Оливер Твист
Шрифт:
Мистриссъ Мэйли съ нетерп?ніемъ ждала сына. Встр?ча была трогательна съ об?ихъ сторонъ.
— Мама! — прошепталъ молодой челов?къ:- отчего вы не написали мн? раньше?
— Я написала письмо, но раздумала посылать его, пока не услышу, что скажетъ мистеръ Лосбернъ.
— Но зач?мъ, — возразилъ онъ:- зач?мъ было рисковать допустить то, что едва не случилось? Если бы Роза… я не р?шаюсь даже произнести этого — если бы бол?знь получила иной исходъ, вамъ в?чно пришлось бы упрекать себя! Я никогда не былъ бы счастливъ опять!
— Если бы это случилось, Гарри, — сказала мистриссъ Мэйли:- то, я боюсь, счастье твое все равно было бы потрясено и твое прибытіе днемъ раньше или позже очень, очень мало значило бы.
— А что удивительнаго, если бы это было такъ, мамаша? — возразилъ молодой челов?къ. — Впрочемъ, почему я говорю если! Это такъ и есть на самомъ д?л?, и вы хорошо знаете мои чувства.
— Я знаю, что она заслуживаетъ самой лучшей и чистой любви, какую можетъ питать сердце мужчины, — сказала мистриссъ Мэйли. — Я знаю, что преданность и любвеобиліе ея натуры требуютъ не простого отзвука, но глубокаго и продолжительнаго. Если бы я не чувствовала этого и не знала бы кром? того, что перем?на склонности въ любимомъ челов?к? разобьетъ ея сердце, я не вид?ла бы такой трудности въ своей задач?, и въ моей груди не совершалось бы такой борьбы передъ принятіемъ р?шенія, которое представляется мн? моимъ долгомъ.
— Это жестоко, мамаша, — сказалъ Гарри. — Вы считаете меня еще за мальчика, не знающаго своего сердца и не ум?ющаго распознать свои душевные порывы?
— Я думаю, дорогой мой сынъ, — возразила мистриссъ Мэйли, положивъ руку ему на плечо:- что молодости свойственны многіе великодушные порывы, которые не длятся долго, и н?которые изъ нихъ, будучи удовлетворены, становятся т?мъ мимолетн?е. Но въ особенности я уб?ждена, — продолжала она, пристально смотря въ лицо сыну:- что если увлекающійся пылкій и честолюбивый челов?къ женится на д?вушк?, носящей на своемъ имени пятно, которое, хотя возникло и не по ея вин?, но холодными и безсердечными людьми можетъ быть поставлено въ упрекъ ихъ д?тямъ, и, по м?р? его усп?ховъ въ св?т? напоминаніе о немъ будетъ бросаемо ему въ лицо, вызывая злорадныя улыбки, — то, какъ бы онъ ни былъ по природ? своей великодушенъ и добръ, онъ когда нибудь можетъ раскаяться, что вступилъ въ молодости въ подобную связь. А она будетъ страдать, догадываясь о его сомн?ніяхъ.
— Мама! — нетерп?ливо сказалъ молодой челов?къ:- это было бы себялюбивое животное, недостойное называться мужчиною и недостойное той жены, которую вы описали.
— Теперь ты такъ думаешь, Гарри.
— И всегда буду такъ думать! Та душевная пытка, которую я перенесъ въ теченіи посл?днихъ двухъ дней, вынуждаетъ меня къ признанію въ страсти, которая, вы знаете, возникла не вчера я не является простымъ увлеченіемъ. Мое сердце привязано къ Роз? — дорогой, н?жной д?вушк?! — привязано такъ неразд?льно, какъ когда либо сердце мужчины привязывалось къ женщин?. Она предметъ вс?хъ моихъ мыслей, плановъ, надеждъ въ жизни, и если вы препятствуете мн? въ этомъ важномъ шаг?, то вы бросаете на в?теръ мое спокойствіе и счастье. Мамаша, вспомните лучше объ этомъ и не пренебрегайте нашимъ счастьемъ, о которомъ вы, повидимому, такъ мало думаете.
— Гарри, — сказала мистриссъ Мэйли:- потому-то, что я много думала о горячихъ и впечатлительныхъ сердцахъ, я хочу уберечь ихъ отъ страданій. Но мы уже говорили объ этомъ много и даже бол?е, ч?мъ много.
— Тогда предоставьте р?шеніе Роз?, - предложилъ Гарри. — Вы не будете ей внушать своихъ преувеличенныхъ опасеній и класть препятствія на моемъ пути?
— Н?тъ, но я хот?ла бы, чтобы ты подумалъ…
— Подумалъ! — нетерп?ливо вскричалъ Гарри. — Мама, я думалъ уже много л?тъ. Я не переставалъ думать съ т?хъ поръ, какъ сталъ способенъ къ серьезнымъ размышленіямъ. Мои чувства остаются и всегда останутся неизм?нными. И къ чему мучить себя, задерживая ихъ, какая польза будетъ отъ этого? Н?тъ! Прежде ч?мъ я у?ду отсюда, Роза должна меня выслушать.
— Хорошо, — сказала мистриссъ Мэйли.
— Въ вашемъ тон? словно заключается предположеніе, что она выслушаетъ меня холодно.
— Не холодно, — возразила старая дама:- далеко н?тъ.
— Такъ какъ же? Она не питаетъ чувствъ къ кому нибудь другому?
— Н?тъ, мн? кажется, что ты уже вполн? овлад?лъ ея сердцемъ. Но вотъ что я хот?ла сказать, — продолжала старая дама, останавливая сына, который собирался снова говорить:- прежде ч?мъ сд?лать р?шающій шагъ, прежде ч?мъ позволить своимъ надеждамъ взлет?ть до наивысшаго пред?ла, подумай, дорогой, о прошломъ Розы, разсуди, какое вліяніе на ея р?шеніе можетъ оказать сознаніе своего сомнительнаго рожденія. В?дь она такъ предана намъ всею силою своей благородной души, и готовность на самопожертвованіе, какъ въ мелкихъ, такъ и въ великихъ случаяхъ жизни, составляетъ одну изъ чертъ ея характера.
— На что вы намекаете? — спросилъ молодой челов?къ.
— Это я предоставляю теб? отгадать. Я должна идти назадъ къ ней. Благослови тебя Богъ!
— Я увижусь еще съ вами сегодня вечеромъ?
— Да, мимоходомъ, когда я оставлю Розу.
— Вы ей скажете, что я зд?сь?
— Конечно.
— И скажете, какъ я тревожился, и какъ я мечтаю увид?ть ее? Хорошо, мама?
— Хорошо, я скажу ей это, — отв?тила старая дама и, съ любовью пожавъ руку сыну, посп?шила наверхъ.
Мистеръ Лосбернъ и Оливеръ во время этого разговора оставались на другомъ конц? комнаты. Теперь докторъ протянулъ руку молодому челов?ку, и они обм?нялись сердечными прив?тствіями. Зат?мъ мистеръ Лосбернъ, въ отв?тъ на разспросы Гарри, далъ полный отчетъ о положеніи паціентки, который оказался вполн? ут?шительнымъ и соотв?тствовавшимъ сообщенію Оливера, и къ которому мистеръ Джайльсъ, для вида возившійся съ багажомъ, жадно прислушивался.
— Не подстр?лили вы чего нибудь особеннаго за посл?днее время, Джайльсъ? — спросилъ докторъ.
— Ничего особеннаго, сэръ, — отв?тилъ Джайльсъ, густо покрасн?въ.
— Не поймали никакихъ воровъ, не уличили никакихъ громилъ?
— Никакъ н?тъ, сэръ, — произнесъ мистеръ Джайльсъ съ большимъ достоинствомъ.
— Жаль, — сказалъ докторъ:- потому что у васъ это выходитъ удивительно мастерски. Ну, а какъ Бриттльсъ?
— Мальчикъ чувствуетъ себя отлично, сэръ — отв?тилъ мистеръ Джайльсъ, къ которому вернулся обычный покровительственный тонъ:- и посылаетъ вамъ свой почтительн?йшій прив?тъ.
— Прекрасно, — продолжалъ докторъ. — А кстати, увид?въ васъ, мистеръ Джайльсъ, я вспомнилъ, что наканун? того дня, когда меня такъ посп?шно вызвали, мн? пришлось исполнить, по просьб? вашей доброй барыни, одно порученіе въ вашу пользу. Отойдемте на минуту въ сторонку.
Мистеръ Джайльсъ величественно и съ н?которымъ удивленіемъ отошелъ въ уголъ, гд? удостоился чести разговора шепотомъ съ докторомъ. По окончаніи этого короткаго сов?щанія онъ отв?силъ рядъ поклоновъ и удалился съ особенной величавостью. Тайна этой конференціи была скоро сообщена обществу, находившемуся на кухн?, Мистеръ Джайльсъ торжественно просл?довалъ туда и, потребовавъ кружку эля, тономъ глубокаго и внушительнаго величія возв?стилъ, что его госпож? благоугодно было, во уваженіе его доблести, проявленной имъ при нападеніи громилъ, пом?стить для его исключительнаго пользованія сумму въ двадцать пять фунтовъ стерлинговъ въ м?стный банкъ. Услышавъ это, служанки подняли къ небу глаза и руки и высказали предположеніе, что теперь мистеръ Джайльсъ станетъ совс?мъ гордымъ. На что мистеръ Джайльсъ, выпятивъ свое жабо, отв?тилъ:- «н?тъ, н?тъ»! Если он? зам?тили, что онъ высоком?ренъ съ своими подчиненными, то пожалуйста пусть он? заявятъ ему это. Зат?мъ онъ добавилъ еще н?сколько зам?чаній, не мен?е ярко свид?тельствовавшихъ о его скромности, и принятыхъ съ неменьшимъ удовольствіемъ и одобреніемъ; причемъ эти зам?чанія были такъ же оригинальны и ц?лесообразны, какъ вообще изреченія великихъ людей.
Наверху въ теченіи остальной части вечера царило веселье. Докторъ былъ въ хорошемъ настроеніи, и, какъ ни былъ Гарри Мэйли утомленъ и задумчивъ сначала, но и онъ не устоялъ противъ благодушія почтеннаго джентльмена, которое проявлялось въ разнообразныхъ разсказахъ изъ практики и въ невинныхъ шуткахъ, казавшихся Оливеру самымъ забавнымъ изъ всего, что онъ когда либо слышалъ, и заставлявшихъ его хохотать въ соотв?тственной степени, къ очевидному удовольствію доктора, который самъ см?ялся неудержимо, заражая веселостью и Гарри. Такимъ образомъ они составили самую пріятную компанію, какая могла образоваться при данныхъ обстоятельствахъ, и было уже поздно, когда они съ благодарностью и радостью на сердц? ушли, чтобы предаться покою, въ которомъ такъ нуждались посл? недавно пережитыхъ сомн?ній и тревогъ.
На другое утро Оливеръ проснулся съ легкостью на душ? и предался своимъ раннимъ заботамъ съ большей надеждой и удовольствіемъ, ч?мъ когда либо раньше. П?вчія птички опять были пов?шены на старыя м?ста, и самые н?жные полевые цв?ты, какіе можно было найти, снова были собраны для того, чтобы увеселять взоры Розы своей красотой. Дымка печали, которую въ посл?дніе дни встревоженный мальчикъ вид?лъ на всемъ, самомъ для него дорогомъ, разс?ялось словно по волшебству. Брызги росы словно бы ярче сверкали на зеленой листв?, среди которой мелодичн?е шуршалъ в?терокъ, а небо было ярче и прозрачн?е. Состояніе нашихъ думъ вліяетъ даже на вн?шность предметовъ, Т?, кто созерцая природу и своихъ ближнихъ кричатъ, что все мрачно и пасмурно, правы; только темныя краски являются отраженіемъ ихъ собственныхъ сердецъ и глазъ. Настоящіе же цв?та н?жны, но требуютъ бол?е яснаго зр?нія.