Чтение онлайн

Энди резко пробудилась и часто задышала, осматриваясь. Впереди было какое-то сооружение, не принадлежащее природе. Это была огромная древесная крепость. Она протянулась до верхушек самых рослых деревьев. Стены были сросшиеся между собою стволы, которые еще жили: из них торчали ветви с зелеными листьями.

Падиф и Эрик степенно прошли к воротам, склонили головы и закрыли глаза. Энди уловила в Страте слабую вибрацию их сознаний и поняла, что сейчас талены общались с теми, кто ждал их внутри. Через мгновения ворота перед ними плавно и беззвучно отворились. Они въехали внутрь и оказались в просторном холле. Вдоль стен горели факелы. В тени их огней блестели влажные листья. Где-то даже белели маленькие цветы. От этого воздух в крепости был свеж и пах медом. Посередине зала витая лестница уходила в небольшой люк. Здесь было пусто, кроме нескольких человек у одной из боковых дверей. Еще один мужчина встречал гостей.

Это был широкоплечий, крепкого сложения лекан, с сильными чертами лица и твердым, быстрым взглядом огромных серых глаз. На поясе у него висели два кинжала. Несмотря на свои крупные габариты, он двигался проворно и легко. Он смотрел на гостей очень внимательно.

Падиф, Эрик и Энди спешились и передали поводья лекану. Он повел троицу вдоль коридора. В какой-то момент небольшие ворота слева от них распахнулись - и он ввел туда коней. Энди заметила, что в конюшне вместо искусственного пола была земля с высокой зеленой травой. Лекан оставил животных пастись и мягко закрыл ворота. Гостей же он повел вверх по витой лестнице.

Они двигались вверх до шестого пролета. Второй и третий этажи были совершенно пусты, а вот следующие два зала были полны людей: леканы сновали туда-сюда между дверьми в стенах, останавливались, чтобы что-то передать друг другу. Энди, испугавшись скопления народа, старалась не смотреть по сторонам, чтобы не замечать на себе любопытных взглядов.

На последней площадке все выглядело по-другому. Узкий коридор освещался слабым голубоватым огнем факелов, а по черным стенам стлались темные, огромные, но чахлые листья. Солнечный свет едва пробивался из маленьких, тесно зарешетчатых окон под самым потолком.

Лекан повел посетителей вдоль прохода, в конце которого, напротив лестницы, виднелась единственная дверь. Абсолютная тишина, прерываемая разве только шумом роста или увядания листьев, царила в этом месте, и даже звук шагов замирал, едва успев народиться. Энди, которая продвигалась вперед последней, испытывала усиливающуюся тревогу, будто бы за ней приглядывали сами стены.

Дойдя до двери, лекан остановился и толкнул ее. Бесшумно, Энди в глаза бросился яркий дневной свет. Их проводник вошел внутрь, остановился там и пропустил вперед гостей. Когда все оказались внутри, он мягко закрыл двери и встал на страже. Глаза девушки привыкли к свету.

Обширная, но небогатая комната. Пять больших овальных окон - и сквозь них в пространство вваливаются широкие солнечные лучи. Здесь были невысокие шкафы, на которых валялись в беспорядке различные рукописи, посуда, огрызки свечей, какие-то странные металлические приборы, стрелы, и прочая мелочь. В углу трещал камин, несмотря на тепло снаружи. Посредине комнаты - длинный стол, заваленный книгами, перьями и картами, стаканом, ножом и грязными перчатками. У окна, повернувшись лицом к посланникам Танхета, ожидал человек. У Энди сам собою открылся рот.

Ошибки быть не могло: короткие белые волосы, угловатое, но очень сильное и высокое тело, острые выступающие черты лица. И эти черные, лишенные цветных радужек, нормальных размеров глаза. Это он полгода назад заточил ее в своей тюрьме. Это он потом разговаривал с нею так, будто уже встречал раньше. Это за его спиной люди растворились в черные облака. И это он вышвырнул Энди в холодный лес. Это он появлялся в ее снах. И это был Леран.

Почему же Падиф не сказал ей об этом? Какой могла быть причина, вынудившая его промолчать? Или это Леран закрыл свой образ в ее голове от чужого взгляда?

Множество бесформенных вопросов тут же нашли себе приют в возбужденном сознании девушки и заметались там в хаотичном порядке, не позволяя ей ухватиться хотя бы за один из них. Сейчас, расширенными глазами созерцая Лерана, она ловила внутри себя какое-то упущение, какое-то позабывшееся событие. Но она не знала, что это. И ответы нужны были прямо сейчас - она едва сдерживалась, чтобы не подбежать к Лерану, схватить его за грудки и не получить из него решения на свои сомнения. Но она сцепила кисти рук между собой и опустила голову.

Леран сделал шаг навстречу дипломатам и схватился за спинку своего стула. При каждом движении любая частичка его тела завораживающе выступала из общей фигуры, в нем не было целостности, а только разрозненные и плохо спаянные друг с другом кусочки плоти. Спокойный взгляд живых глаз степенно прошелся по каждому гостю, не задержавшись ни на одном лице.

Леран сделал должные жесты приветствия. Падиф, Эрик и Энди ответили ему, и он пригласил их садиться. Энди стало приятно и стыдно одновременно: ведь она не заслуживала почести сидеть на столь важном совещании наравне со всеми. Лекан, подождав, пока гости усядутся, опустился на свой стул, и, откинувшись на спинку, водрузив руки на подлокотники, деловито уставился на Падифа.

Они переговаривались на всеобщем языке Нарве. Но одновременно они подкрепляли правдивость слов мыслями в Страте.

– Танхет прислал нас, чтобы разъяснить спор о заключении союза между нашими народами, - твердым голосом проговорил Падиф.

– Да, мы с ним не смогли уладить все разногласия, а потому он решил поручить это своему доверенному...
– знакомым Энди спокойным и плавным голосом произнес Леран и немного призадумался, а потом чуточку улыбнулся, - Он все еще смеет полагаться на тебя, не так ли?
– спросил он, и какая-та искра лукавого сочувствия проскользнула в его глазах.

– То лишь ему известно, - сдержанно ответил Падиф, но Энди заметила, как сильно он сжал подлокотники, и чуть вызывающим взглядом впился в лекана, - Но речь не об этом, - добавил он более мягко.

– Конечно, - тут же уступил Леран.

– Во-первых, стоит разрешить конфликт по поводу последнего столкновения с яриками. Я не обвиняю тебя в измене, потому как это верный путь к расторжению всякой дружбы между нашими народами. Сейчас, во время смуты и недоверия самое главное - сохранить то, что мы имеем, а не растрачивать силы на ссоры из-за неизвестности. Единственная общая цель - это прекращение войны, которая затянулась слишком долго, чтобы травмировать наши сознания бесповоротно. Ни мы, ни наши последователи никогда не будут прежними ровно так же, как и весь мир, - сказал Падиф.

Леран слушал без всякого выражения, будто в его голове вообще не было мыслей.

– Значит, ты веришь мне. Но почему же?
– спросил он бесцветным голосом.

– Если ревены отвернутся от леканов - мы проиграем войну. Если мы восстановим с вами союз, а вы окажетесь предателями - мы все равно проиграем. Поэтому я предпочитаю прежние отношения между нашими племенами, тем более что причина раздора не представляется мне ясной и достаточной для ссоры не просто двух человек, а двух народов, - проговорил четко Падиф.