Чтение онлайн

Быть может мы никогда так и не узнаем истинной причины постигшего эти земли несчастья — скажу все равно. Вдруг это однажды пригодится: ни метод противоположностей, ни удаление узлов, в чем я изрядно поднаторел — не помогли несчастным. Надеюсь, что я хотя бы смог облегчить для многих неизбежное.

Вряд ли мы еще встретимся — искания уводят меня все дальше от Саиса. Однако, я запомнил — «завтрашний день никому не ведом». На все воля богов!

Демокед»

Отложив свиток Уджагорреснет потянулся, прогоняя сон. Та-Сети… как давно это, кажется, было. Столько событий, столько перемен…

Внезапная суета внизу отвлекла Верховного Жреца от воспоминаний. Послышались суетливые шаги слуг и громкий топот, сопровождаемый звоном металла. Ни мгновения ни сомневаясь в источнике этих чужеродных звуков, Уджагорреснет понял — гость все же пришел.

— Падение высокого дерева производит больше шума, чем рост целого леса — не так ли? — с усмешкой и без предисловий пробасил Фанес, вскоре появившись в проходе.

Командир греческих наемников шагнул внутрь кабинета и свет масляных светильников выхватил его мужественное, широкое лицо бывалого солдата. Указав на свободное кресло, Уджагорреснет дождался, пока грохоча снаряжением воин наконец усядется.

— Шум стихнет совсем скоро. А вот лес… лес болен, Фанес. Деревья Египта гниют изнутри. И иногда пожар — единственный способ дать жизнь новым побегам.

От неожиданности Фанес выпрямился и изучающе уставился на лицо Верховного Жреца, пытаясь понять, верно ли услышал.

— Прежде ты всегда был аккуратен в своих речах жрец — ответил Фанес тише — признаюсь, я удивлен…

На лице Уджагорреснета нельзя было прочесть ничего. Его взгляд казался лишенным всяких эмоций, словно у глядящих в вечность статуй.

— Аккуратность — основа любого ремесла — возразил Верховный Жрец. — Будь то медицина, исполнение ритуалов в храме, командование или… оценка ситуации. Я знаю, Фанес, хотя твои манеры оставляют желать лучшего — ты хороший стратег. Как и я ты не можешь не видеть, что Псамметих ведёт страну к пропасти.

Фанес молчал, удивленно вскинув брови и вертя в руке какую-то отполированную монету. Отражая тусклый свет лампы, время от времени она блестела в его пальцах, словно кусок горного хрусталя.

— Договор с Поликратом будет возобновлен — ты понимаешь, что это значит? — спросил Уджагорреснет.

— Это не мое дело — пожал плечами Фанес — к чему ты заговорил о нем?

— Исправно ли платил тебе и твоим людям Амасис, когда этот договор был заключен впервые?

Глаза Фанеса сузились — он заинтересованно взглянул на жреца, спрятав монету.

— В тот год мы получили меньше — намного меньше обещанного — согласился Фанес, подаваясь телом вперед. — Но уже на следующий — фараон расщедрился и все возместил, так что не считается! — он хмыкнул и резко откинулся назад, едва не перевернув кресло тяжестью мускулистого тела.

— А поверишь ли ты, Фанес, что это произойдет вновь, если узнаешь, что Саис скоро перестанет быть столицей Обеих Земель? — улыбаясь подхватил Уджагорреснет.

— Перестанет? Что ты несешь? — грубо удивился воин.

— Столица переносится в Мемфис — я слышал это собственными ушами в тот день, когда ты указал мне, что паланкин мой стал меньше. — Насмешливо продолжал Уджагорреснет. — Скажи, Фанес, много ли доходов приносят тебе земли Саиса, что многие годы дарил тебе фараон? Много ли они станут приносить доходов, если сын богов и все вельможи взойдут на корабли и отправятся вверх по течению? Быть может и твоему паланкину пришел черед стать скромнее…?

Лицо Фанеса помрачнело. В годы, когда казна не могла найти достаточно дебенов на кормление все растущей громады греческих наемников, Амасис находил выход из положения. Медленно, но неуклонно сокращая земли жрецов и храмов, он переписывал их на «Великий Дом», с трудом, но наскребая необходимое из собственных владений, чтобы раздать грекам.

— Это дурные шутки жрец — взволнованно ответил наконец Фанес, прекрасно зная, что юмор не был сильной стороной Уджагорреснета. — Ни мне ни моим людям они не понравятся…

— Как ты знаешь, еще недавно я был Верховным Казначеем — туманно продолжал жрец, — скажи, Фанес, если на миг задуматься, кто знает о делах казны больше, чем я? — он лукаво взглянул на грека.

Несколько мгновений Фанес молчал, тщательно продумывая, как ответить.

— Я солдат — наконец отчеканил он. — Мне платят — я держу строй и того же требую от своих людей. И мне наплевать, кто платит. Признаюсь, Амасис мне не нравился. Отпрыск его пока не кажется щедрее, да и больно уж заносчивый он — смотрит на меня как на грязного пса. От Амасиса уважения было поболее. Но если платить перестанут… — Фанес выждал небольшую паузу — нам с парнями придётся искать других плательщиков… Я не за тем много лет жарюсь тут, чтобы вернуться в Галикарнас не богаче тамошнего торговца! — Фанес злобно огрызнулся. — Давай без этих премудростей, жрец — мне плевать, кто и о чем из придворных знает лучше, так что говори все как есть!

— Как тебе будет угодно — Уджагорреснет холодно улыбнулся и развел руками. Ответ Фанеса превзошел лучшие его ожидания. — Казна Псамметиха почти пуста — продолжил он. — Доходы с номов год за годом падают, а жрецы прячут оставшееся, проклиная узурпаторов за грабеж. Но есть другой, новый владыка, что обещает самую выгодную сделку прямо сейчас…

На несколько мгновений в кабинете повисла тишина, но уже скоро на лице Фанеса мелькнула догадка.

— Ты о Камбисе?

— Да, я говорю о владыке персов — согласился Уджагорреснет — но только у него есть проблема — легитимность. Война за захват территорий — дорогая и грязная. Но вот война под благородным предлогом — как месть за оскорбление царской чести, например — это уже совсем другое дело… — Верховный Жрец таинственно улыбнулся.

Глаза Фанеса сузились. Судорожно грек силился понять, говорит с ним оскорбленный царедворец, которого лишили лучших должностей, или же все это дурной спектакль, чтобы проверить его верность.

— О чем ты? — осторожно уточнил он.

— Амасис обманул Камбиса! — Холодно и четко ответил Уджагорреснет — Несколько лет назад царь персов грозил войной и просил руки его дочери, чтобы скрепить их временный мир. Но Амасис оказался умнее — хохотнул Верховный Жрец — дряхлое сердце старика не снесло бы мук разлуки с любимой дочкой, так что он храбро отправил к нему свое наследство от Априя. Ты не знал?

Фанес молчал, внимательно слушая.

— Не знаю как у вас, греков, но для Камбиса подобная правда стала бы тяжелым оскорблением. Нет — даже плевком ему в лицо — бодро продолжал Уджагорреснет. — Так что письмо с доказательствами, что дадут ему не только повод вторгнуться в наши земли, но и в глазах всего мира сделают супругом дочери последнего истинного фараона саисской династии… Ты ведь не хуже меня знаешь, как Амасис достиг власти, не так ли? —улыбался Уджагорреснет.

Фанес потрясенно молчал.