В ней — ключ к тому, чтоб разное блестелоПо-разному, не в плотности отнюдь:В ней — то начало, что творит всецело,
148
По мере благости, и блеск и муть».
Песнь третья
Первое небо — Луна (продолжение) — Нарушители обета
1
То солнце, что зажгло мне грудь любовью,Открыло мне прекрасной правды лик,Прибегнув к доводам и прекословью;
4
И, торопясь признать, что я постигИ убежден, я, сколько подобало,Лицо для речи поднял в тот же миг.
7
Но предо мной видение предсталоИ к созерцанью так меня влекло,Что речь забылась и не прозвучала.
10
Как чистое, прозрачное стеклоИль ясных вод спокойное теченье,Где дно от глаз неглубоко ушло,
13
Нам возвращают наше отраженьеСтоль бледным, что жемчужину скорейНа белизне чела отыщет зренье, —
16
Такой увидел я чреду теней,Беседы ждавших; тут я обманулсяИначе, чем влюбившийся в ручей. [1120]
19
Как только взором я до них коснулся,Я счел их отраженьем лиц людскихИ, чтоб взглянуть, кто это, обернулся;
22
Вперив глаза в ничто, я вверил ихВновь свету милой спутницы; с улыбкой,Она пылала глубью глаз святых.
1120
Иначе, чем влюбившийся в ручей — Нарцисс пленился своим отражением в воде, приняв его за живого юношу (Метам., III, 346–510), а Данте, наоборот, подлинные лица принял за отражения.
25
«Что я смеюсь над детскою ошибкой, —Она сказала, — странного в том нет:Не доверяясь правде мыслью зыбкой,
28
Ты вновь пустому обращен вослед.Твой взор живые сущности встречает:Здесь место тех, кто преступил обет.
31
Спроси их, слушай, верь; их утоляетСвет вечной правды, и ни шагу онИм от себя ступить не позволяет».
34
И я, к одной из теней обращен,Чья жажда говорить была мне зрима,Сказал, как тот, кто хочет и смущен:
37
«Блаженная душа, ты, что, хранимаВсевечным светом, знаешь благодать,Чья сладость лишь вкусившим постижима,
40
Я был бы счастлив от тебя узнать,Как ты зовешься и о вашей доле».Та, с ясным взором, рада отвечать:
43
«У нас любовь ничьей правдивой волеДверь не замкнет, уподобляясь той,Что ждет подобных при своем престоле. [1121]
46
Была я в мире девственной сестрой;И, в память заглянув проникновенно,Под большею моею красотой
49
Пиккарду [1122] ты узнаешь, несомненно.Среди блаженных этих вкруг меняЯ в самой медленной из сфер блаженна.
1121
Уподобляясь той — то есть уподобляясь божественной любви, которая хочет, чтобы все обитатели небесного царства были подобны ей.
1122
Пиккарда Донати (Ч., XXIV, 10–15) — сестра Форезе (Ч., XXIII, 48) и Корсо Донати (Ч., XXIV, 82–90). Корсо насильно извлек ее из монастыря и выдал замуж.
52
Желанья наши, нас воспламеняСлуженьем воле духа пресвятого,Ликуют здесь, его завет храня.
55
И наш удел, столь низменней иного,Нам дан за то, что нами был забытЗемной обет и не блюлся сурово».
58
И я на то: «Ваш небывалый видБлистает так божественно и чудно,Что он с начальным обликом не слит.
61
Здесь память мне могла служить лишь скудно;Но помощь мне твои слова несут,И мне узнать тебя теперь нетрудно.
64
Но расскажи: вы все, кто счастлив тут,Взыскуете ли высшего предела,Где больший кругозор и дружба ждут?»
67
С другими улыбаясь, тень гляделаИ, радостно откликнувшись потом,Как бы любовью первой пламенела: [1123]
1123
Как бы любовью первой пламенела — Может быть истолковано двояко: 1) словно пылала огнем первой любви; 2) была как бы охвачена наивысшим пламенем любви.
70
«Брат, нашу волю утолил во всемЗакон любви, лишь то желать велящей,Что есть у нас, не мысля об ином.
73
Когда б мы славы восхотели вящей,Пришлось бы нашу волю разлучитьС верховной волей, нас внизу держащей, —
76
Чего не может в этих сферах быть,Раз пребывать в любви для нас necesse [1124]И если смысл ее установить.
1124
Necesse — необходимо (латинский термин схоластической философии).
79
Ведь тем-то и блаженно наше esse, [1125]Что божья воля руководит имИ наша с нею не в противовесе.
82
И так как в этом царстве мы стоимПо ступеням, то счастливы народыИ царь, чью волю вольно мы вершим;
85
Она — наш мир; она — морские воды,Куда течет все, что творит она,И все, что создано трудом природы».
1125
Esse — бытие (латинский термин, как и предыдущий).