Чтение онлайн

Но, добравшись, она поняла, что переплавить всю проклятую породу попросту невозможно. Руды в пещере было не просто много, её было немерено. Вся пещера состояла из неё. Никакой жизни не хватит, чтобы освоить столько. В первые мгновения Натлику снова охватило отчаянье. Но она справилась и с ним.

«Просто буду работать, сколько смогу. Переплавлю столько, сколько смогу. Сделаю столько браслетов, сколько смогу. А место это буду охранять, чтобы никто не воспользовался им во зло».

Так она и поступила. И хотя она чувствовала себя неважно и с трудом вставала по утрам с постели, жар в горне не угасал. Натлика работала днями напролёт. Оставалось только явить чудесные браслеты миру. Но тут наконец ей повезло, и всё устроилось само собой.

Натлика, как обычно, возилась в кузне, когда во дворе кто-то появился и начал звать хозяев. Гостей она не ждала, была им не рада, и первым её желанием было затаиться и дождаться их ухода. Но они уходить никак не собирались. Пока Натлика решала, прятаться или всё же выйти, в кузню вошёл мужчина.

– Мы кузнеца ищем, – сообщил он оторопевшей Натлике. – Видимо, это ты. Ты же Ивон?

Сначала она удивилась. С чего бы её приняли за покойного мужа? А потом поняла: плотная рубаха, кузнечный фартук, маска, в которой она по привычке продолжала работать, чтоб защитить лицо от жара и искр, хотя теперь ей уже и нечего сохранять. Во всём этом опознать в ней женщину было непросто. Вдобавок в кузне царил полумрак. И не подумает никто, что она баба.

«Так, наверно, даже лучше. Так правильно».

– Да, я Ивон, – прохрипела она. Голос не мог её выдать, потому что после того ужасного дня он почти пропал. Шёпот да хрипы – все звуки, которые она могла сейчас извлекать из своего горла. – Что надо?

– Кузнец нужен. Хороший. И надёжный. Мне тебя советовали. Тиро, ты с ним на ярмарке говорил. Помнишь такого?

– Я много с кем на ярмарках говорил, – уклонилась Натлика, – всех не упомнишь. Чем ты занимаешься?

– Это важно? Тебе какая разница, кому железки ковать. Плачу я щедро, если волнуешься.

– Ты ответь, а я разберусь.

– Поручения я разные выполняю, за которые никто не берётся. Торгую помаленьку. Иногда своим товаром, иногда чужим, – мужчина хохотнул, обнажив железные зубы.

– Я возьмусь, если договоримся о цене, – как можно увереннее заявила Натлика.

Было понятно, что перед ней лихой человек, но это даже кстати. У неё созрел план.

– И сколько ты хочешь за десять клинков для начала? Только не наглей, – предупредил мужчина.

– Мне не нужны твои монеты. Мне нужна услуга.

– О-о-о, честный обмен! Мне начинает нравиться с тобой работать! Чего хочешь?

– Ты встречал проклятых?

– А то! Их же как собак развелось! Плюнешь – попадёшь в магика. И опасные, сволочи! Не люблю я их. Никто не любит. Ты-то сам не из этих? – глаза мужчины подозрительно сузились. – Чего это ты про них заговорил?

– Я дам тебе кое-что. Хочу, чтобы каждый проклятый, которого ты встретишь, ушёл от тебя в этом.

Натлика достала из кармана фартука и протянула мужчине пару браслетов.

– Что это ещё за цацки? Зачем они?

– Они снимают проклятие Темноты.

Он поднял на неё непонимающий взгляд, и Натлика пояснила:

– Если проклятый наденет эти браслеты, он станет обычным человеком. Проклятие сгинет и не сможет вернуться, пока браслеты на запястьях.

– То есть магик не сможет колдовать? – уточнил мужчина.

– Истинно так.

– Да не может быть! В них этой дури ты видел сколько?! Я с одним таким сцепился, так еле ноги унёс. Он уже лежал подыхал, пошевелиться не мог, а потом вдруг как начал огнём кидаться! И на бабу из ихних я нарывался, вспоминать даже не хочу. Что этим уродам сделают твои побрякушки?

– Просто поверь мне и возьми их. Делай с ними что хочешь – продай, оставь где-нибудь, где их кто заберёт, подари, надень силой. Что угодно, но мир должен узнать, что от проклятия есть средство.

– А чего ты сам не пойдёшь, не продашь, не подаришь?

– Я не покидаю Черногорье.

– В смысле? Тиро тебя на ярмарке встретил!

– То было раньше, теперь не покидаю. Просто возьми их! А я выполню твой заказ.

– Ладно, так и быть, давай твои побрякушки, – подумав, сказал мужчина.

13. Горняцкая тропа

Ночью значительно похолодало, и, проснувшись чтобы сменить Мариса на посту, Сергос решил, что тепла одного плаща Альбе слишком мало. Он укрыл её ещё и своим, а сам переместился поближе к огню и подбросил в него веток.

Ожидание опасностей, которые неотвратимо нёс в себе завтрашний день, нервировало. Минувший денёк, конечно, тоже выдался ещё тот, но вчера всё происходило так внезапно, что времени думать об этом не оставалось. Сейчас же мысли давили. С одной стороны, нельзя было отрицать, что всё это Сергосу скорее нравилось. Кровь кипела, приключения влекли, опасность будоражила. Так и должен чувствовать себя мужчина. Но с другой – Винс погиб, они тоже были на волосок от смерти и вполне могут оказаться там снова.

Сергос бросил взгляд на Альбу, мирно сопящую под плащами, и когтистая лапа впилась в его сердце. Больше всего ему бы сейчас хотелось, чтобы Альба оказалась далеко отсюда, в безопасном месте, например в гарденском замке под охраной зачарованных крепостных стен. Они с Марисом бы вдвоём разобрались с Чёрным, с браслетами, узнали бы о судьбе Вессера. И Сергос бы больше не испытывал этого ужаса, что не сможет её защитить, как случилось в Тихом лесу.

Но это было решительно невозможно. Сергос знал: заикнись он о таком, она оскорбится и никогда больше с ним не заговорит. И, наверно, будет права. Перед глазами Сергоса возникла Альба, творящая заклятие, что разрушило щит мага-кузнеца. Этот взгляд, эта Сила, потоком несущаяся через неё. Не воробушек – воительница. Такую не запрёшь в замке.

«Хотя, – Сергос снова посмотрел на неё с улыбкой, – и от воробушка в ней определённо что-то есть».

За своими размышлениями Сергос и не заметил, как ночь кончилась. Он должен был разбудить друзей, но не пришлось. Марис подпрыгнул, едва в холмах запели утренние птицы, предчувствующие восход солнца задолго до первого луча на небосводе. Альбу же разбудил громкий зевок проснувшегося Мариса.

– Ты простудиться не боишься? – спросила она у Сергоса, когда обнаружила на себе второй плащ.