Чтение онлайн

– Посмотрите на того, кто выше, - мягко сказал Вивонн, - на того, в черном с белым плаще. Это он, Рескатор. Второй - его помощник, по имени или по прозвищу - Язон. Грязный авантюрист, но хороший моряк. Подозреваю, что он француз.

Анжелика дрожащей рукой дотянулась до подзорной трубы Савари. В ее круглом окуляре она видела этих людей яснее. Они отличались друг от друга, как Дон Кихот от Санчо Пансы, но никоим образом не казались смешными. Язон был крепким мужчиной в военном платье и при громадной сабле, бившей его по ногам. Рескатор, напротив, был высок и худ и носил черный костюм очень старомодного испанского покроя. Отвороты его узких сапог были отделаны золотыми кистями, а вокруг головы на пиратский манер был обмотан красный платок, увенчанный большой черной шляпой с красными перьями. Единственным указанием на его принадлежность к исламу был расшитый золотом просторный плащ из белой шерсти, развевающийся по ветру.

Анжелика с дрожью думала о том, насколько он похож на изображения дьявола, и весь его облик казался воплощением зачаровывающей жестокости. Значит, этот человек холодно смотрел на тонущую галеру, на которой ребенок поднимал руки к небу и звал своего отца!

– Почему мы не топим его?
– воскликнула она в отчаянии.
– Чего мы ждем?
– Она забыла об ужасной картине, разыгрывавшейся вокруг нее, опрокинутом "Дофине", экипаж которого ценою неимоверных усилий цеплялся за борта. Ничто уже не могло спасти галеру, вода поступала в нее быстрее, чем помпы успевали откачивать, и она начала медленно погружаться в воду.

С ксебеки спускали шлюпку. В ту секунду, когда она коснулась воды, в нее прыгнул помощник Рескатора.

– Они идут на переговоры, - с некоторым удивлением сказал Вивонн.

Вскоре пират взошел на борт и, представившись офицерам, низко, на восточный манер, поклонился.

– Приветствую вас, адмирал, - сказал он на прекрасном французском языке.

– Я не веду дел с ренегатами, - ответил Вивонн.

Мимолетная улыбка проскользнула по закрытому маской лицу помощника. Он перекрестился.

– Я такой же христианин, как и вы, ваше превосходительство, и мой господин Рескатор - тоже.

– Христиане не возглавляют войск нехристей.

– Наши силы составлены из арабов, турок и белых, как и ваши, ваше превосходительство, - сказал помощник, бросая взгляд на гребцов.
– Вся разница в том, что наши без цепей.

– Хватит об этом. Чего вы хотите?

– Позвольте нам освободить и забрать наших мавров, которые содержатся на "Дофине", и мы удалимся, не возобновляя боя.

Вивонн взглянул на тонущую галеру.

– Ваши мавры утонут вместе с кораблем.

– Не обязательно. Мы предлагаем поставить его на ровный киль.

– Это невозможно!

– Мы сможем. Наша ксебека быстроходнее, чем... чем эти корыта, которые вы называете галерами, - сказал он презрительно.
– Но решайтесь скорее. Через несколько минут будет поздно что-нибудь делать.

Вивонн все понимал и сам. Он знал, что ничего не сможет сделать для спасения "Дофина". Принять предложение значило спасти отличное судно и несколько сот людей, но это было уступкой более слабому врагу. Однако он отвечал за королевский флот, и у него не было выбора.

– Я согласен, - произнес он сквозь зубы.

– Благодарю вас, адмирал! Честь имею...

– Предатель!

– Мое имя Язон, - с иронией ответил тот. Он ступил на трап. Герцог де Вивонн сплюнул под ноги.

– Француз! Вы француз! Ваша речь не оставляет сомнений на этот счет. Мерзавец! Как ты мог предать соотечественников!

Пират с горящими под маской глазами обернулся:

– Мои соотечественники предали меня первыми, - сказал он, показывая на яму для гребцов.
– Я греб на королевских скамьях - годы и годы - все прекрасные годы своей юности! И тем не менее я ни в чем не был виноват.

– Разумеется.

Шлюпка удалялась. Герцог де Вивонн со сжатыми кулаками еле сдерживался. Получать приказы от беглого каторжника, выслушивать оскорбления от галерного раба; и все это время Рескатор следил за ним, ухмыляясь! Какая радость для него!

– Ваше превосходительство, вы собираетесь положиться на слово безбожника?
– спросил, дрожа от негодования, один из лейтенантов.

– Уж во всяком случае не собираюсь спрашивать вашего совета, дурень! Иногда слово пирата стоит больше, чем слово принца. Что вы думаете обо всем этом, Броссадьер?

– На такую сделку я не надеялся, ваше превосходительство. И она весьма в духе этого проклятого шутника. Я бы не сказал этого, если бы мы имели дело с адмиралом Меццо-Морте или с кем-нибудь из берберийских капитанов, которые, вообще говоря, все мошенники.

– Поднимите парадный вымпел и объявите перемирие!

Ксебека повернулась правым бортом, также имевшим двенадцать пушек.

– Они идут слишком быстро. Они пройдут мимо. Это хитрость, возбужденно сказал лейтенант де Сен-Ронан.

Неожиданно неприятельский корабль привелся к ветру, сбавив ход, и подошел к "Дофину" другим галсом, так что оказался прямо за кормой терпящего бедствие корабля, вокруг которого пинасы и шлюпки наконец стали подбирать барахтающихся людей. На палубе ксебеки кипела деятельность. Мавры прикрепили канат к основанию средней мачты и пропустили его через брашпиль.

Офицеры на борту "Ройяла" затаили дыхание. Матросы и солдаты, окаменев, наблюдали за происходящим.

Рескатор, казалось, вышел из своей презрительной неподвижности. Можно было видеть, как он оживленно говорит со своим помощником, помогая себе жестами. Потом он дал знак, и янычар принял у него плащ и шляпу. Другой подал ему конец каната, оставшиеся витки которого Рескатор повесил на плечо. Вскарабкавшись на планшир ксебеки, он прополз несколько футов по бушприту, действуя с удивительной ловкостью.

Помощник через рупор обратился к капитану "Дофина".

– Он советует Турневу сбросить правый носовой якорь, чтобы предохранить галеру от вращения, когда ее потянет ксебека, и перенести все, что можно, на правый борт, а потом, как только галера начнет выпрямляться, - на левый, чтобы ее не перекинуло на другую сторону.

– Как вы думаете, этот черный дьявол собирается забросить конец, как лассо, и зацепиться за правый борт "Дофина"?

– Похоже на это.

– Быть не может! Этот конец весит очень много. Нужно быть Геркулесом, чтобы...

– Глядите!

Они вдруг увидели его силуэт на фоне неба. Канат взвился в воздух, и петля на его конце захлестнулась за выступ на правом борту "Дофина" примерно посередине галеры.

На борту ксебеки послышались одобрительные возгласы. Мавры в знак одобрения потрясали поднятыми мушкетами.

– Акробат в Пон-Нёф не сумел бы сделать лучше, - вздохнул ла Броссадьер.

– Глядите, глядите, мой дорогой, - горько засмеялся Вивонн.
– Хороший эпизод к вашему рассказу о Средиземном море. Легенда о господине Рескаторе не зачахнет от недостатка новых анекдотов.