Чтение онлайн

Отвернувшись к реке, Гройс проделал три вещи: заменил очки, сдернул с головы косынку и повязал ее вокруг шеи. Предыдущие очки, прозрачные, с толстыми линзами, отправились в карман юбки. Из другого кармана были извлечены солнцезащитные, в точности такие же, как у Калинниковой. Грим он нанес еще дома, перед самым выходом, чтобы сквозь слой тонального крема не успела проклюнуться щетина. Можно было взять специальный плотный состав, но вблизи он бросался в глаза. Гройсу важна была естественность.

Первая часть была выполнена. Двадцать минут спустя он перешел ко второй.

– Постоянного водителя этим нехитрым маскарадом нам не обмануть, – сказал он дома Никите. – Но парень, который работает всего две недели, – это наш шанс.

– Почему?

– Он не знает привычек хозяйки и боится что-нибудь сделать не так. Ты слышал, что сказал Пономарев? Он на испытательном сроке.

Мужчина может подделать облик женщины, походку, мимику… Но практически никогда не способен подделать голос.

Ведя шпица у ноги, Гройс пошел к машине с водителем. Не доходя двадцати шагов, прижал к уху телефон.

Несколько секунд он постоял, жестикулируя рукой, в которой был зажат поводок. Не слишком долго, чтобы сторонний взгляд не начал фиксировать различия с реальной Калинниковой, но достаточно, чтобы водитель понял, что бабка увлечена разговором. В его сознании должен хорошенько уложиться этот образ. Затем, не отнимая телефона от уха, Гройс быстро пошел к пассажирской двери.

В этой точке Михаил Степанович предвидел проблемы. Они не знали, где обычно ездит шпиц. Сажает ли хозяйка собачку на колени, рискуя запачкать юбку? Или внутри лежит подстилка? Но самое сложное заключалось в том, чтобы правильно сесть в салон. Водитель-новичок, скорее всего, выскочит, чтобы открыть дверь. Это лишнее. На расстоянии вытянутой руки и при взгляде в упор будут заметны все несовпадения.

– Вся надежда – на шпица, – говорил Гройс, нанося грим.

Маевского он уже обработал: приклеил ему усы с бородкой и увеличил нос. Два этих простых действия изменили Никиту так разительно, что тот перестал узнавать себя в зеркале.

– Повторю: люди обращают внимание на детали. Белый шпиц – это деталь, как фиолетовые волосы или бородавка на носу. Прямого взгляда мой маскарад не выдержит. Но зеркало заднего вида оставляет нам лазейку.

Гройс так быстро оказался возле машины, что водитель не успел среагировать. Он только нажал кнопку разблокировки, и Мария Семеновна тяжело плюхнулась на сиденье, шпица посадила рядом.

– Мг-м, – утвердительно говорила она, не размыкая губ. – Угу.

Из трубки лился заполошный женский голос. Мария Семеновна сделала жест рукой: поезжай, что стоим? Подбородок ее закрывал газовый шарфик, глаза были спрятаны под очками. Шпиц послушно сидел рядом.

– Водитель вас разоблачит, – сказал Маевский, когда они на четырех стульях, поставленных посреди гостиной, отрабатывали эту сцену.

Гройс оскалил в улыбке зубы.

– Ему деньги платят не за это. А за то, чтобы он старушку-мать хозяина перевозил с места на место. Ты пойми: люди свои-то рабочие обязанности выполняют с трудом. А ты ждешь, чтобы они на себя навешали еще и чужие. В его задачи не входит правильная идентификация мамаши. К тому же он пока не привык ни к хозяйке, ни к ее манерам. Его терзает страх ошибиться. Он себя чувствует довольно неуверенно. Идеальный клиент для мошенника!

А если нет, сказал Маевский. А если там наблюдательный глазастый парень, который только и мечтает выслужиться перед начальством?

Тогда нам кранты, ответил Гройс.

– Ты сел в машину, помахал рукой, и Володя привез тебя сюда? – раздельно повторил Калинников. – Я правильно понял?

– Да. – Гройсу было не до того, чтобы выгораживать бедного Володю.

– У матери в кармане тревожная кнопка. Почему она ее не нажала?

– Я ее вытащил, когда она отвлеклась на собак.

– Почему она не позвала на помощь?

Гройс не стал юлить:

– Потому что я сказал, что мой помощник застрелит ее пса, если она не подчинится.

– Где сейчас моя мать?

– Вы позволите? – Гройс не двигался с места, пока Калинников тяжелым кивком не подтвердил, что он может достать телефон. – Всё ли в порядке? – спросил Гройс, когда Никита ответил. – Будь любезен, передай трубку Марии Семеновне. – Он протянул сотовый Калинникову.

– Мама?

– Ой, Гриша…

– Мама, ты цела?

– Мы с молодым человеком, Вадимом, играем в нарды, – с достоинством сказала Мария Семеновна.

Гройс мысленно похвалил Никиту за то, что тот не лопухнулся с именем.

– У меня всё благополучно. Хотя я предпочла бы как можно скорее вернуться домой.

– А Рафаэль? Он с тобой?

– Да, с ним всё хорошо. – Она говорила неторопливо и спокойно. – Не беспокойся, Гриша. Молодой человек очень любезен, он обещал вызвать мне такси, когда вы договоритесь.

– Мама, тебя не обижали?

– Они угрожали убить Рафаэля, – сказала женщина и, поколебавшись, добавила: – Мне кажется, это был обман. Прости, Гриша, но я им поверила.

Калинников отнял трубку от уха и вопросительно посмотрел на Гройса.

Тот покачал головой:

– Никаких договоренностей. Мария Семеновна в любую минуту может быть свободна.

– Мама, верни телефончик этому молодому человеку…

Получив обратно сотовый, Гройс сказал:

– Вадим, вызови такси Марии Семеновне.

– Понял. Всё нормально? – не удержался Никита.

– Насколько это возможно в нынешних обстоятельствах.

Гройс сунул телефон в карман и взглянул на Калинникова.

– Где собака? – неожиданно сказал тот.

– Простите?

– Я спрашиваю, где твоя собака. Если все так, как ты рассказываешь, в доме должен быть белый шпиц.

– А-а, Беляшик. Да, он здесь. Простите, нам пришлось использовать ваше полотенце…

Гройс встал и вытащил из-за шкафа подстилку из махрового полотенца. В ней, свернувшись пушистым кольцом, дремал белый шпиц. Когда его потревожили, он поднял голову, сонно взглянул на Калинникова и вновь зарылся носом в хвост.

Несколько секунд Калинников, не мигая, смотрел на пса.

Гройс положил подстилку на место.

– Где доказательства, что тебя нанял Домбровский? – спросил Калинников.

– Всю операцию курировал его помощник, Александр Пономарев. От него я получил информацию о количестве охраны, план дома, видеозаписи всех членов семьи, фотографии и так далее. Всё это хранится в моей квартире. Пономарев – правая рука Домбровского.

– Почему они наняли именно тебя? Ты не похож на киллера.