Чтение онлайн

– И никого не волновало, что семнадцатилетнюю девчонку бросили на произвол судьбы?

– Нет. Горожане распустили слухи, будто я воровала у Аластера деньги на наркотики. Как они пытались мне помочь, но лечение не сработало, они отчаялись и прочее.

Господи Иисусе.

– Самое безумное, что я по-прежнему хотела помириться с мамой, особенно после смерти Аластера. Она была моей мамой, понимаешь? Единственным родным человеком. Я позвонила ей, оставила голосовое сообщение и свой номер. Попросила перезвонить, потому что хотела поговорить. Но она так и не перезвонила. – Джулс крепче сжала кружку. – Это больно ударило по эго, и больше выйти на связь я не пыталась. Но если бы я преодолела собственную гордость…

– В общении всегда участвуют двое. – Часть моего гнева утихла, сменившись глубокой болью за маленькую девочку, которой просто хотелось материнской любви. – Она тоже могла с тобой связаться. Не будь к себе слишком строга.

Честно говоря, у меня сложилось не лучшее впечатление о ее матери, но я решил промолчать. О мертвых либо хорошо, либо никак, и все такое.

– Знаю, – вздохнула Джулс. Горе оставило на ее лбу крошечные бороздки, но она хотя бы перестала плакать. – В любом случае хватит о прошлом. Печальная тема. – Она толкнула мое колено своим. – Из тебя получился бы неплохой психолог.

Я чуть не расхохотался.

– Поверь, Рыжая. Из меня получился бы ужасный психолог. – Я не мог наладить собственную жизнь, что уж говорить о советах другим людям. – Просто мне приходилось работать с неблагополучными семьями, вот и все.

В дверь позвонили.

Я неохотно поднялся с дивана и вернулся с двумя большими бумажными пакетами.

– Утешительная еда, – объяснил я, вынимая контейнеры.

Макароны с сыром. Томатный суп. Чизкейк с соленой карамелью. Ее любимое.

– Я не голодная.

– Ешь. – Я подвинул к ней контейнер с супом. – Тебе еще понадобится энергия. И пей побольше воды, чтобы не было обезвоживания.

Джулс наградила меня легкой улыбкой.

– Настоящий врач.

– Приму за комплимент.

– Ты все принимаешь за комплимент.

– Разумеется. Не понимаю, зачем кому-то меня оскорблять. – Я открыл макароны с сыром. – Я очень милый.

– Обычно очень милым людям не приходится постоянно напоминать об этом всем окружающим.

Джулс сделала крошечный глоток супа и поставила его на стол.

– А я необычный.

Я проткнул вилкой кусок чизкейка и протянул ей. Секунду поколебавшись, она согласилась.

Некоторое время мы ели в дружеском молчании, а потом она сказала:

– Мне придется лететь в Огайо. На похороны. Но в субботу у меня выпускной, и нужно все организовать, а я еще даже не смотрела рейсы. Вряд ли они такие уж дорогие, верно? Но все так срочно. И нужно решить, где остановиться, и еще…

– Дыши, Рыжая. – Я положил руки ей на плечи. Она задышала чаще, взволнованно глядя на меня. – Вот что мы сделаем. Поужинаем, а потом ты примешь душ, а я поищу авиабилеты, отели и похоронные бюро. Как только определимся, разберемся с деталями. И ты не полетишь в Огайо до выпускного. Ты провела на юридическом факультете три адских года, и ты пройдешь по чертовой сцене. Понятно?

Джулс кивнула, слишком ошеломленная, чтобы спорить.

– Хорошо. – Я протянул ей остатки чизкейка. – Ешь. Для меня это дерьмо слишком сладкое.

Когда мы поели, она отправилась в душ, а я продумал логистику поездки. К счастью, авиабилеты в Огайо оказались недорогими, а в Уиттлсбурге было всего две приличных гостиницы, пять отелей типа «ночлег и завтрак» и несколько невзрачных мотелей – выбор невелик. «Гугл» помог отыскать похоронное бюро с хорошими отзывами и разумными ценами.

Когда Джулс вышла из ванной, я уже закончил. Она бегло проглядела варианты и все забронировала.

– Спасибо. – Она села на мою кровать и провела рукой по волосам – по-прежнему потрясенная, но уже чуть бодрее, чем раньше. – Ты не обязан был… – Она указала на компьютер.

– Знаю, но это лучше, чем в десятый раз смотреть какое-нибудь дерьмо по телевизору.

Джулс фыркнула. Ее взгляд упал на открытый чемодан, и глаза округлились.

– Погоди, твоя поездка в Новую Зеландию. Я забыла…

– Только на следующей неделе. Я уезжаю в понедельник.

Мне почему-то стало не по себе. Я так предвкушал Новую Зеландию, но теперь по какой-то причине энтузиазм угас.

– Будет здорово. – Джулс зевнула. На ней была моя старая футболка с логотипом Тайера, а влажные волосы темно-красными волнами спадали на плечи.

Из всех моих любимых зрелищ – памятник Вашингтону на рассвете, краски осенних листьев в Новой Англии, прекрасный вид на океан и джунгли в конце долгого похода по Бразилии – Джулс в моей футболке определенно занимала первое место.

– Отдохни немного, – хрипло сказал я, смущенный странным теплом, разливающимся в груди. – Уже поздно, и у тебя был долгий день.

– Дедушка, еще только девять. – Она снова зевнула.

– Да? Это не я тут клюю носом.

Я закрыл ноутбук и выключил весь свет, кроме прикроватной лампы.

– В кровать. Сейчас же.

– Ты такой властный. Клянусь… – Зевок. – Я не знаю, как… – Зевок. – Люди терпят…

Сонное ворчание Джулс становилось с каждым словом все мягче, и наконец она закрыла глаза.

Я уложил ее под одеяло, стараясь касаться нежно, чтобы не разбудить. Ее кожа казалась бледнее обычного, а кончик носа и глаза слегка покраснели, но она уснула, препираясь со мной. Самый верный признак того, что ей уже лучше.

Я выключил оставшийся свет и забрался к ней в кровать.

Разговор со свадьбы Бриджит так и остался незавершенным. Сохранилась ли наша первоначальная договоренность или трансформировалась во что-то другое? Я понятия не имел. Я не понимал, кто мы друг другу и что происходит. Я не знал, что думает Джулс.

Но мы разберемся со всем этим позже.

Я обнял ее за талию, прижал к груди, и впервые с момента нашей договоренности мы уснули вместе.

Глава 35

Джулс

Дни после смерти мамы пролетели в суматохе. Когда я проснулась на следующее утро, Джош уже ушел на работу, но на кухне меня ждал завтрак и записка с пошаговыми инструкциями. В какое похоронное бюро позвонить, какие задать вопросы, что взять в поездку.

Это помогло лучше любых словесных банальностей.

Я выполняла пункты один за другим, словно робот. И ничего не чувствовала. Словно я явилась к Джошу, исчерпала все эмоции, и теперь они иссякли.

Не знаю, что заставило меня обратиться к Джошу, несмотря на столь сложные отношения, но именно он первым пришел на ум, когда я пыталась понять, что делать.