как он уже пристал к Сьюзен.
– Я шлепнула себя ладонью по губам. Дура безмозглая! Выдала имя собственной дочери брату возможного уголовника.

– Ничего страшного, - успокоил меня Джонни.
– Я ничего ему не скажу. Мы с Утко давно не разговариваем.

– Да?

– И вовсе не потому, что я такой толстый. Или - бедный. И даже не из-за того, что я пишу книги. Утко это все по барабану. Но ему не безразлично, что я его осуждаю.

– Вот как? И за что же?

– Как и вы, мисс Тимберлейк, я умею держать язык на привязи. Вдаваться в подробности я не стану. Но, на мой взгляд, мой брат много теряет из-за того, что не знаком со словами "сочувствие" и "сострадание".

– Значит, не в его стиле навещать немощных обитателей домов престарелых?

Джонни вдруг поперхнулся.
– Абсолютно.

– Скажите, а чем он на жизнь зарабатывает? Товары, может, развозит?

Джонни пожал плечами, отчего сперва всколыхнулись его мясистые щеки, затем заколыхался шестерной или семерной подбородок, в свою очередь вызвав цепную реакцию колебаний внушительных телес. На мгновение создалось впечатление, будто тело писателя состоит из желе.
– Когда мы общались с Утко в последний раз, он поведал мне, что устроился на новую работу. Нечто связанное с импортом-экспортом. Меня это вполне устраивает: коль скоро он не просит одолжить ему денег, я в его дела не лезу. Только время от времени, как и все остальные, узнаю про его похождения из газет.

Я недоуменно заморгала.
– Что вы хотите этим сказать?

– Какие-то мелкие нелады с законом. Очередные браки, разводы и тому подобная дребедень. Утко - личность популярная. По-моему, журналисты "Обсервера" балдеют от его имени. Утко Нос, представляете? И я их понимаю. Впрочем, как я уже говорил, сплетни - не мое ремесло. Если хотите выведать подноготную Утко, отправляйтесь в редакцию.

– Так я и сделаю. А как смотрите на то, если я обращусь к самому Утко?

Джонни вытаращился на меня. Во всяком случае, так мне показалось. Глаза на его заплывшей жиром физиономии были едва различимыми щелочками, но сейчас они, похоже, заполыхали огнем.

– На вашем месте, я рисковать не стал бы, - пропыхтел он наконец. Дело в том, что Утко... Одним словом, мой брат провел три года в колонии для малолетних преступников за убийство.

– Вот, значит, во что сегодня оценивается человеческая жизнь, - горько промолвила я.
– В три года.

– Он убил негра, - процедил Джонни.
– И не выводите меня из себя.

– Послушайте...

Но Джонни уже завелся.
– Потому что, убей Утко белого, - прогремел он, - не важно доктора или адвоката, он бы до сих пор сидел за решеткой. Без всяких скидок на несовершеннолетие. Но родители наши так и не смогли пережить этого позора. Они перебрались во Флориду, а нас оставили здесь.

– Извините, - пропищала я.

– За что? За то, что я пузан, в кармане ветер свищет, а мой брат убийца?

– Нет, - замялась я, но в следующий миг нашлась.
– За то, что вы страдаете.

– Да, - хмыкнул он.
– Что вы понимаете в страданиях, мисс Тимберлейк?

Я попыталась было подняться, но кожаная яма, в которую я провалилась, не позволила мне даже привстать. Однако с третьей попытки, раскачавшись, я все-таки вывалилась на пол. И тут же резво вскочила.

– А легко, по-вашему, когда тебя всю жизнь обзывают пигалицей или фитюлькой?
– завопила я.
– А то и вообще финтифлюшкой!
– Не выводите меня из себя! Потому что отец мой умер, а мать - цирк ходячий! Не говоря уж о том, что мой бывший муж страдал манией величия, и после развода отобрал у меня дом и детей.

– Извините меня, - негромко ответил Джонни.

Мы оба рассмеялись.

– Ну ладно, - сказала я.
– Мне пора идти, а вам нужно работать. Так, говорите, ваши книги в любой лавке купить можно?

– Да, почти в любой. Я бы подарил вам парочку, но мой издатель крайне скуп на авторские экземпляры.

– Ерунда. Если я куплю вашу книгу, вы мне ее надпишете?

– С удовольствием. Возьмите для начала "Роковое жало". Про одного маньяка, который подстроил убийство, выведя смертоносных пчел. Пока это мое любимое произведение.

– Можно задать вам очень личный вопрос?

– Валяйте.

– Если вы настолько страдаете, как вам удается сочинять смешные книжки?

– Юмор зачастую бывает порожден страданием.

– Тогда я, наверно, могла бы выступать клоуном в цирке, - заметила я.

– Да, но только на ходулях, - улыбнулся Джонни.

– Очень остроумно.
– Я притворно надулась.
– Но за чай спасибо.

Джонни сопроводил меня к двери.
– На вашем месте, мисс Тимберлейк, я бы держался от Утко подальше. Распространяться не стану, но, поверьте мне на слово: мой братец - прескверная личность.

– Я это запомню, - пообещала я.

Глава 19

Какой смысл обладать ценными связями, если ими не пользоваться? Возвратившись в свое божественно прохладное жилище, я тут же позвонила Грегу. Он куда-то "на секундочку отлучился", но находился в пределах здания полицейского управления. Я накормила Мотьку, выждала десять минут и перезвонила.

– Привет, Абби!
– голос Грега звучал жизнерадостно, отлучка пошла ему на пользу.

– Чем ты занят сегодня вечером?
– поинтересовалась я.

– Вечером? Мы снова патрулируем на пару с Бауотером. Я как раз домой собирался, соснуть часочек-другой. А что?

– Да так, ничего особенного. Просто я думала...

– Ничего больше не говори. Я думаю то же самое. А как насчет завтрашнего вечера?

Я призналась Грегу, что приглашена с мамой на ужин к Ее Величеству, Королеве Присцилле Хант. Зная, что Грег откажется, я даже взяла на себя смелость и пригласила его пойти с нами. По части светских манер Грег способен состязаться разве что с гиппопотамом, но это его нисколько не беспокоит. Он избалован откровенными взглядами и не в меру распущенными руками зрелых дамочек. А вот более юные создания женского пола - те, которые убиваются по Леонардо ди Каприо и Мэтту Дэмону - совершенно не замечают моего Кэри Гранта.