Чтение онлайн

"Не думаете ли вы, что сама я верю в миф... в легенду об исчезнувшем герое, которого нет больше на земле людей... пытаюсь найти дорогу, которую он проложил сюда, где никто не спрашивает о подробностях, и все миражи сливаются в одну огромную недостижимую мечту".

Она очнулась от своих мыслей и сказала:

– Спасибо вам, господин Паннассав. Вы рассказали мне массу интересного.

Капитан отверг ее благодарность галантным жестом и растянулся на скамейке.

– Ерунда, - сказал он скромно.
– Не стоит благодарности.

Ближе к вечеру они заметили увенчанную снежной шапкой гору, сверкающую в свете заходящего солнца.

– Везувий, - сказал Савари.

Юнга, который скорчился на бухте каната около мачты, крикнул, что видит судно. Когда оно подошло ближе, оказалось, что это бригантина внушительных размеров.

– Какой флаг?

– Французский, - весело крикнул в ответ Муччо.

– Поднять флаг Мальтийского ордена, - приказал Паннассав.

– Почему мы не поднимаем французский флаг, завидев соотечественников? удивилась Анжелика.

– Потому что мне не нравятся мои соотечественники, когда я вижу их на испанском военном корабле.

Галеон, видимо, собирался пересечь курс маленькой "Жульетты". На всех его реях развевались орифламмы.

Месье Паннассав проглотил ругательство:

– Ну что я говорил! Они идут на сближение. Это не регулярный корабль они в неаполитанских водах, и Франция не воюет с Мальтийским орденом. Это какая-то хитрость. Подождем и посмотрим.

Галеон продолжал идти прежним курсом. Потом Анжелика к своему удивлению увидела, как французский флаг опустился и на его место был поднят не знакомый ей флаг.

– Флаг великого герцога Тосканского, - сказал Савари.
– Это означает, что на борту корабля французы, но он имеет право вести дела с Мессиной, Палермо и Неаполем.

– Нас еще не поймали, детки, - прошептал капитан.
– Приготовимся пошутить, если они настаивают.

Им был виден человек в длинном красном плаще и в шляпе с перьями, стоявший на корме и наблюдавший за ними в подзорную трубу. Когда он отнял трубу от лица, Анжелика заметила, что оно закрыто маской.

– Это дурной признак, - проворчал Паннассав.
– Тот, кто надевает маску, идя на переговоры, - не добрый христианин.

Человек с лицом палача, очевидно, помощник, дал человеку на корме рупор.

– Какой груз?
– крикнул тот по-итальянски.

– Везем свинец из Испании на Мальту, - ответил Паннассав на том же языке.

– Это все?
– надменно крикнул тот по-французски.

– Еще немного трав, - ответил Паннассав также по-французски.

Человек, перегнувшийся через поручень, разразился смехом. Паннассав подмигнул.

– Насчет трав - хорошо придумано. Они ими подавятся!

Потом, посовещавшись с помощником, человек в шляпе снова поднял рупор.

– Спустите паруса и приготовьтесь к проверке. Мы собираемся проверить коносаменты.

Паннассав побагровел:

– О чем он думает, обрушивая закон на невинных людей? Ну, сейчас я ему задам!

С борта бригантины спустили шлюпку. В нее уселись матросы, вооруженные мушкетами, под командой некрасивого помощника, один глаз которого был закрыт черной повязкой, отнюдь его не украшавшей.

– Муччо, берись за парус. Скаяно, приготовься принять руль, когда я скажу. Дедусь, вы умнее, чем кажетесь. Походите вокруг меня, чтобы они вас видели. Повернитесь к ним спиной. Вот так. Это ключ от сундука с порохом. Прихватите еще и пуль. Нужно действовать так, чтоб они не видели. Пушка уже заряжена, но мы ее придержим в запасе. Пока не снимайте с нее чехла, я думаю, ее еще не заметили.

Парус наполнился, и "Жульетта" легла в дрейф. Шлюпка направилась к ним, то пропадая между волн, то показываясь уже на меньшем расстоянии.

Мельхиор Паннассав снова крикнул в свой рупор:

– Я не признаю вашего права вступать ко мне на борт.

В ответ послышался презрительный смех.

– Ну погоди, - проворчал капитан.
– Берите румпель, дедусь, - он сорвал парусиновый чехол, закрывавший пушку, схватил фитиль, который до сих пор держал в зубах, поджег его от трута и засунул в запальное отверстие пушки.

– Держитесь, детки, и да поможет нам бог!

Пушка рявкнула, так тряхнув судно, что все попадали на палубу.

– Мимо, черт бы их побрал!
– выругался Паннассав. Он возился в густом дыму, стараясь перезарядить пушку.

Выстрел обдал призовую команду брызгами, и только. Когда дым рассеялся, нападающие снова стали видны, целые и невредимые. Они бросили весла и принялись заряжать мушкеты.

"Жульетта" все еще лежала в дрейфе - легкая добыча для более сильного противника.

– Руль, Скаяно, руль! А вы, дедусь, попробуйте помочь ему кормовым веслом.

Град мушкетных пуль поднял вокруг них фонтанчики воды. Капитан взвыл и схватился за правую руку.

– О, вы ранены!
– взвизгнула Анжелика, бросаясь к нему.

– Ублюдки! Я заставлю их заплатить за это. Дедусь, вы умеете стрелять из пушки?

– Я был пушкарем у Сулеймана-паши.

– Отлично! Подойдите к орудию и приготовьте фитиль. Бери руль, Муччо.

Шлюпка была теперь не дальше пятидесяти морских саженей, носом к шхуне, и представляла собою плохую мишень. И парусное суденышко, и шлюпка подпрыгивали на волнах под порывистым ветром.

– Сдавайтесь, дурачье, - крикнул человек с черной повязкой.

Мельхиор Паннассав, все еще зажимая рану на руке, обернулся на своих спутников. Все покачали головами. Тогда он крикнул:

– Провансальские капитаны не сдаются!
– и, указывая пальцем на Савари, прошептал: - Огонь!

Второй выстрел потряс судно. Когда дым рассеялся, открылись плавающие в воде обломки и весла, за которые цеплялись люди.

– Браво!
– проворчал капитан.
– А теперь - поднять все паруса! Попробуем удрать.

Но тупой удар потряс "Жульетту". Анжелике показалось, что планшир, в который она вцепилась, плавится под ее руками, как масло. Холодная вода захлестнула ее ноги. Потом она почувствовала соленый вкус во рту.

Глава десятая

Капитан корсарского корабля снял маску, открыв еще молодое лицо, загар которого приятно контрастировал с серыми глазами и светлыми волосами. Но сетка тонких морщин придавала ему насмешливое выражение, а мешки под глазами свидетельствовали о неумеренной жизни. Виски у него начинали седеть.