Чтение онлайн

— Да, это группа «Гости из будущего», — засмеялась Юна.

— Вот, видишь. Дай нормально лоб посмотреть, — он положил ладонь ей на лоб. — Нет температуры, ну ещё придут, померяют, конечно. Всё с тобой в порядке будет.

— А что мы будем делать, ну, если всё-таки тест…

— Юна, давай всё по порядку, хорошо? Час за часом и день за днём. Сначала хорошо бы выйти из больницы здоровыми и дообследованными, а то ты прямо «и жить торопится, и чувствовать спешит», — он снова поцеловал её в лоб. — Хочешь, посижу, пока ты засыпаешь? Поспишь, пока не покормят?

— Да нет, зачем, идите к себе в палату, может, тоже поспите?

— Я не хочу пока, обморок-то не у меня был, — он взял её руку в свои. — Ну всё, давай, постарайся уснуть.

— Как звали вашу дочь, Всеволод Филиппович?

— Марина, — помолчав, откликнулся профессор. — Марина Всеволодовна Петрова. Моя волшебная Мариночка…

Юна попробовала сосредоточиться на его руках, которые ласково сжимали её кисть, — и заснула быстрее, чем рассчитывала.

Назавтра Петров снова появился у неё в палате; от Юны не укрылось, что медсёстры и врачи смотрели на них странно после того, как эти двое сдали тест на родство, — но Петрова, похоже, это нисколько не волновало. Шатаясь от слабости — или оттого, что целые сутки пролежала и слишком много спала — Юна вышла с ним прогуляться по коридору; она сказала:

— Просто не верю, что это происходит на самом деле. Живу, как в каком-то сне. И когда результаты?

— Через два-три дня. Я для верности заказал проверку в двух лабораториях, потому что мы с тобой такие… что всё подвергаем сомнению. Не так ли?

— Даже если вы проверите в ста лабораториях, я всё равно буду сомневаться. Понимаете, мои родители… или, во всяком случае, те, кого я считала таковыми… я им нахрен не сдалась. Они меня никогда не любили. Вы бы стали воровать вещь, которая вам не нужна?

Петров с усмешкой поцеловал её в лоб — то, к чему Юна уже привыкла за минувшие сутки и от чего была в тайном восторге:

— Милая дурочка. Мир не так логично выстроен, как тебе хотелось бы думать.

— Неудивительно, что вы изучаете звёзды. Феликс недаром сказал, что вы и сами как солнце. Способны согреть своим теплом.

— Он что, серьёзно так сказал? — переспросил Петров, недоверчиво улыбаясь.

— Да. Только он забыл предупредить, что к солнцу лучше не приближаться — спалит. Поверить не могу, что вы — мой отец…

— А чего так?

— Ну… вы же один из самых авторитетных физиков современности, — в страхе вскинула на него глаза Юна.

— Да не пугайся ты. Это просто потому, что у меня не было тебя, — грустно пошутил Петров. — Вот была бы ты — я бы занимался дочкой. А так… пришлось заниматься Черенковскими телескопами. Что ж поделать…

Глава 9. Грубый отец в истерике

Я рядом с Тихим океаном,

И мечты все сбылись, ничего не ищу!

Былое кажется обманом,

Мне никак не понять: почему я грущу?

(Жиль Синклер, «Санта-Барбара», 1985)

Юна сидела оглушённая, снова и снова пересматривая результаты теста. Клиника прислала результаты на её адрес и заботливо продублировала на электронную почту. Он её отец? На 99,9999 процентов. А на 0,0001? Что означает такой результат? Может быть, всё-таки не отец? Рука с бумагой поднималась к глазам и опускалась, пока чёртов тест не выскользнул из ослабевших пальцев. Что всё это значит? Как так получилось? Что делать теперь?

Зазвонил мобильный; Юна не удивилась, услышав в трубке несколько ехидное:

— Ну что, результаты доставили… доченька?

— Может быть, это ошибка? — быстро сказала Юна. Сердце колотилось.

— Приезжай — разберёмся, — не слишком дружелюбно процедил Петров. Девушка не поняла, на кого он на сей раз разгневан: на неё или на ситуацию. Его лицо было таким же угрюмым, как обычно. Может быть, даже ещё угрюмее.

— Включи своё видео, — потребовал мужчина. Юна, помедлив, послушалась. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

— Приехать прямо сейчас к вам на Роял Мэдоу роуд?

— Нет! — саркастически воскликнул Петров. — Давай ещё двадцать четыре года подождём!

— Я приеду, приеду. Надо же. Чувства на этот раз не подвели…

— Ты… чувствовала что-то. Верно?

— Конечно. Мне почему-то захотелось о вас всё узнать — сразу, как профессор Петров вошёл в аудиторию. Ведь на вашем факультете у всех от мала до велика кровь в жилах стынет от одного вашего вида.

— Зато от одного твоего вида кровь в жилах у всех от мала до велика быстрее бежит. Не замечала?

— Это не так, — слабо улыбнулась Юна. — Иначе я не была бы…

Она хотела сказать — «такой одинокой»; но поняла, что не может это вымолвить, и сменила тему:

— Я знала, где вы живёте, ещё до того, как впервые у вас оказалась. В интернете нашла информацию в базе данных. Я в гугл-картах посмотрела и удивилась, что дома даже не видно. Ни с дороги, ни со стороны соседей. Indeed, you are a privacy enthusiast.

— Это было моим основным условием при покупке. Я хотел закрыться ото всех.

— Я, как всегда, от бульвара Вествуд на семьсот шестьдесят первом автобусе доеду до галереи Шерман Оукс. А дальше пешком двадцать минут вернусь назад по бульвару Сепульведа и пять минут в гору. Итого ждите через час-полтора — как с автобусами повезёт.

— Гляди-ка. Может, и впрямь в тесте ошибка? Откуда же у меня родиться такой дурочке? Я тебе такси вызову, и будешь у меня прямвотщас.

— Я боюсь одна ездить в такси.

— Согласен, — недовольно пробормотал Петров. Интересно. Юна думала, он станет ее ругать и стыдить, как все эти два месяца. — Да, мне тоже не нравится идея такси после всего… скажем так, пережитого. Я стал параноиком.

— Может быть, вам проще ко мне в Вествуд приехать?

— Во-первых, я на днях пил, мне не стоит садиться за руль и выезжать на крупные магистрали типа Сепульведы и Сансет. Здесь с этим строго, это тебе не Россия. Во-вторых, вызывать такси я не хочу. Я вообще никого видеть сейчас не хочу, боюсь свернуть таксисту шею и сесть за решётку.

— Вы снова в бешенстве?

— А как ты думаешь, Юна? Просто прыгаю к потолку.

— Хорошо, я подъеду на автобусе, — сдалась Юна. — Привезти вам еды? Вы, наверное, не ели ничего?