Чтение онлайн

По окончаніи этихъ переговоровъ мистеромъ Сайксомъ овлад?лъ невыразимый восторгъ. Онъ пилъ стаканъ водки за стаканомъ, размахивалъ дубиной, оралъ во все горло, п?лъ или изрыгалъ проклятія. Энтузіазмъ его дошелъ, наконецъ, до того, что онъ предложилъ посмотр?ть ящикъ съ инструментами для взламыванія замковъ и запоровъ; онъ тотчасъ же принесъ его, но не усп?лъ раскрыть, его, чтобы приступитъ къ объясненію красоты ихъ отд?лки и того, какимъ образомъ надо употреблять ихъ въ д?ло, какъ покачнулся, упалъ на подъ и тутъ же захрап?лъ.

— Спокойной ночи, Нанси! — сказалъ еврей, закутываясь въ плащъ.

— Спокойной ночи!

Глаза ихъ встр?тились и еврей н?сколько секундъ пристально смотр?лъ на нее. Д?вушка спокойно выдержала этотъ взглядъ. Она была такъ же в?рна и такъ же серьезно относилась къ д?лу, какъ и самъ Тоби Крекитъ.

Еврей снова пожелалъ ей спокойной ночи и, давъ легкій пинокъ въ спину распростертому мистеру Сайксу, посп?шилъ внизъ по л?стниц?.

— Всегда и везд? одно и то же! — бормоталъ про себя еврей, возвращаясь домой. — Хуже всего то, что эти женщины при всякомъ удобномъ случа? и изъ за всякой мелочи вспоминаютъ давно забытыя ими чувства. Хорошо только, что это скоро зам?чается. Ха, ха, ха! Взрослый челов?къ противъ мальчика и за м?шокъ золота!

Забавляя себя такими пріятными размышленіями, мистеръ Феджинъ незам?тно прошелъ путь среди грязи и тумана и добрался наконецъ къ своему мрачному жилью, гд? Доджеръ съ нетерп?ніемъ ждалъ его возвращенія.

— Спитъ Оливеръ? Мн? необходимо поговорить съ нимъ, — были первые слова еврея, когда онъ спустился по л?стниц?.

— Давнымъ давно, — отв?чалъ Доджеръ, открывая дверь. — Вотъ онъ тамъ.

Мальчикъ кр?пко спалъ на твердомъ соломенник?, брошенномъ на полу. Всл?дствіе постоянной тревоги, горя и отсутствія воздуха онъ былъ бл?денъ и походилъ на мертвеца, но не на того, который од?тъ уже въ саванъ и лежитъ въ гробу, а на того, который скончался всего н?сколько минутъ тому назадъ, когда в?чно юный и чистый духъ только что вознесся съ небу, а окружающая атмосфера не усп?ла еще изм?нить его тл?нной оболочки.

— Не теперь, — сказалъ еврей, тихо выходя изъ кухни. — Завтра… да, завтра!

XX. Оливеръ переданъ въ распоряженіе мистера Вилльяма Сайкса

Когда Оливеръ проснулся на сл?дующее утро, онъ былъ очень удивленъ, найдя подл? себя пару новыхъ башмаковъ на толстыхъ подошвахъ; старыхъ башмаковъ не было. Сначала онъ очень обрадовался этому, думая, что это предв?щаетъ его скорое освобожденіе; какъ же разочаровался онъ, когда во время завтрака еврей сказалъ ему и притомъ такимъ тономъ, который его встревожилъ, что сегодня вечеромъ его отведутъ съ Биллю Сайксу.

— Чтобы… чтобы… оставить меня навсегда тамъ? — съ тревогой спросилъ Оливеръ.

— Н?тъ, н?тъ, мой милый! Н?тъ, тебя не оставятъ тамъ, — отв?чалъ еврей. — Мы не хотимъ разставаться съ тобою! Не бойся, Оливеръ, ты вернешься обратно. Ха, ха, ха! мы не такъ жестоки, чтобы прогонять тебя прочь! О, н?тъ, н?тъ!

Еврей, стоявшій въ это время у огня и поджаривавшій гренки, оглянулся на Оливера и хихикнулъ, желая показать, что онъ прекрасно знаетъ, какъ онъ радъ былъ бы уб?жать.

— Ты желаешь, — сказалъ онъ, пристально глядя на Оливера, — чтобы теб? сказали, зач?мъ тебя посылаютъ къ Биллю? Да, мой милый?

Оливеръ невольно покрасн?лъ, видя, что старый воръ отгадалъ его мысли, но сказалъ ему прямо, что желаетъ.

— А ты думаешь зач?мъ? — спросилъ Феджинъ.

— Не знаю, сэръ!

— Ба! — сказалъ еврей, съ разочарованіемъ отворачиваясь въ сторону съ недовольнымъ видомъ. — Билль самъ скажетъ теб?, если не знаешь.

Еврею было досадно, что Оливеръ въ этомъ случа? не выказалъ ни мал?йшаго любопытства; но д?ло въ томъ, что Оливеръ былъ слишкомъ встревоженъ и смущенъ пристальнымъ взглядомъ Феджина и собственными чувствами, а потому ему и въ голову не пришло спросить еврея, зач?мъ его посылаютъ. Днемъ ему не представлялось для этого случая, потому что еврей былъ до самаго вечера молчаливъ, а вечеромъ собрался куда то уходить.

— Можешь зажечь св?чу, — сказалъ онъ, ставя св?чу на столъ. — А вотъ теб? книга, читай пока не придутъ за тобой. Спокойной ночи!

— Спокойной ночи, — тихо отв?чалъ Оливеръ.

Еврей пошелъ къ дверямъ, все время глядя черезъ плечо на ребенка. Вдругъ онъ остановился и назвалъ его по имени.

Оливеръ поднялъ глаза. Еврей указалъ рукой на св?чу, чтобы онъ зажегъ ее. Мальчикъ исполнилъ приказаніе; ставя на столъ св?чу, онъ зам?тилъ, что еврей изъ темнаго угла смотритъ на него изъ подъ сдвинутыхъ и нахмуренныхъ бровей.

— Берегись, Оливеръ, будь остороженъ, — сказалъ старикъ, грозя ему пальцемъ. — Онъ челов?къ жестокій и не остановится передъ кровью, когда выйдетъ изъ себя. Что-бы онъ ни сд?лалъ, молчи! Чтобы онъ не приказалъ, исполняй безпрекословно! Не забывай же моихъ словъ! — Онъ сд?лалъ особенно удареніе на посл?днихъ словахъ; по лицу его проб?жала ужасная улыбка и кивнувъ головой, онъ вышелъ изъ комнаты.

Оливеръ склонилъ голову на руку и съ трепещущимъ отъ страха сердцемъ думалъ о томъ, что сейчасъ слышалъ. Ч?мъ больше думалъ онъ о предостереженій еврея, т?мъ мен?е догадывался объ истинномъ значеніи его. Онъ не могъ ждать ничего хорошаго отъ переселенія своего къ Сайксу, но если д?йствительно ему хот?ли сд?лать какое нибудь зло, почему не могли сд?лать этого у Феджина? Долго думалъ онъ и наконецъ пришелъ къ тому заключенію, что его посылаютъ къ разбойнику для обыкновенныхъ услугъ, пока не найдется другой мальчикъ, бол?е пригодный, ч?мъ онъ. Онъ привыкъ страдать съ самаго д?тства и мысль о перем?н? м?ста не особенно тревожила его. Не все ли равно, гд? страдать? Такъ сид?лъ онъ и все думалъ и думалъ. Вздохнувъ, наконецъ, тяжело, онъ снялъ нагаръ со св?чи и взявъ книгу, которую ему оставилъ еврей.

Сначала онъ только переворачивалъ листы, не обращая вниманіе на та, что тамъ написано, пока ему не бросилось въ глаза одно заглавіе. Это было описаніе жизни и процессовъ великихъ преступниковъ; страницы зд?сь были истрепаны и на нихъ видн?лись сл?ды грязныхъ пальцевъ. Мальчикъ читалъ объ ужасныхъ преступленіяхъ и кровь застывала у него въ жилахъ; объ убійствахъ, сотворенныхъ въ уединенныхъ жилищахъ, о трупахъ, скрытыхъ отъ челов?ческаго взора въ ямахъ и колодцахъ, которые, не смотря, на то, что были глубоко скрыты, все же въ конц? концовъ, хотя и по прошествіи многихъ л?тъ, всплывали наружу, приводя въ ужасъ своихъ убійцъ, которые при вид? ихъ сознавались во всемъ и, какъ милости просили смертной казни, чтобы избавиться отъ угрызеній сов?сти. Онъ читалъ о людяхъ, которые лежа въ постели, задумывали во мрак? ночи такія преступленія, что при одной мысли о нихъ морозъ проб?галъ по т?лу и начинали дрожать руки и ноги. Все это описано было такъ ясно и живо, что казалось, будто пожелт?вшіе отъ времени страницы покрываются густыми свертками запекшейся крови, а слова отдаются въ ушахъ глухимъ ропотомъ призраковъ загубленныхъ людей.

Мальчикомъ овлад?лъ невыразимый ужасъ. Онъ закрылъ книгу и отбросилъ ее отъ себя. Упавъ на кол?ни, онъ обратился съ молитвой къ Богу и просилъ добавить его отъ этихъ д?лъ, просилъ лучше ниспослать ему смерть, но не допускать его до совершенія этихъ вопіющихъ къ небу преступленій. Мало по малу онъ успокоился и тихимъ, дрожащимъ отъ волненія голосомъ сталъ молиться объ избавленіи его также отъ предстоящихъ ему опасностей; сжалиться надъ б?днымъ заброшеннымъ ребенкомъ, у котораго н?тъ ни родныхъ, ни друзей, и помочь ему, одинокому и беззащитному, окруженному со вс?хъ сторонъ порокомъ и преступленіемъ.

Онъ кончилъ молитву, но все еще продолжалъ стоять на кол?няхъ, закрывъ лицо руками. Вдругъ онъ услышалъ какой то шорохъ.

— Кто это? — крикнулъ онъ съ испугомъ, зам?тивъ у дверей челов?ческую фигуру. — Кто это?

— Я… Это я, — отв?чалъ дрожащій голосъ.

Оливеръ поднялъ св?чу надъ головой и повернулся къ двери. Тамъ стояла Нанси.

— Отставь въ сторону св?чу, — сказала д?вушка, — мн? больно глазамъ.

Оливеръ увид?лъ, что она совс?мъ бл?дная, и ласково спросилъ ее, не больна ли она. Д?вушка бросилась въ кресло спиной къ нему и молча ломала себ? руки, ничего не отв?чая.