Чтение онлайн

Она отчаянно пыталась погрузиться в воспоминания о прошлом, вызвать в своей памяти образ графа Тулузского под сводами Дворца Веселой Науки. Но видения ускользали от нее. Тогда она попробовала уснуть - сон рассеет туман, скрывавший ее любовь. Сон овладел ею, и она слышала тихий голос, шепчущий ей в ухо: "Вы устали... Вы уснете в моем доме... Там розы... лампы... окна, выходящие на море..."

Вскрикнув, она проснулась. Ее тряс склонившийся над ней Савари.

– Мадам дю Плесси, проснитесь. Вы чуть не подняли на ноги всю галеру.

Анжелика села на своей кушетке и прижалась к переборке. Наступила ночь. Непрестанного бормотания гребцов больше не было слышно, потому что галера шла только под парусами и 120-футовые весла были убраны. Единственным звуком, нарушавшим неестественную тишину, были шаги барона фон Нессенода, ходившего по палубе. Кормовой фонарь был притушен, чтобы не привлекать внимания пиратов, без сомнения, шнырявших в проливе между Мальтой и Сицилией справа и берберийским берегом Туниса - слева.

– Во сне меня преследовал колдун, - вздрогнула Анжелика.

– Если бы это так и осталось сном!
– сказал Савари.

– Что вы имеете в виду? О чем вы думаете?

– Я думаю, что такой дерзкий пират, как Рескатор, не даст вам так просто уйти от него, не постаравшись вернуть то, что принадлежит ему.

– Я не принадлежу ему, - с отсутствующим видом произнесла Анжелика.

– Он заплатил за вас цену целого корабля.

– Теперь меня защитит мой муж, - ответила она, хотя и не вполне уверенным тоном. Савари молчал.

– Мэтр Савари, - прошептала Анжелика.
– Вы думаете, это может быть ловушкой? Я знаю, вы не доверяете Мохаммеду Раки, хотя у него есть неопровержимые верительные грамоты, не так ли?

– Так.

– Он безусловно виделся со своим дядей Али Мектубом, раз у него находится мое письмо. И он видел моего мужа. Он приводил подробности, которые могу знать я одна и которые почти позабыла, но сразу же вспомнила. Если только... О, Савари, не думаете ли вы, что я могу оказаться жертвой каких-нибудь чар, обманываться видениями, которые вижу на каком-то далеком экране и которые заставляют меня верить, а между тем то, чего я хочу больше всего на свете, - всего лишь мираж, средство, чтобы заманить меня в ловушку. О, Савари, я так боюсь...

– Такие вещи возможны, - заявил аптекарь, - но не думаю, чтобы мы с этим столкнулись. Это что-то другое... быть может, и ловушка, но без всякой магии. Мохаммед Раки сказал нам не всю правду. Подождите, пока не доберемся до цели. Тогда увидим, - он растворял в оловянной чашке пилюлю.
– Выпейте это. Вы лучше отдохнете.

– Опять ваше мумие?

– Вы прекрасно знаете, что у меня больше нет мумие, - жалобно сказал Савари.
– Я истратил все на греческий огонь в Кандии.

– Савари, почему вы так настойчиво стремились сопровождать меня в этой поездке, которую не одобряете?

– Как я могу оставить вас, - проворчал он, как бы размышляя о трудной научной проблеме.
– Действительно, я не одобряю ее, но я попаду в Алжир.

– В Бон?

– Это одно и то же.

– Христиане там в большей безопасности, чем в Алжире.

– Кто знает?
– ответил Савари, качая головой, как пророк, которому являются видения.

Неожиданно ночное небо озарилось сверхъестественным огнем, который несколько раз изменил цвет и наконец рассыпался разноцветными искрами.

– Ракета!

Оцепенение на корабле сменилось суматохой. Туда и сюда бежали матросы и солдаты, окликая друг друга. Анжелика вцепилась в Савари. Это зрелище напомнило ей начало боя между королевской галерой и ксебекой Рескатора.

– Савари, вы думаете, мы можем снова встретиться с этим пиратом?

– Мадам, вы говорите так, будто я военный стратег и притом обладаю сверхъестественной способностью одновременно находиться на галере Мальтийского ордена и на ксебеке. Турецкая ракета не обязательно означает присутствие Рескатора. Она также может означать алжирского дозорного, или тунисского, или марокканского.

– Но она вроде бы взлетела с нашего корабля.

– Значит, на борту есть предатель!

Не будя остальных пассажиров, они пошли по палубе. Галера, видимо, шла зигзагами, явно пытаясь сбить врага со следа. Анжелика услышала голос де Роже, возвращавшегося с носа вместе с германским рыцарем:

– Брат мой, пришло время надевать доспехи.

– Нет еще, брат мой.

– Вы искали изменника, который пустил эту ракету с палубы?
– спросила она.

– Да, но безуспешно. Он получит свое позже. Смотрите!

Далеко впереди по курсу она могла различить цепочку огней. Она не знала, берег ли это материка или просто остров. Огни мелькали и двигались, выстраиваясь то в прямую линию, то в дугу.

– Засада! Тревога!
– вскричал барон фон Нессенод.

Все бросились на свои посты и начали поднимать шестифутовый палисад, используемый при битве с кораблем более высоким, чем собственная галера.

Анжелика насчитала тридцать огней, двигавшихся над водой. "Берберы", сказала она тихо.

Проходивший мимо де Роже услыхал ее.

– Вы правы, но не тревожьтесь. Это лишь маленькие суденышки, которые наверняка не посмеют напасть на нас, если только к ним не придет подкрепление. Однако это может показаться ловушкой. Поджидали ли они нас? Судя по ракете, поджидали. Во всяком случае, мы не собираемся тратить боеприпасы в стычке, когда легко можем просто уйти от них. Вы только что слышали, как капитан приказал не надевать доспехов. Мы не надеваем их до тех пор, пока не вступим в бой, чтобы наши люди не уставали от ожидания. Барон фон Нессенод ведет себя в битве как лев, но он не сочтет нужным рисковать своими людьми и своим кораблем, если ему противостоит меньше трех галер.

Несмотря на заверение рыцаря, что эти лодки не представляют опасности, Анжелика не могла не заметить, что они быстро приближались к тяжело нагруженной галере. А та, поставив все паруса, которым помогали три ряда весел, повернула и теперь направлялась к еще свободному выходу из грозного круга.

Вскоре огни флотилии исчезли вдали. Чуть позже перед самым носом галеры показалась темная громада гористого острова. Оба рыцаря рассматривали карты при свете фонаря.

– Это остров Кам, - сказал немецкий рыцарь.
– Проход в бухту очень узок, но с божьей помощью мы войдем в нее. Это даст нам возможность пополнить запасы воды и в то же время спасет от тунисских галер, которые не замедлят присоединиться к флотилии, только что попавшейся нам. На острове живет лишь несколько рыбаков, и они не помешают нам сойти на берег. Здесь нет ни форта, ни пушек.