Чтение онлайн

— Видите, душенька, тюрбаны еще носятъ.

Для дальнйшаго разговора мы не имли времени. Турецкій султанъ, какъ миссъ Поль заблагоразсудилось назвать его, всталъ и отрекомендовался синьйоромъ Брунони.

— Я ему не врю! воскликнула миссъ Поль, недоврчивымъ тономъ.

Онъ взглянулъ на нее опять съ тмъ же самымъ упрекомъ оскорбленнаго достоинства.

— Не врю! повторила она, еще положительне, чмъ прежде. — У синьнора Брупони не было этой мохнатой вещи около подбородка, онъ былъ выбритъ чисто, какъ настоящій джентльменъ.

Энергическая рчь миссъ Поль произвела спасительное дйствіе на мистриссъ Джемисонъ, которая широко раскрыла глаза въ знакъ глубочайшаго уваженія, что заставило замолчать миссъ Поль, а турецкаго султана заговорить. Онъ заговорилъ на самомъ несвязномъ англійскомъ язык, такомъ несвязномъ, что не было никакого смысла между отдльными частями его рчи — обстоятельство, которое онъ самъ замтилъ наконецъ, и потому, оставивъ разговоръ, началъ дйствовать.

Теперь мы были удивлены. Какъ онъ длалъ свои фокусы, я не могла понять, даже когда миссъ Поль вытащила лоскутки бумажки и начала читать громко, или по-крайней-мр очень-слышнымъ шопотомъ отдльные рецепты для самыхъ обыкновенныхъ фокусовъ. Я никогда не видала такихъ нахмуренныхъ бровей и такого яростнаго взгляда, съ какимъ турецкій султанъ уставился на миссъ Поль; но, какъ она говорила, можно ли было ожидать порядочныхъ взглядовъ отъ мусульманина? Если миссъ Поль оставалась скептикомъ и больше занималась своими рецептами и чертежами, чмъ его фокусами, миссъ Метти и мистриссъ Форрестеръ находились въ величайшемъ недоумніи и мистификаціи. Мистриссъ Джемисонъ то-и-дло снимала и вытирала очки, какъ-будто предполагала въ нихъ какой-нибудь недостатокъ, который былъ причиною фокуса, а леди Гленмайръ, которая видла много любопытныхъ вещей въ Эдинбург, была очень-изумлена фокусами; она никакъ не хотла согласиться съ миссъ Поль, которая объявляла, что всякій можетъ сдлать то же самое съ небольшимъ навыкомъ, и что даже она сама успла бы сдлать все, что онъ длалъ, почитавъ часа два энциклопедію и постаравшись сдлать гибкимъ свой средній палецъ.

Наконецъ миссъ Мэтти и мистриссъ Форрестеръ были приведены въ совершенный ужасъ, начали шептаться между собой, и такъ-какъ я сидла позади ихъ, то и не могла не слышать о чемъ он говорили. Миссъ Мэтти спрашивала мистриссъ Форрестеръ: «какъ она думаетъ: хорошо ли прізжать смотрть на такія вещи? Она боится, не одобряютъ ли он то, что несовсмъ…» Легкое качанье головой дополнило остальное. Мистриссъ Форрестеръ отвчала, что та же мысль поразила ея умъ, что она чувствуетъ себя очень-неловко: «все это такъ странно». Она была совершенно-уврена, что въ этомъ хлб именно ея носовой платокъ, а онъ былъ въ собственныхъ ея рукахъ не дале, какъ за пять минутъ передъ этимъ. Она желала бы знать, у кого взятъ этотъ хлбъ? Она уврена, что не у Декина, который вдь церковный староста! Вдругъ миссъ Мэтти обернулась ко мн:

— Пожалуйста посмотрите, душенька: — вы въ здшнемъ город прізжая, и это не возбудитъ непріятныхъ толковъ — пожалуйста посмотрите, не здсь ли мистеръ Гейтеръ? Если онъ здсь, я думаю, мы можемъ заключить, что въ этомъ удивительномъ человк нтъ ничего опаснаго и меня это очень облегчитъ.

Я посмотрла и увидла высокаго, худощаваго, сухаго, запыленнаго учителя, окруженнаго учениками изъ узднаго училища и стрегомаго толпой мужчинъ отъ приближенія крэнфордскихъ двицъ. Доброе лицо его сіяло улыбкой, а мальчишки, окружавшіе его, заливались хохотомъ. Я сказала миссъ Мэтти, что учитель улыбается одобрительно, и это сняло тяжесть съ ея совсти.

Я ничего не упоминала о мистер Гейтер, потому-что я, счастливая молодая женщина, никогда не имла съ нимъ никакого дла. Онъ былъ старый холостякъ и боялся разныхъ толковъ, какъ семнадцатилтняя двушка; скоре готовъ былъ броситься въ лавку или прокрасться въ какую-нибудь дверь, нежели встртиться съ крэнфордской дамой на улиц; а что касается до вечеринокъ, то я не удивляюсь, что онъ не принималъ на нихъ приглашенія. Сказать по правд, я всегда подозрвала, что миссъ Поль весьма-сильно гонялась за мистеромъ Гейтеромъ, когда онъ сначала пріхалъ въ Крэнфордъ; а теперь она, казалось, раздляла такъ живо его боязнь, чтобъ ея имя не произносилось вмст съ его именемъ. Его интересовали только бдные и несчастные; онъ угостилъ школьныхъ мальчиковъ въ этотъ вечеръ представленіемъ фокусника, и какъ доброе дло не остается безъ вознагражденія, то они и охраняли его направо, налво, кругомъ, какъ-будто онъ пчелиная матка, а они — рой пчелъ. Гейтеръ чувствовалъ себя до-того безопаснымъ, окруженный такимъ-образомъ, что могъ даже быть въ-состояніи сдлать нашему обществу поклонъ, когда мы выходили. Миссъ Поль не знала о его присутствіи и длала видъ, будто совершенно занята разговоромъ съ нами, будто она убждаетъ насъ, что мы были обмануты и видли совсмъ не синьйора Брунони.

Мн кажется, что цлый рядъ происшествій начался съ прізда синьйора Брунони въ Крэнфордъ, происшествій, которыя въ то время соединялись съ нимъ въ нашихъ мысляхъ, хотя я не знаю, какое отношеніе онъ могъ имть къ этимъ происшествіямъ. Вдругъ разные безпокойные слухи начали разноситься но городу. Было два или три воровства, настоящихъ воровства bona fide; воровъ поймали, привели къ судьямъ, допросили и посадили въ тюрьму: это такъ напугало насъ, что мы вс стали бояться, чтобъ насъ не обокрали. Долгое время у миссъ Мэтти мы длали регулярный обходъ кругомъ кухни и въ чуланы; каждый вечеръ миссъ Мэтти предводительствовала отрядомъ, сама вооруженная кочергой; я шла за нею съ чумичкой, а Марта съ лопатой и кочергой, чтобъ забить тревогу. Нечаянно ударивъ кочергу о лопату, она часто пугала насъ до-того, что мы запирались подъ замкомъ вс трое или въ кухню, или въ чуланъ, или куда бы ни попало, и сидли тамъ до-тхъ-поръ, пока испугъ нашъ не проходилъ и мы, опамятовшись, не выходили вооруженныя снова двойнымъ мужествомъ. Днемъ мы слышали странныя исторіи отъ лавочниковъ и мызниковъ о повозкахъ, запряженныхъ лошадьми, подкованными войлокомъ, и провожаемыхъ въ глухой тишин ночи, людьми въ черномъ плать, шатавшихся по городу, безъ-сомннія, затмъ, чтобъ подсмотрть какой-нибудь домъ безъ сторожа или незапертую дверь.

Миссъ Поль, выставлявшая себя необыкновенно-храброй, первая собирала и пересказывала эти слухи, придавая имъ самый страшный характеръ. Но мы узнали, что она выпросила у мистера Гоггинса старую шляпу, повсила ее въ сняхъ и мы (по-крайней-мр я) сомнвались, будетъ ли такъ весело, какъ она сказала, если домъ ея разломаютъ. Миссъ Мэтти не скрывала, что она страшная трусиха, аккуратно производила свой осмотръ по дому, и только время для этого выбирала все раньше-и-раньше, пока, наконецъ, мы начали ходить рундомъ въ половин седьмаго, а миссъ Мэтги ложилась въ постель вскор ужь посл семи, «чтобъ ночь прошла скоре».

Крэнфордъ такъ долго хвалился своей репутаціей честнаго и нравственнаго города, воображалъ себя до-того благороднымъ и аристократическимъ, что не понималъ, какъ можно сдлаться другимъ, и потому въ это время вдвойн почувствовалъ пятно на своемъ характер. Но мы успокоивали себя, что эти воровства производились не крэнфордскими жителями; должно-быть, это какіе-нибудь прізжіе навлекли бду на нашъ городъ и заставили принимать такія предосторожности, какъ-будто мы жили между краснокожими индійцами, или французами.

Это послднее сравненіе было сдлано мистриссъ Форрестеръ, которой отецъ служилъ подъ начальствомъ генерала Бургоэня въ американской войн и которой мужъ убивалъ французовъ въ Испаніи. Она дйствительно наклонна была къ той мысли, что нкоторымъ образомъ французы были замшаны въ небольшихъ покражахъ, и въ грабежахъ, о которыхъ только носились слухи. Въ одно время ея жизни, на нее сдлала глубокое впечатлніе мысль о французскихъ шпіонахъ, и эта мысль никогда не искоренялась изъ нея, но проявлялась время-отъ-времени. А теперь ея мнніе было вотъ какое: крэнфордскій народъ слишкомъ уважалъ себя и былъ слишкомъ-благодаренъ аристократамъ, которые удостоивали жить такъ близко отъ города, чтобъ унизить себя безчестіемъ и безнравственностью; слдовательно мы должны врить, что воры были не здшніе жители, а чужіе; если же чужіе, то почему не иностранцы? Если иностранцы, кто же боле, какъ не французы? Синьйоръ Брунони говорилъ по-англійски неправильно, какъ французъ; и хотя онъ носилъ тюрбанъ, какъ турокъ, но мистриссъ Форрестеръ видла на портрет мадамъ де-Сталь въ тюрбан, а на другомъ портрет мистера Денонъ въ такой точно одежд, въ какой явился нашъ колдунъ. Это доказываетъ ясно, что французы также, какъ и турки, носятъ тюрбаны: стало-быть нечего сомнваться, синьйоръ Брунони французъ и шпіонъ, пріхавшій разузнать слабыя и безащитныя мста въ Англіи. Съ своей стороны, она, мистриссъ Форрестеръ, была себ на ум насчетъ приключенія миссъ Поль въ дом собранія, гд та видла двухъ человкъ, когда могъ быть только одинъ: французы всегда употребляютъ такіе способы и средства, о которыхъ, слава Богу, англичане и понятія не имютъ, и ей всегда такъ тяжело было на сердц, зачмъ она похала смотрть этого колдуна. Короче, мистриссъ Форрестеръ была такъ взволнована, какъ мы никогда ея не видали, и разумется, мы держались ея мннія, какъ дочери и вдовы офицера.

Право я не знаю насколько были справедливы или ложны разсказы, носившіеся въ это время, какъ блуждающіе огни; но мн казалось тогда, что невозможно не врить такимъ слухамъ, напримръ: въ Мэрдон (маленькомъ городк около восьми миль отъ Крэнфорда) въ домы и лавки влзали въ дыры, сдланныя въ стнахъ, камни безмолвно вынимались въ тишин глухой ночи и все длалось такъ спокойно, что ни одного звука не было слышно ни внутри, ни вн дома. Миссъ Мэтги махнула рукой, услыхавъ объ этомъ.

— Какая польза, говорила она, запирать двери на запоръ, прившивать колокольчики къ ставнямъ и обходить домъ каждую ночь? Эта послдняя штука воровъ была достойна фокусника. Теперь она вритъ, что синьойръ Брунони главный зачинщикъ всему.

Въ одинъ вечеръ, часовъ около пяти, мы были испуганы торопливымъ ударомъ въ дверь. Миссъ Мэтти просила меня сбгать и сказать Март ни подъ какимъ видомъ не отворять двери до-тхъ-поръ, покуда она (миссъ Мэтти) не разузнаетъ въ окно, кто это такой; вооружившись скамейкой, чтобъ бросить ее на голову гостю, въ случа, если онъ покажетъ лицо, покрытое чорнымъ крепомъ, она не получила въ отвтъ на свой вопросъ: «кто тамъ?» ничего, кром поднятой головы! Это были никто другія, какъ миссъ Поль и Бэтти. Первая вошла наверхъ, съ маленькой корзинкой въ рукахъ, и очевидно находилась въ состояніи величайшаго волненія: