Чтение онлайн

— Говоря эта, моя дорогая, я не думаю, чтобы онъ былъ подходящимъ «мьютомъ» для взрослыхъ людей, но только при д?тскихъ похоронахъ. Это было бы н?что новое, дорогая… мьютъ — ребенокъ. Можешь быть ув?рена, что это произведетъ поразительный эфектъ.

Мистриссъ Соуэрберри, отличавшаяся зам?чательнымъ вкусомъ во всемъ, что касалось похоронъ, была поражена этой новой идеей; но такъ какъ при существующихъ въ данный моментъ обстоятельствахъ она не хот?ла унизить своего достоинства, сознавшись въ этомъ, то она р?зко спросила своего мужа, почему же не подумалъ онъ раньше о такомъ очевидномъ для всякаго д?л??

Изъ этого вопроса мистеръ Соуэрберри вывелъ сразу правильное заключеніе, что предложеніе его одобрено; р?шено было поэтому, что Оливера необходимо посвятить во вс? тайны ремесла, для чего онъ долженъ будетъ сопровождать своего хозяина при первомъ ближайшемъ случа?, гд? потребуются его услуги.

Случай не заставилъ себя долго ждать. На сл?дующее утро, спустя полчаса посл? завтрака, въ лавку вошелъ мистеръ Бембль; приставивъ свою палку къ конторк?, онъ вынулъ изъ кармана кожаную записную книжечку и вырвавъ оттуда листикъ бумаги, подалъ его Соуэрберри.

— Ага! — сказалъ гробовщикъ, съ видимымъ удовольствіемъ прочитавъ то, что было тамъ написано. — Заказъ гроба?

— Прежде всего гробъ, а зат?мъ похороны отъ прихода — отв?чалъ мистеръ Бембль, застегивая кожаную книжечку, довольно таки объемистую.

— Байтонъ? — спросилъ гробовщикъ, переводя глаза съ листика бумаги на мистера Бембля. — Я никогда раньше не слыхалъ этого имени.

Бембль покачалъ головой.

— Упрямый народъ, мистеръ Соуэрберри, ужасно упрямый! — сказалъ онъ. — И къ тому же гордый, сэръ!

— Гордый?! — воскликнулъ мистеръ Соуэрберри. — Ну, это ужъ слишкомъ.

— Охъ! Даже тошно становится! — отв?чалъ сторожъ. — Отвращеніе и только, мистеръ Соуэрберри!

— В?рно! — подтвердилъ гробовщикъ.

— Мы только прошлую ночь услышали объ этомъ семейств?, - продолжалъ сторожъ. — Мы ничего не знали бы о немъ, если бы не одна женщина, которая живетъ въ томъ же дом?; она явилась въ приходскій комитетъ съ просьбою прислать приходскаго доктора, чтобы пос?тить больную женщину. Докторъ у?халъ на об?дъ и его фельдшеръ (очень знающій малый) послалъ туда какое то лекарство въ баночк? изъ подъ ваксы, сд?ланное на скорую руку.

— Быстрота и натискъ! — сказалъ гробовщикъ.

— Да, быстрота и натискъ! — продолжалъ сторожъ. — Но знаете, что вышло? Знаете, что сд?лали эти неблагодарные, сэръ? Мужъ приказалъ сказать, что лекарство это не годится для его жены и она не будетъ принимать его… не будетъ при-ни-мать его, сэръ! Прекрасное, укр?пляющее, благод?тельное лекарство, которою такъ помогло двумъ ирландскимъ рабочимъ и одному нагрузчику угля всего нед?лю назадъ!.. Послали в?дь имъ даромъ, въ баночк? изъ подъ ваксы… А онъ прислалъ сказать, что она не будетъ принимать его, сэръ!

Ужасъ такого поступка до того возмущалъ мистера Бембля, что онъ ударилъ палкой по конторк? и вспыхнулъ отъ негодованія.

— Вотъ такъ разъ! — сказалъ гробовщикъ;- я ни-ко-гда…

— Никогда, сэръ! — подхватилъ сторожъ. — Н?тъ, никто этого не д?лалъ! Ну, а теперь она умерла, и мы должны хоронить ее, и ч?мъ скор?е, т?мъ лучше.

И, сказавъ это, мистеръ Бембль над?лъ свою трехуголку задомъ напередъ, не зам?тивъ этого, потому что находился въ лихорадочномъ возбужденіи, и вышелъ изъ лавки.

— Ахъ, Оливеръ, онъ такъ былъ сердитъ, что забылъ даже спросить о теб?, - сказалъ мистеръ Соуэрберри, сл?дя глазами за сторожемъ, который шелъ по улиц?.

— Да, сэръ! — отв?чалъ Оливеръ, который во время разговора тщательно держался въ сторон? и дрожалъ съ головы до ногъ съ тoro самаго момента, когда услышалъ голосъ мистера Бембля. А между т?мъ ему совс?мъ не надо было изб?гать взоровъ мистера Бембля, ибо сей сановникъ, на котораго предсказаніе джентльмена въ б?ломъ жилет? произвело крайне сильное впечатл?ніе, р?шилъ, что не стоитъ больше разговаривать объ Оливер? посл? того, какъ гробовщикъ взялъ его къ себ?, и лучше молчать до т?хъ поръ, пока не будетъ заключенъ контрактъ л?тъ на семь, когда нечего уже будетъ бояться, что онъ снова попадетъ на иждивеніе прихода.

— Ну-съ, — сказалъ мистеръ Соуэрберри, над?вая шляпу, — ч?мъ скор?е будетъ прод?лана вся эта исторія, т?мъ лучше. Ноэ, оставайся въ лавк?, а ты Оливеръ над?вай шапку и сл?дуй за мной.

Оливеръ повиновался и посл?довалъ за хозяиномъ. Н?сколько времени шли они по одной изъ очень густо населенныхъ частей города, а зат?мъ свернули въ узенькую улицу, несравненно бол?е грязную и жалкую, ч?мъ та, по которой они только что шли; зд?сь они остановились, чтобы отыскать домъ, куда ихъ послали. Дома съ об?ихъ сторонъ улицы были высокіе и обширные, но очень старые и населенные представителями самаго б?днаго класса, что было видно по грязному и заброшенному фасаду ихъ, не говоря уже о неряшливо од?тыхъ мужчинахъ и женщинахъ, которые случайно шныряли по улиц?, сгорбившись и скрестивъ руки на груди, или просто сложивъ ихъ. Въ большей части этихъ домовъ были когда то лавки, но вс? он? теперь были или наглухо заколочены, или совс?мъ почти развалилиісь; жилыми были только верхнія комнаты. Н?которые дома, сд?лавшіеся отъ времени и ветхости нежилыми, поддерживались въ предупрежденіе обвала огромными столбами, приставленными верхнимъ концомъ къ ст?н? и глубоко врытыми въ землю нижнимъ концомъ. Но даже и эти ветхія развалины служили, повидимому, ночлежнымъ пріютомь для многихъ бездомныхъ б?дняковъ; н?которыя изъ досокъ, которыми были заколочены двери и окна, были въ иныхъ м?стахъ раздвинуты такъ, что получалось отверстіе, черезъ которое свободно могъ прол?зть челов?къ. Трущобы эти отличались грязью и невыносимой вонью. Тамъ и сямъ внутри нихъ копошились крысы, отъ голода превратившіяся чуть не въ скелеты.

Ни молотка, ни звонка не оказалось у открытой двери, гд? остановились Оливеръ и его хозяинъ. Осторожно пробираясь по темному корридору и прижимая кр?пко къ себ? Оливера, чтобы онъ не испугался, поднялся гробовщикъ на верхушку перваго пролета л?стницы. Остановившись на площадк? противъ двери, онъ н?сколько разъ постучалъ по ней суставомъ своего пальца.

Дверь открыла молодая д?вушка л?тъ тринадцати, четырнадцати. Гробовщикъ, осмотр?въ внимательно комнату, сразу узналъ по н?которымъ прим?тамъ, что она именно та, куда его направили. Онъ вошелъ, а за нимъ Оливеръ.

Комната была очевидно нетоптлена и у холоднаго очага стоялъ какой-то мужчина и машинально гр?лъ себ? руки. Позади него стоялъ низкій стулъ, на которомъ сид?ла старуха. Въ противоположномъ углу толпились д?ти, покрытыя лохмотьями, а на полу, прямо противъ дверей, на тоненькомъ матрасик? лежало н?что, покрытое рванымъ од?яломъ. Оливеръ вздрогнулъ, взглянувъ на это м?сто, и еще больше прижался къ своему хозяину; мальчикъ сразу почувствовалъ, что это трупъ.

Лицо у мужчины, стоявшаго подл? очага, было худое и бл?дное, волоса и борода съ прос?дью, глаза красные. Лицо у старухи было совершенно сморщенное; изъ подъ нижней губы у нея выглядывали два, пока еще уц?л?вшихъ зуба, но зато глаза ея были совс?мъ живые и проницательные. Оливеръ со страхомъ смотр?лъ на мужчину и на старуху. Они такъ походили на крысъ, вид?нныхъ имъ внизу.

— Никто не см?етъ подходить къ ней! — крикнулъ мужчина, когда гробовщикъ подошелъ къ т?лу. — Назадъ! Чортъ васъ возьми, назадъ, если жизнь вамъ дорога!

— Что за безразсудство, голубчикъ мой, — сказалъ гробовщикъ, насмотр?вшійся вдоволь на горе во вс?хъ его видахъ и у разныхъ классовъ. — Какое безразсудство!

— Говорю вамъ, — сказалъ мужчина, сжимая кулаки и съ б?шенствомъ топнувъ по полу, — говорю вамъ, что я не позволю закопать ее въ землю! Она не будетъ отдыхать тамъ. Черви будутъ грызть ее… но не будутъ ?сть ее… она вся высохла.