Чтение онлайн

– За всю свою жизнь, - заметил с высокомерным видом, - я не видал такой жалкой команды. Кроме этого марсельца, который неплохо сложен, - если не считать пули в плече, - только двое тощих мальчишек и пара плюгавых стариков, один из которых зачем-то подделывается под негра, - он схватил Савари за бороду и подтянул к себе.
– Как ты думаешь, что ты выиграешь, сменив цвет? Негр ты или нет, я не выручу за твой старый скелет и двадцати цехинов.

Помощник с черной повязкой, плотный, темнокожий человек дрожащим пальцем указал на старика:

– Это тот самый... тот, который потопил... нашу шлюпку... из пушки, он насквозь промок и клацал зубами. Кроме него, выловили из воды еще трех человек, но пятерым членам команды "Гермеса" столкновение с безобидным на вид парусным суденышком стоило жизни.

– В самом деле? Вот этот?
– переспросил пират, пронзая взглядом змеиных глаз съежившегося старика, выглядевшего настолько жалким, что трудно было не заподозрить помощника во лжи.

Тот пожал плечами и отвернулся от едва ли привлекательной группы, состоящей из Савари, Флипо, юнги и старого Скаяно - со всех стекала на палубу соленая вода, к могучему провансальскому капитану, лежавшему на палубе с перекошенным от боли лицом.

– Эти провансальские дурни - как они горды! Думаешь, они блефуют, а они не боятся атаковать целый флот. Идиот! Что ты выиграл своей смелостью? Если бы твоя лодка не была так хороша, я пустил бы ее на дно. Но теперь посмотрим на этого юношу, который из всей компании кажется единственным стоящим товаром, - он направился к Анжелике, стоявшей поодаль от остальных. Она тоже дрожала в мокрой одежде, потому что солнце стояло невысоко над горизонтом, а ветер становился холодным. С рассыпавшихся по плечам локонов стекала вода.

Капитан осмотрел ее с тем же холодным презрением, с которым рассматривал всех остальных пленников.

Ему стало не по себе, потому что мокрый костюм прилип к телу, обрисовывая его форму. Блеклые брови пирата сходились все ближе и ближе, глаза сузились в щелочки, на губах заиграла дьявольская усмешка.

– Ну, молодой человек, - произнес он, - как вам понравилось путешествие?
– он вытащил шпагу и приставил ее к груди Анжелики у самого воротника рубашки, края которой она инстинктивно пыталась стянуть. Она чувствовала, как стальное острие царапает ей кожу, но не вздрогнула.

– А ты смел, а?
– он чуть нажал на шпагу. Анжелика едва не лишилась чувств от боли. Неожиданно лезвие шпаги скользнуло вдоль выреза рубашки и разрезало ее, обнажив белую грудь.
– Отлично, женщина!

Матросы разразились диким хохотом, а Анжелика быстро стянула разорванную рубаху на открытой груди. Глаза ее пылали.

Корсар не переставал улыбаться.

– Женщина! Сегодня на борту "Гермеса" сплошные шутки. Старик, маскирующийся под негра, женщина, маскирующаяся под мужчину, провансалец, играющий роль героя, и даже старина Кориано, который кажется морским богом, - при виде отвратительного помощника с повязкой на глазу, который отзывался на имя Кориано, раздался новый взрыв смеха.

Анжелика выждала, пока уляжется шум.

– И свинья, разыгрывающая из себя французского дворянина, - закончила она.

Он выслушал оскорбление, не переставая улыбаться.

– Отлично! Новые сюрпризы! Женщина с даром остроумия! Это редкость в восточных портах. Быть может, сегодняшний день для нас не так уж и неудачен, господа. Откуда вы, красавица? Из Прованса, как и ваши друзья?

Не дождавшись ответа, он подошел к ней и положил руку ей на талию. Не обращая внимания на то, что она отступила, пират вытащил кинжал и снял с нее пояс. Взвесив его в руке, он с понимающей улыбкой раскрыл его и стал пересыпать золотые монеты из одной руки в другую. Мужчины подошли ближе, глаза их загорелись. Однако стоило ему взглянуть на них, и они отступили.

Он еще пошарил в ее поясе и вытащил заемные письма, которые она завернула в непромокаемую парусину. Развернув пакет, он, видимо, почувствовал себя неловко.

– Мадам дю Плесси-Белльер, - протянул он. Потом пришел в себя: Позвольте мне представиться. Маркиз д'Эскранвиль!
– его поклон свидетельствовал об определенном воспитании и о том, что титул был подлинным. Она начала надеяться, что из уважения к равному с ним положению в обществе он проявит к ней некоторое почтение.

– Я вдова маршала Франции, - сказала она, - и еду на Крит проверить дела моего покойного мужа.

Его губы сложились в недобрую усмешку, но глаза оставались холодными.

– Меня зовут Грозой Средиземноморья, - произнес он. Потом, подумав немного, провел ее в каюту, которую, очевидно, держал наготове для непростых пассажиров, особенно для женщин.

Там в грязном старом окованном медью сундуке Анжелика нашла европейские и турецкие женские украшения, покрывала, поддельные драгоценные камни и комнатные туфли. Она задумалась, снимать ли ей свою одежду, потому что на этом судне она не чувствовала себя в безопасности. Ей казалось, что через щели между досками в стенах каюты за ней подглядывают подмигивающие глаза. Ледяная одежда все еще липла к ее телу, и она никак не могла заставить себя не стучать зубами. Наконец она сделала над собой усилие, стянула одежду и с отвращением переоделась в белое платье, которое пришлось ей почти впору, но было очень безвкусным и вряд ли уместным для данного случая. Она подумала, что похожа в нем на пугало. В испанской шали, накинутой на плечи, она стала выглядеть лучше. Она съежилась на койке и долго лежала так в совершенной прострации. Волосы у нее слиплись и воняли морской водой, как сырые деревянные стенки каюты, и от этого мерзкого запаха Анжелику тошнило.

Она была совершенно одна посредине моря, забытая и заброшенная, как потерпевший кораблекрушение моряк, цепляющийся за плот. Собственными руками она разорвала все, что связывало ее с некогда блестящей карьерой, и никто не поможет ей перейти через разверзшуюся пропасть. Где соединятся разошедшиеся концы? Даже если пират-дворянин вдруг доставит ее на Крит, что она будет там делать? Теперь у нее нет денег. Ей остается надеяться только на арабского купца по имени Али Мектуб. Потом Анжелика вспомнила про француза, который исполнял обязанности консула и который мог, возможно, помочь ей. Она старалась припомнить его имя: Роше?.. Поше?.. Паше?..
– Нет, все не то...

Она услышала звук ключа, поворачивающегося в замке двери. Появился Кориано с фонарем в сопровождении мальчика, который нес поднос. Он подвесил фонарь к световому люку и, жадно глядя единственным глазом на узницу, приказал поставить поднос на пол. Потом, указав на него корявым пальцем с огромными перстнями, приказал ей есть.

Когда он вышел, Анжелика не смогла устоять перед соблазнительным ароматом, исходившим от подноса, на котором были жареные креветки, суп из крабов и апельсины, а также бутылка хорошего вина. Анжелика с жадностью проглотила еду. Силы ее были на исходе, она умирала от усталости и тревог. Услышав тяжелые шаги маркиза д'Эскранвиля, она чуть не закричала.

Пират повернул ключ в замке и вошел. Он был так высок, что ему приходилось наклонять голову в каюте с низким потолком. В красном свете фонаря он мог показаться красивым - с седеющими висками, с ясными глазами, если бы не жестокая усмешка, постоянно кривившая его рот.

– Ну, - сказал он, увидев пустой поднос, - мадам, очевидно, отдала должное еде.

Она презрительно молчала, отвернув голову. Он положил ладонь на ее обнаженное плечо. Она сбросила руку и забилась в узкий угол в кормовой части каюты, шаря глазами в поисках какого-нибудь оружия, но ничего не находила. Он наблюдал за ней, как дикий кот.