Положеніе русскихъ пленныхъ въ германіи и отношеніе германцевъ къ населенію занятыхъ ими областей царства польскаго и литвы
Шрифт:
Вотъ приблизительно копія цифровыхъ данныхъ подсчета продуктовъ и содержавшихся въ нихъ калорій за время съ 22 по 28 января.
Въ нед?лю мы получали:
Принимая во вниманіе, что мы всюду брали абсолютно максимальныя числа, а какъ критерій брали таблицы профессора Эриха Киндборга (Берлинъ 1912 г.), то будетъ вполн? правильно, если мы это количество калорій уменьшимъ не мен?е, какъ на 15 %, другими словами мы получали не 1138 калорій въ сутки, а только 969. По Фойту же, Киндборгу и др., для поддержанія равнов?сія обм?на у здороваго челов?ка необходимо нужно ежедневно вводить въ организмъ 2500 калорій. Сл?довательно, мы изъ собственныхъ запасовъ организма должны были тратить 1531 калорій.
Если принять во вниманіе, что въ нашей пищ? совершенно отсутствуютъ жиры и б?лки и что почти исключительно наша пища состоитъ изъ брюквы и ничтожнаго количества капусты, при полномъ ея однобразіи и безвкусиц?, то станетъ яснымъ, что такое питаніе ни въ коемъ случа? нельзя назвать нормальнымъ. Кром? того въ лагер? собраны главнымъ образомъ инвалиды, предназначенные къ обм?ну или къ интернированію въ нейтральныхъ государствахъ, и что среди нихъ им?ется большое количество туберкулезныхъ и вообще больныхъ, требующихъ особеннаго и усиленнаго питанія. Къ тому же мы хорошо знаемъ, что н?мецкимъ пл?ннымъ въ Россіи живется очень хорошо. Въ виду изложеннаго мы требуемъ: 1) довести наше питаніе до 2500 калорій въ день, съ обязательнымъ добавленіемъ жировъ и б?лковъ, 2) улучшить вкусъ пищи, для чего кухней долженъ зав?дывать русскій офицеръ, а варить — русскіе повара, и 3) разр?шить выписывать на 25 марокъ ежем?сячно различныхъ продуктовъ каждому офицеру изъ нейтральныхъ государствъ. Документъ этотъ записанъ мной не дословно.
Къ этому я долженъ добавить, что упомянутая «мясная» котлета была консистенціи резины и содержала, конечно, не 80—100 гр. мяса, а в?роятно какое-то ничтожное его количество. Дал?е, рыба, которая намъ давалась (треска), была иногда настолько зловонна, что, несмотря на голодъ, мы не въ состояніи были ?сть ее. Зат?мъ булочки были какого-то с?ровато-краснаго цв?тами отнюдь не изъ чистой пшеничной муки, такъ что говорить о количеств? калорій, заключавшихся въ нихъ, было бол?е, ч?мъ трудно. Подъ видомъ кофе намъ давалась какая-то темная бурда. Я думаю, было бы правильн?е показанное нами число калорій уменьшить не на 15, а по крайней м?р? на 25 %, ибо даже т? супы, которые мы называли «маисовыми», «крупниками», «гороховыми», ничего общаго съ маисомъ, крупой и горохомъ не им?ли. Мы ихъ такъ называли только потому, что у насъ выв?шивалось въ корридорахъ меню, въ которыхъ красовались довольно заманчивыя названія, ничего общаго не им?вшими съ д?йствительностью. Къ глубокому нашему сожал?нію эти меню подписывались однимъ изъ нашихъ русскихъ офицеровъ. И если лагерь пос?щался какими нибудь р?дкими гостями въ вид? представителей нейтральныхъ державъ, то они подводились къ этому меню и имъ показывалось, ч?мъ мы якобы питаемся. Супъ, напр., который у насъ слылъ подъ названіемъ маисоваго, никто не могъ опред?лить, изъ чего онъ сваренъ, но упорно говорили, что это не маисъ, а самый обыкновенный смолотый каштанъ. Кром? того ?да об?дающимъ по комнатамъ приносилась въ такой грязной посуд? и такими грязными деньщиками-румынами, что уже это одно вызывало отвращеніе къ пищ?, которая и безъ того была отвратительна. Кофе же намъ (въ 19 комнату) приносилось въ жестяномъ кувшин?, изъ котораго мы умывались, и мы никогда не знали, вылилъ ли нашъ весьма нетребовательный деньщикъ-румынъ остатокъ сырой воды, или р?шилъ, что качество и вкусъ этого «кофе» нисколько не пострадаютъ отъ присутствія ея.
Условія жизни въ другихъ офицерскихъ лагеряхъ были не лучше Штральзунда-Денгольма. Вотъ, напр., точныя цифровыя данныя, переданныя мн? докторомъ Ильей Ивановичемъ Холоднымъ, жившимъ въ офицерскомъ лагер?, расположенномъ въ форт? Гаргастъ, кр?пости Кюстринъ.
Число бол?вшихъ въ этомъ лагер? офицеровъ съ конца 1914 г. по октябрь 1915 г. было 411 чел:, а пос?щеній было 1496. Съ октября 1915 г. по декабрь 1916 г. больныхъ было 410 офицеровъ и пос?щеній они сд?лали 5070.
Таблица числа продуктовъ, полученныхъ на офицерской кухн? въ этомъ лагер? за м?сяцъ, по расчету на одного челов?ка. Количество выражено въ килограммахъ.
Мн? былъ переданъ документъ, рисующій жизнь въ лагер? «Бадъ-Кольбергъ». Онъ составленъ офицерами, жившими въ этомъ лагер?, и подписанъ однимъ изъ генераловъ. Вотъ копія его:
«1) Два офицера зд?шней, лагерной «Бадъ-Кольберга» администраціи выд?ляются своимъ оскорбительнымъ отношеніемъ къ военнопл?ннымъ: маіоръ Вальтеръ и лейтенантъ Беецъ. Первый позволяетъ себ? по всякому незначительному поводу кричать на офицеровъ и д?лать имъ зам?чанія въ самой р?зкой форм? (былъ случай его неистоваго крика на командира корпуса генерала Мартоса), а второй — Беецъ, всегда подчеркиваетъ свое пренебреженіе къ военнопл?ннымъ, чему среди многихъ другихъ яркихъ прим?ровъ можетъ служить его поступокъ съ пр. Кузнецовымъ: этотъ офицеръ долженъ былъ ?хать въ судъ въ гор. Кобургъ, куда тоже былъ вызванъ и Беецъ. Но такъ какъ Кузнецовъ сильно раненъ въ ногу, то н?мецкимъ военнымъ врачемъ было ему выдано удостов?реніе на про?здъ въ Кобургъ въ экипаж?, но, несмотря на это и на то, что въ экипаж? было м?сто, Беецъ посадилъ его на козлы, а въ экипажъ усадилъ н?мецкаго солдата, и такъ Кузнецовъ совершилъ по?здку въ Кобургъ и обратно (36 километровъ).
2) Изъ лагеря сб?жали 2 офицера — прапорщики Каплинъ и Антоновъ; черезъ 10 дней были пойманы двумя солдатами 12-п?хотнаго баварскаго полка, входившими въ составъ команды въ лагерь Клостердорфъ-Дейнингенъ. Хотя при задержаніи офицеры не оказали сопротивленія, т?мъ не мен?е солдаты своими тесаками нанесли имъ много побоевъ и ранъ. Антонову была нанесена тяжелая рана въ голову, парализовавшая д?ятельность шеи, а Каплинъ получилъ 4 раны въ голову, ему была разс?чена губа и порублена кистъ руки. Окровавленныхъ, ослаб?вшихъ солдаты повели въ Дейнигенъ, заставляя ихъ все время держать руки поднятыми вверхъ (на разстояніи около 3 километровъ) и если офицеры отъ изнеможенія опускали руки, то солдаты побоями вновь заставляли ихъ поднимать. Когда ихъ привели въ караульное пом?щеніе Дейнингена, то, какъ упомянутые два солдата, такъ и другіе караульные чины еще около полчаса продолжали изд?ваться, не подавая медицинской помощи, и только спустя не мен?е получаса французомъ-санитаромъ была сд?лана перевязка. Отправленные зат?мъ въ госпиталь, они пробыли тамъ 3 нед?ли. При возвращеніи ихъ въ Кольбергъ, въ пути съ Антоновымъ происходили конвульсивные припадки. Конвоирующій ихъ солдатъ зд?шней кольбергской команды Шварцъ билъ Антонова по лицу; то же самое онъ съ нимъ прод?лалъ и на вокзал? въ Бамберг? въ присутствіи публики, когда и тамъ съ Антоновымъ случился припадокъ. Кром? того Шварцъ заставилъ Антонова нести на себ? часть пути съ вокзала свой вещевой м?шокъ. Приведенные въ Кольбергъ, они были немедленно посажены въ полутемный сырой подвалъ, (карцеръ для офицеровъ), несмотря на явные признаки ихъ бол?зненнаго состоянія имъ въ теченіи н?сколькихъ дней не подавали медицинской помощи и только посл? заявленія нашего командира корпуса, генерала Мартоса коменданту лагеря, къ нимъ былъ посланъ н?мецкій врачъ. Русскій врачъ, им?вшійся въ лагер?, къ нимъ не допускался. Сл?дствіе о ихъ поб?г?, веденное лейтенантомъ Беецъ, им?ло характеръ сплошного изд?вательства. Заявленіе ихъ въ комендатуру обо всемъ, что съ ними творили, оставлено безъ всякаго посл?дствія. Заявленіе по тому же поводу на имя испанскаго посольства отправлено не было, хотя намъ заявили, что по н?мецкимъ военнымъ законамъ поб?гъ наказывается арестомъ на 14 дней, но упомянутые офицеры сид?ли подъ арестомъ 24 дня и на дняхъ (7 іюля) по р?шенію суда въ Кобург?, присуждены еще къ «комнатному аресту» на 4 нед?ли.
3) Отъ военно-пл?нныхъ офицеровъ требуютъ отданія чести, а между т?мъ маіоръ В. и лейтенантъ В. зачастую не отв?чаютъ на прив?тствіе даже генераловъ. Входя въ фельдфебельскую канцелярію расписываться (вм?сто личной пов?рки) генералы часто застаютъ тамъ маіора В. и иногда лейтенанта В., которые на отдаваемую имъ честь не отв?чаютъ и продолжаютъ сид?ть, а 6-го іюля былъ такой случай, что В. наполовину заслонялъ собою входъ въ канцелярію и видя входящихъ туда Мартоса и Лагунова, по-видимому, умышленно не посторонился, и генераламъ пришлось бокомъ прол?зать въ пом?щеніе.
4) При утренней пов?рк?, для которой выстраиваются штабъ и оберъ-офицеры, н?мецкимъ фельдфебелемъ или зам?няющимъ его солдатомъ подается команда «смирно» при проход? ротнаго командира. Та же команда при вечерней перекличк?, при обход? по комнатамъ.
5) Былъ случай, когда двухъ офицеровъ — поруч. Шмарыго и Судака н?мецкіе солдаты безъ всякаго повода съ ихъ стороны столкнули съ л?стницы ударомъ прикладовъ.
6) Несмотря на перестановку часовъ въ Германіи на 1 часъ впередъ, офицеры должны вставать въ 7 час. утра, а ложиться: генералъ и штабъ-офицеры въ 11 час., а оберъ-офицеры — въ 10 час. Одновременно съ этимъ огонь долженъ тушиться; даже собственныя св?чи не разр?шены. Контроль возложенъ на караульныхъ солдатъ, которые прод?лываютъ это грубо и безцеремонно.
7) По прибытіи въ лагерь офицеровъ, не только до мельчайшихъ подробностей осматриваютъ ихъ багажъ, но обшариваютъ ихъ карманы, снимаютъ сапоги, носки и тутъ не обходится безъ глумленія. Напр., бывшій адъютантъ коменданта, обшаривая карманы генерала Мартоса, вытащилъ рецептъ и вертя имъ передъ носомъ генерала, приговаривалъ: «А это вамъ не надо?».
8) Въ число наказаній включено запрещеніе курить, а нижнимъ чинамъ выдумано особое наказаніе — спать на голомъ песк? на площадк? противъ курзала, что им?ло м?сто подрядъ дв? ночи 12 и 13 іюля для 24-хъ деныциковъ.
9) Былъ случай съ генераломъ Лагуновымъ, когда маіоръ Бодисъ, оставшись недовольнымъ содержаніемъ открытки супруги генерала, порвалъ ее со злости въ клочки въ присутствіи генерала Хольмсена.
10) Во время церковнаго богослуженія н?мецкіе солдаты проходятъ по пом?щенію, гд? происходитъ богослуженіе, въ фуражкахъ и курятъ. Вообще отношеніе къ пл?ннымъ администраціи лагеря Кольбергъ, а въ особенности маіора Вальтера и лейтенанта Беецъ, по своей возмутительности превосходятъ другіе н?мецкіе лагери. По этому поводу генераломъ Мартосомъ была заявлена жалоба прі?зжавшему въ лагерь великому герцогу Максу баденскому, но посл? этого отношенія не только не улучшились, а еще ухудшились.
11) Просьбы какъ о вызов? кого либо изъ членовъ испанскаго посольства, такъ и объ отправк? послу нашихъ заявленій комендатурою. не исполняется, хотя на это и существуетъ разр?шеніе н?мецкаго. министерства.
12) За 10 м?сяцевъ въ Кольбергъ прі?халъ одинъ разъ представитель посла — испанскій военный агентъ, объявивъ что мы можемъ подать ему всякаго рода заявленія, а когда это сд?лали, то онъ передалъ ихъ въ комендатуру и посл?дствіемъ были репрессіи: генерала Бобыря и н?сколькихъ шт. и об. оф. перевели въ лагери, запретили зажигать огонь раньше 6 часовъ, тогда какъ темн?ло уже въ 5 час. По сравненію съ заботами американскаго посла объ англичанахъ д?ятельность испанскаго посольства по-отношенію насъ равна нулю.