Чтение онлайн

13) Денежные переводы, пересылаемые черезъ Швецію въ германскихъ маркахъ выдаются зд?шней администраціей въ значительно уменьшенномъ разм?р? противъ цифръ обозначенныхъ въ переводномъ бланк?: вм?сто 147 марокъ 69 пф. выдавали 87,60. Вм?сто 30 марокъ — 17,50. Вм?сто 14 марокъ — 8,75 и такъ всегда.

14) Нер?дко происходили совершенно необъяснимые перерывы въ письмахъ иногда до 2-хъ м?сяцевъ, какъ идущихъ въ Россію — такъ и оттуда.

15) Зам?чается большая пропажа посылокъ, причемъ не въ то время, когда въ Берлин? сожгли бол?е 3.000 русскихъ посылокъ испорченныхъ отъ дороги въ Финляндіи. Продолжаютъ попадаться посылки обокраденныя. Въ бытность лейтен. Беетца зав?дующимъ лагерной почтой былъ съ его стороны такой дерзкій поступокъ; генералъ-лейт. Абрамову пришлось получать посылку; явившись всл?дъ за посл?днимъ получавшимъ, почта еще д?йствовала, Беетцъ приказалъ посылку не выдавать, а выдать, какъ въ наказаніе за опаздываніе, черезъ три дня, несмотря на заявленіе генерала Абрамова, что онъ по предписанію н?мецкаго врача долженъ былъ брать ванну и потому раньше придти не могъ.

16) Раньше разр?шалось писать и посылать деньги въ солдатскіе лагеря, теперь комендантъ запретилъ.

17) Прогулки вн? проволоки не производятся, такъ какъ мы отказались дать честное слово, что не уб?жимъ; м?сто для прогулокъ въ черт? лагеря слишкомъ мало.

18) 1-го іюля при выдач? намъ содержанія удержали съ генераловъ и штабъ-офицеровъ по 40 марокъ, а съ оберъ-офицеровъ по 20 марокъ, за постельную принадлежность и комнатную обстановку; оц?нка стоимости этихъ предметовъ не сд?лана, а комнатная обстановка такова: 2 небольшихъ деревянныхъ стола, одинъ изъ нихъ для умыванія, деревянныя стулья по числу живущихъ въ комнат?, в?шалка съ ящикомъ надъ нею, небольшое ст?нное зеркало, жел?зный кувшинъ для воды и небольшіе эмалированные тазы для умыванія по числу живущихъ. Графинъ для воды и стаканъ къ нему. Ведро для грязной воды и металлическая плевательница. Вся мебель простой топорной работы, некрашеная. Постельныя принадлежности: матрацъ и подушка изъ грубаго холста набитые мелкими древесными стружками, одна б?лая простыня изъ грубаго холста, два плохого качества од?яла, вкладывающіяся какъ и подушка въ грубый тиковый м?шокъ. Такъ называемое постельное б?лье м?няютъ разъ въ шесть нед?ль.

19) Осв?щеніе электрическое, но лампочка подъ самымъ потолкомъ, читать невозможно, притомъ же св?тъ мерцающій. Лампочки плохого качества и по этому заведены на свои средства почти вс?ми офицерами новыя.

20) Об?дъ и ужинъ: одна марка 85 пф. въ день, хл?бъ и кофе за особую плату. Об?дъ изъ двухъ блюдъ: на первое супъ безъ всякаго признака жировыхъ веществъ, мяса и зелени (вода горячая, а не супъ), 2-е —5/8 ф. мяса въ нед?лю на челов?ка, рыба не бол?е двухъ разъ въ нед?лю. Къ этому всегда картошка на в?съ и нечищенная. Ихъ приходится 5–6 штукъ, изъ которыхъ только одна бол?е или мен?е годная, остальныя гнилыя, проросшія. Очень р?дко салатъ съ уксусомъ или капуста; 2–3 раза мясо и рыба зам?няется ч?мъ то, что слыветъ у. насъ подъ названіемъ «галушекъ» изъ сырого т?ста, которыхъ ?сть невозможно. Ужинъ: одно блюдо изъ каши, вм?сто которой давали или затхлые макароны или селедки съ гнилой картошкой. Иногда грубый м?стный сыръ, Качество об?да и ужина вообще ниже всякой критики. Мясо постное и его всего 5/8 ф. въ нед?лю на челов?ка. Рыба соленая, зачастую не св?жая съ дурнымъ запахомъ и въ виду многихъ посл? нея забол?ваній, большинство офицеровъ не ?ли ея, предпочитая голодать. Картофель старая, проросшая, гнилая. Сыръ иногда бывалъ съ червями. Такое совершенно неудовлетворительное питаніе, влекущее за собой постоянное ощущеніе голода заставляетъ пл?нныхъ тратить посл?дніе гроши на покупку съ?стного, да и то это весьма р?дкіе моменты, когда что нибудь съ?стное попадается въ продаж? въ лавочк?. Страннымъ при этомъ кажется, что поваръ за очень высокую плату временами отпускаетъ чуть ли не половин? столующихся и молодую картофель и спаржу и цв?тную капусту и даже хорошую рыбу.

21) 4-го іюля по распоряженію н?мецкаго Министерства мясо уменьшили съ 600 на 250 граммъ въ нед?лю на челов?ка. Плата за столъ та же.

22) Офицеры разм?щены т?сно, даже генералы по два въ комнат?, разм?ромъ 5–6 шаговъ; только генералъ Мартосъ живетъ въ такой же комнат? одинъ, но рядомъ съ клозетомъ для всего барака.

23) Хотя въ общей столовой и выв?шенъ въ посл?днее время прейсъ-курантъ на товары въ лавочк?, но практическаго назначенія онъ не им?етъ, т. к. предметы на которые назначена сравнительно сходная ц?на, — фактически отсутствуютъ, а взам?нъ ихъ въ лавк? царитъ полный произволъ безусловно недобросов?стныхъ продавцовъ, т. к. за одинъ и отъ же предметъ; но купленный у разныхъ приказчиковъ, платятъ разныя ц?ны. Качество всего продаваемаго далеко ниже удовлетворительнаго.

24) Б?лаго хл?ба, чего либо мяснаго, масла, сала, сахару въ лавочк? н?тъ. Выписать же ихъ изъ нейтральныхъ странъ комендантъ запрещаетъ, хотя въ лагеряхъ Крейфельдъ, Гютерслоу, выписывать разр?шаютъ.

25) Выписывать различныя вещи изъ н?мецкихъ магазиновъ и фабрикъ разр?шается не непосредственно, а обязательно черезъ лавочку, что удорожаетъ стоимость выписанныхъ вещей (деревянная коробка для выр?зыванія въ магазин? стоитъ 1 марка 95 пфен., черезъ лавку — 3 марки 50 пф. и такъ на всемъ).

26) Деньщики назначаются на 2–3 комнаты одинъ, иначе на 6 челов?къ, не исключая и генераловъ, и постоянно посылаются на хозяйственныя работы по лагерю.

27) Околодокъ пом?щается надъ лавкой, н?мецкой кантиной и машиннымъ отд?леніемъ, почему в?чный шумъ и стукъ электрической машины.

28) Пища деньщиковъ ниже всякой критики.

29) До св?д?нія многихъ изъ насъ дошло, что нашихъ нижнихъ чиновъ принуждаютъ работать въ окопахъ и на фабрикахъ снарядовъ. Въ лагеряхъ Невгамеръ и Ламсдорфъ солдатамъ въ наказаніе не выдаютъ писемъ. 30 іюня — 13 іюля 1916 года».

Медицинская часть въ офицерскихъ лагеряхъ была поставлена весьма неудовлетворительно. Это видно изъ приведенныхъ мною выше показаній моихъ товарищей, а равно и изъ сл?дующихъ фактовъ: въ лагер? Штральзундъ существовалъ околотокъ, которымъ зав?дывалъ русскій врачъ д-ръ Грацинскій, но онъ находился въ полномъ подчиненіи у н?мецкихъ врачей, которые парализовали всякую его д?ятельность. Несмотря на все его желаніе оказать какую бы то ни было помощь больнымъ офицерамъ, н?мецкіе врачи, не считаясь, съ его мн?ніемъ, д?лали всегда такъ, какъ имъ хот?лось. Я уже говорилъ, что больному офицеру, чтобы освободиться отъ пов?рки, получить право не ходить въ конюшню об?дать, получить разр?шеніе купаться въ ванн? и за многими другими мелочами приходилось обращаться исключительно къ н?мецкимъ врачамъ, ибо, повторяю, свид?тельство д-ра Грацинскаго совершенно иногрировалось посл?дними. Въ околотк? распоряжался н?мецкій фельдшеръ, между прочимъ прекрасно влад?вшій русскимъ языкомъ, очень непріятный и нахальный господинъ. Онъ больше, занимался контрабандой и доставкой всевозможныхъ предметовъ изъ города, какъ то: сахарина, левулезы и др. зам?стителей сахара, котораго мы получали, какъ видно изъ приведенной выше таблицы, очень мало, а зат?мъ всевозможныхъ д?тскихъ кашъ: «нестле», «куфеке» и т. д., которыми мы подкармливали себя. Я не говорю уже о томъ, что это обходилось разъ въ пять дороже противъ рыночной ц?ны. Медикаментовъ же и перевязочнаго матеріала въ околотк? было крайне недостаточно. Я самъ тяжело забол?лъ, пролежавъ ц?лую нед?лю съ температурой 40 и выше и ничего кром? суррогата аспирина, такъ называемаго эрзацъ-аспирина, не могъ получить. Въ город? существовалъ лазаретъ, куда отвозили тяжело-больныхъ офицеровъ изъ лагеря, но по разсказамъ этихъ офицеровъ, это заведете можно было бы назвать ч?мъ угодно, но только не лазаретомъ. Такъ наприм?ръ, въ комнат? со мною вм?ст? жилъ одинъ прапорщикъ, онъ былъ тяжело раненъ съ раздробленіемъ л?вой бедряной кости въ верхней ея трети. Рана зажила, но зат?мъ открылся свищъ, изъ котораго сталъ выд?ляться гной. По моему сов?ту и посл? усиленныхъ хлопотъ д-ра Грацинскаго, его перевели въ лазаретъ для того, чтобы удалить очевидно им?вшійся секвестръ (омертв?вшую косточку). Онъ вернулся бол?е ч?мъ черезъ дв? нед?ли назадъ, при чемъ разсказывалъ мн?, что н?мецкіе врачи даже не осматривали его, а ограничились т?мъ, что приказали какому-то фельдшеру д?лать ему перевязки и этотъ фельдшеръ смазывалъ ему свищъ и кожу вокругъ свища іодомъ и завязывалъ. Врачъ н?мецкій за вс? эти дв? съ половиною нед?ли почти не заходилъ въ лазаретъ и больные предоставлены сами себ?. Такъ какъ за это «леченіе» съ офицеровъ-удерживается 2/3 получаемаго ими жалованія, то прапорщикъ нашелъ гораздо бол?е остроумнымъ получать полностью жалованіе и находиться въ нашемъ обществ?. Такъ какъ гной продолжалъ выд?ляться, то я р?шилъ приступить къ операціи тутъ же въ комнат? съ импровизированными инструментами. Я досталъ кусокъ проволоки, пинцетъ, ножъ, зубные щипцы, случайно сохранившіеся у одного изъ врачей, шприцъ и новокаинъ, приготовилъ всё это согласно правиламъ асептики и при первомъ же зондированіи на глубин? двухъ-трехъ сантиметровъ къ своему счастью и еще къ большему счастью больного натолкнулся на косточку, которую и удалилъ безъ всякаго труда, не расширяя даже свищевого хода. Свищъ посл? этого быстро закрылся. Ясно, что если бы н?мецкій врачъ, даже если бы онъ не былъ хирургъ, а просто челов?къ мало-мальски добросов?стно относящійся къ своему д?лу, попробовалъ бы прозондировать свищъ, то онъ не могъ бы не натолкнуться на эту самую косточку и съ такою же легкостью удалилъ бы ее простымъ пинцетомъ. Но этого не было сд?лано. Прапорщика продержали бол?е полум?сяца въ лазарет?, вычли у него изъ содержанія дв? трети и заставили его заплатить около 20 марокъ за пере?здъ его изъ лагеря въ городъ и обратно.

Въ лагер? Штральзунд? не только офицеры, но и мы, врачи, не им?ли права выходить за проволочный заборъ. Мы им?ли право гулять только внутри лагеря, н?мцы же на всякой свободной площадк? земли старались развести огородъ и главнымъ образомъ картофель, такъ что дорожки, по которымъ мы гуляли, проходили мимо этихъ маленькихъ картофельныхъ полей. Для удобренія почвы н?мцы обильно поливали эти огороды экскрементами изъ лагерныхъ клозетовъ, а потому вонь стояла невыносимая и намъ все время приходилось дышать этимъ отравленнымъ воздухомъ.

Весьма подробное, обстоятельное и интересное описаніе попаданія въ пл?нъ, всевозможныхъ мытарствъ по этапамъ и офицерскимъ лагерямъ я нашелъ въ рукописи вернувшагося изъ пл?на инвалида, командира 4-й батареи, 63 артиллерійской бригады, подполковника А. В. Лисынова. Привожу выдержки изъ этой рукописи.

Коснувшись условій паденія кр?пости Ново-Георгіевскъ, описавъ картину боевой обстановки, при которой самъ авторъ рукописи попалъ въ пл?нъ, весь израненный, онъ переходитъ дальше къ описанію траспортировки раненыхъ пл?нныхъ офицеровъ изъ кр?пости вглубь Германіи.

«Въ середин? сентября (1915 года) н?мцы объявили, что госпиталь кр?пости нуженъ имъ для своихъ раненыхъ, а насъ вс?хъ эвакуируютъ въ Германію. Насъ осмотр?лъ н?мецкій гарнизонный врачъ Зейфертъ. Когда я попросилъ его оставить меня въ госпитал?, пока рана моя не заживетъ и я н?сколько не окр?пну, онъ мн? отв?тилъ: «Васъ отправятъ въ германскій лазаретъ, гд? за вами будетъ отличный уходъ». Я выразилъ сомн?ніе. Онъ обид?лся и сказалъ: «Мы, н?мцы, народъ культурный и несчастіе у насъ вызываетъ только состраданіе. Могу васъ ув?рить, что васъ прямо отправятъ въ германскій лазаретъ, гд? за вами будетъ медицинскій уходъ гораздо лучше, ч?мъ зд?сь, а зат?мъ васъ, какъ почти сл?пого, в?роятно, скоро эвакуируютъ въ Россію».

«Мы выступили въ 10 час. утра, окруженные конвоемъ съ заряженными винтовками; эти конвойные должны были сопровождать насъ до м?ста, назначенія, а зат?мъ воспользоваться отпускомъ. Около 3 верстъ гнали насъ, раненыхъ и слабыхъ, п?шкомъ, усиленно подгоняя, такъ какъ запоздали. Дали только дв? повозки для т?хъ, кто совс?мъ не могъ идти п?шкомъ и подводы подъ нашъ немногочисленный багажъ. На вокзал? н?мецкій майоръ — комендантъ надъ военнопл?нными — подтвердилъ, что деньщики останутся при насъ, такъ какъ это полагается по закону. Черезъ н?сколько станцій вагоны съ ними отц?пили и куда ихъ отвезли, мы не знаемъ. Насъ посадили въ вагоны III класса по 8—10 челов?къ въ отд?леніе, — настолько т?сно, что не только лечь нельзя было, но и сид?ть было крайне мучительно. Вагоны заперли. Н?мцы — конвойные солдаты — ?хали во II класс?. Въ такомъ положеніи мы ?хали около 2 сутокъ, такъ какъ насъ повезли на Млаву, а зат?мъ по н?мецкимъ жел?знымъ дорогамъ вокругъ всей польской границы, очевидно, для показа. До поздняго вечера перваго дня мы даже не могли добиться получить глотокъ воды. Когда я попросилъ, чтобы перем?нили повязку пропитавшуюся гноемъ, то мн? объявили, что на германскихъ станціяхъ перевязочныхъ пунктовъ н?тъ. Только въ начал? ночи намъ сунули въ окно по грязной кружк? какого-то отвратительнаго супа, по буттерброду и по кружк? какихъ-то чернилъ, почему-то называвшихся чаемъ. На другой день, около полудня, насъ на одной станціи вывели подъ нав?съ, гд? на грубо сколоченныхъ изъ досокъ столахъ были разставлены миски съ такимъ отвратительнымъ хлебовомъ, что мы, несмотря, на голодъ, не могли заставить себя ?сть его. Когда одинъ изъ раненыхъ дерзнулъ зам?тить, что это врядъ ли подходящая пища для раненыхъ, т?мъ бол?е для офицеровъ, то н?мецъ-смотритель продовольственнаго пункта началъ грубо кричать, что мы лучшаго не заслужили. Насъ зат?мъ въ наказаніе тотчасъ же погнали обратно въ вагоны и запретили что-либо покупать у станціонныхъ продавцовъ. О перем?н? перевязокъ тоже слушать не хот?ли. Только къ ночи свели меня и еще одного раненаго въ какую-то караулку на одной изъ станцій, гд? мы и зам?нили гнойныя перевязки св?жими, благо сестра Н. А. Богомолецъ снабдила насъ перевязочными средствами. Утромъ 18-го сентября мы прі?хали въ Нейсе, въ небольшой городокъ въ Силезіи, въ верстахъ въ 20 отъ австрійской границы. Это старинная кр?пость, окруженная фортами устар?лаго типа съ кирпичными казематами. На этихъ фортахъ вновь прибывающихъ пл?нныхъ выдерживаютъ отъ 3 до 5 нед?ль якобы въ карантин?. Насъ повели, конечно, по середин? улицы и подъ конвоемъ черезъ городъ и поле на фортъ № 2. Пройти пришлось версты 4. Зд?сь насъ выстроили и комендантъ, майоръ Динтеръ, прочелъ намъ по-н?мецки р?чь, сущность которой сводилась къ тому, что мы теперь должны отказаться отъ всякихъ политическихъ уб?жденій, должны безпрекословно повиноваться коменданту, а также фельдфебелю и вс?мъ нижнимъ чинамъ, которые въ случа? неповиновенія или замедленія въ исполненіи приказанія, могутъ и должны пускать въ ходъ оружіе. Приказанія ихъ во всякомъ случа? должны быть исполнены, но допускается впосл?дствіи обжаловать ихъ. Вс? наличныя деньги должны быть сданы на книжку при чемъ германское правительство ручается за ихъ неприкосновенность. Для текущихъ расходовъ разр?шается періодически получать на руки суммы не свыше 60 марокъ, считая 1 марку 40 пфен. за 1 рубль. Офицеры чиномъ ниже капитана получаютъ на содержаніе 60 марокъ въ м?сяцъ: напитаны и выше — 100 мар. Изъ этихъ денегъ удерживается по 1 мар. 60 пфен. въ сутки за продовольствіе. Въ другихъ лагеряхъ еще нужно платить отд?льно за хл?бъ около 6 марокъ въ м?сяцъ, а въ н?которыхъ и отд?льно за ужинъ. За 1-й м?сяцъ пл?на никакого содержанія не выдается. Вс? офицеры чиномъ ниже капитана должны немедленно снять знаки офицерскаго званія — погоны и кокарды, и германское правительство не считаетъ ихъ им?ющими воинское званіе. Д?лается это въ вид? репрессій за, якобы, такія же м?ры, предпринятыя по отношенію къ германскимъ офицерамъ въ Россіи. 2 раза въ день — въ 9 час. утра и въ 5 час. вечера, а при надобности и чаще, — вс? должны строиться на пов?рку. Выходить изъ пом?щенія на прогулки разр?шается отъ утренней до вечерней пов?рки только во дворикъ форта. По поднимающимся на гребень валганга часовые будутъ стр?лять. Задержатъ на форту насъ отъ 3 до 5 нед?ль. Зд?сь должны очистить насъ отъ паразитовъ и сд?лать предохранительныя прививки оспы, холеры и тифа. Все, что зд?сь д?лается, д?лается исключительно въ забот? о нашемъ благ? и германское правительство очень хот?ло бы, чтобы ихъ пл?нные офицеры содержались въ Россіи точно такъ же, какъ содержатъ русскихъ въ Германіи. Зат?мъ комендантъ еще долго распространялся о необходимости пріучиться къ н?мецкой чистот? и порядку. Когда я заикнулся о томъ, что мн? и другимъ раненымъ необходимо немедленное отправленіе въ госпиталь для леченія нашихъ ранъ, комендантъ отв?тилъ, что зд?сь такими пустяками заниматься некогда. Зат?мъ намъ дали по кружк? кофе и по бутерброду, который мы им?ли наивность тутъ же съ?сть, — оказалось, что это порція хл?ба на весь день. Зат?мъ насъ подвергли обыску, записали разныя данныя о насъ въ опросные листы и по одиночк? повели въ пом?щеніе.