Чтение онлайн

— Давай мальчика, — сказалъ Тоби, — подыми его, а я перехвачу.

Не усп?лъ Оливеръ оглянуться кругомъ, какъ Сайксъ подхватилъ его подъ руки, и черезъ три, четыре секунды мальчикъ и Тоби лежали уже на трав? по другую сторону ст?ны. Сайксъ посл?довалъ за ними и вс? они осторожно направились къ дому.

Только теперь въ первый разъ понялъ Оливеръ, доведенный почти до сумасшествія горемъ и ужасомъ, что ц?лью предпринятой экспедиціи былъ грабежъ, а быть можетъ и убійство. Онъ сложилъ руки и невольно вскрикнулъ отъ ужаса. Въ глазахъ у него потемн?ло, холодный потъ выступилъ на лиц?, ноги подкосились и онъ упалъ на кол?ни.

— Встань! — проворчалъ Сайксъ, дрожа отъ б?шенства и вытаскивая пистолетъ изъ кармана. — Встань или я выпущу теб? мозги!

— О, ради Бога, отпустите меня! — плакалъ Оливеръ. — Отпустите меня, дайте мн? умереть гд? нибудь на пол?. Я никогда близко не подойду къ Лондону, никогда! О! сжальтесь надо мною и не заставляйте меня воровать. Ради вс?хъ святыхъ ангеловъ на неб?, сжальтесь надо мной!

Челов?къ, къ которому мальчикъ обращался съ мольбой, отв?чалъ ему страшнымъ проклятіемъ и поднялъ уже пистолетъ, но Тоби посп?шно вырвалъ его и, закрывъ мальчику ротъ рукой, потащилъ его къ дому.

— Тс! — шепнулъ онъ Оливеру, — скажи еще одно слово и я безъ пистолета палкой расправлюсь съ тобой. Шуму не будетъ, а д?йствіе такое же в?рное. Сюда, Билль, отвинчивай ставню. Присмир?лъ теперь, будетъ съ него. Ничего! И постарше его трусили въ первую минуту, особенно въ такую темную и холодную ночь.

Сайксъ, призывая проклятіе на голову Феджина за то, что тотъ вздумалъ дать имъ Оливера для такого серьезнаго предпріятія, взялъ ломъ и приступилъ къ д?лу, стараясь работать во возможности тише. Спустя н?сколько минутъ ставня открылась.

Это было небольшое р?шетчатое оісно, которое отстояло на пять съ половиною футовъ отъ земли и находилось въ задней части дома, гд? въ конц? корридора была прачешная или домашняя пивоварня. Оно было такъ невелико, что обитатели дома не считали, в?роятно, нужнымъ защитить его покр?пче, и въ тоже время настолько велико, что въ него свободно могъ прол?зть Оливеръ. Еще н?сколько упражненій ломомъ и мистеръ Сайксъ удалилъ р?шетку, окно было теперь совс?мъ открыто.

— Слушай теперь, щенокъ, — сказалъ Сайксъ, вынимая изъ кармана потайной фонарь и осв?щая имъ лицо Оливера, — я просуну тебя черезъ это окно. Возьми фонарь, подымись тихонько по д?стниц?, которую увидишь передъ собой, пройди прихожую и открой намъ входную дверь.

— Тамъ есть засовъ вверху… теб? не достать до него, — сказалъ Тоби. — Въ прихожей есть стулья, ты и стань на стулъ. Ихъ тамъ три, Билль, и на спинкахъ — большой синій единорогъ и золотыя вилы… гербъ старой леди.

— Не можешь ты помолчать, что ли? — отв?чалъ Сайксъ, съ грознымъ видомъ посматривая на него. — Открыта дверь на л?стницу?

— Открыта, — отв?чалъ Тоби, заглянувъ въ окно. — Она всегда бываетъ открыта, чтобы собака, которая спитъ тамъ, могла бы ходить по всему корридору, когда ей не спится. Ха, ха! Барней ловко стибрилъ ее сегодня вечеромъ. Ловко!

Хотя мистеръ Крекитъ говорилъ совс?мъ шепотомъ и см?ялся беззвучно, т?мъ не мен?е Сайксъ приказалъ ему молчать и приниматься за д?ло. Тоби вытащилъ прежде всего фонарь и поставилъ его на землю; зат?мъ, наклонившись такимъ образомъ, что руки его упирались въ кол?ни, а голова въ ст?ну подъ окномъ, изобразилъ своей спиной ступеньку л?стницы. Сайксъ тотчасъ же вл?зъ ему на спину и осторожно просунулъ Оливера въ окно ногами впередъ и, продолжая держать его за шиворотъ, поставилъ на полъ.

— Возьми фонарь, — сказалъ Сайксъ. — Видишь л?стницу передъ собой?

Оливеръ, еле живой отъ страіха, прошепталъ «да!» Сайксъ, указавъ ему пистолетомъ на видн?вшуюся вдали входную дверь, сказалъ, что онъ все время будетъ подъ выстр?ломъ и, если онъ не исполнитъ того, что ему говорятъ, то будетъ убитъ на м?ст?.

— Минуты довольно на это, — сказалъ Сайксъ т?мъ же шепотомъ. — Иди же и за д?ло! Берегись!

— Что это? — шепнулъ Тоби.

Обa внимательно прислушались.

— Ничего, — сказалъ Сайксъ, выпуская Оливера. — Ну!

Въ тотъ короткій промежутокъ, который ему оставался, чтобы собраться съ мыслями, мальчикъ твердо р?шилъ про себя, что пусть это будетъ стоить ему жизни, а онъ все таки, поднявшись на л?стницу, разбудитъ вс?хъ громкимъ крикомъ. Съ этимъ р?шеніемъ въ душ? онъ осторожно двинулся къ л?стниц?.

— Назадъ! — крикнулъ вдругъ Сайксъ. — Назадъ! Назадъ!

Пораженный такимъ внезапнымъ крикомъ, нарушившимъ мертвую тишину дома, Оливеръ не зналъ, что ему д?лать, идти впередъ или б?жать.

Крикъ повторился… показался св?тъ… передъ глазами Оливера смутно мелькали фигуры полуод?тыхъ людей на ступенькахъ л?стницы… Яркій блескъ… выстр?лъ… облако дыма… гд?-то трескъ, но гд?… онъ не зналъ.

Сайксъ исчезъ только на минуту, но зат?мъ снова показался и, пользуясь т?мъ, что дымъ еще не разс?ялся, схватилъ Оливера за шиворотъ. Выстр?ливъ зат?мъ изъ своего собственнаго пистолета въ сторону двухъ челов?къ, которые усп?ли т?мъ временемъ скрыться, вытащилъ мальчика обратно изъ окна.

— Кр?пче держись за меня, — сказалъ ему Сайксъ. — Дай сюда платокъ… Они ранили его. Жив?й! Экъ, какъ изъ него льетъ кровь!

Въ голов? мальчика смутно промелькнули громкій звонокъ, громъ выстр?ловъ, крики людей и сознаніе того, что его быстро несутъ по неровной почв?. Зат?мъ шумъ этотъ замеръ гд? то въ отдаленіи, смертельный холодъ охватилъ его сердце и больше онъ ничего не вид?лъ и не слышалъ.

XXIII. Весьма интересный разговоръ между мистеромъ Бемблемъ и н?коей леди, который показываетъ, что даже приходскій сторожъ можетъ поддаваться н?которымъ чувствамъ

Ночь была необычайно холодная, и сн?гъ, покрывавшій землю, лежалъ на ней толстымъ, кр?пкимъ слоемъ, такъ что р?зкій, холодный в?теръ, завывавшій кругомъ, могъ подхватывать только недавно сметенный сн?гъ, который лежалъ кучами по краямъ улицы и до угламъ домовъ. Да, темная, леденящая была эта ночь, одна изъ т?хъ ночей, когда люди, им?ющіе теплый домъ и хорошую пищу, сидятъ у огня и благодарятъ Бога за то, что у нихъ есть пріютъ, а бездомные и голодные ложатся на землю и умираютъ. Да, много отверженныхъ закрываютъ навсегда глаза въ такую лютую ночь и, каковы бы ни были ихъ преступленія, врядъ ли чувствуютъ они себя хуже тамъ, куда переселяются.

Такова то была погода, когда мистриссъ Корней, надзирательница дома призр?нія, съ которымъ уже знакомы наши читатели, какъ съ м?стомъ рожденія Оливера, сид?ла у весело трещавшаго огня въ своей маленькой комнат? и смотр?ла съ удовольствіемъ на небольшой круглый столъ, на которомъ стоялъ соотв?тствующей величины подносъ со вс?ми принадлежностями для закуски. Мистриссъ Корней собиралась пить чай. Когда она взглянула на огонь, гд? самый маленькій изъ вс?хъ маленькихъ чайниковъ п?лъ н?жнымъ, тоненькимъ голоскомъ свою н?жную п?сенку, чувство внутренняго довольства ея еще увеличилось и она улыбнулась.