Чтение онлайн

Необычный посол в парике был не кем иным, как французским купцом из Сале, мэтром Бертраном, старым жителем Марокканского побережья, который взял на себя труд добраться до Мекнеса и возвестить о прибытии долгожданных отцов-тринитариев. Хороший христианин, стремящийся прийти на помощь своим несчастным собратьям, он поставил свое знание Марокко на службу тринитариям, которые в первый раз высадились на берег ревностно охраняемого королевства Мулаи Исмаила. Святые отцы со своими дарами и верительными грамотами следовали за ним, совершая на своих ослах небольшие переходы.

Невольников сразу же охватило радостное возбуждение. Среди них были моряки, которые неоднократно бывали в плену в Алжире или Тунисе и получали свободу только благодаря вмешательству этих святых отцов, очень любили их и звали "матуринами", то есть "братьями на ослах", потому что их часто видели в глубине этих стран, куда они отважно проникали, чтобы выкупать рабов. Но Марокко в течение пятнадцати лет было закрыто для них. Колену Патюрелю стоило больших трудов уговорить султана.

Наконец они прибыли. Старый Колен, старейшина рабов, семидесяти лет от роду, двадцать из которых прошли в неволе, упал на колени и вознес благодарность Господу. Наконец-то он должен снова познать свободу! Это удивило его товарищей, потому что Колен, который ухаживал за садами султана и, похоже, испытывал наслаждение от своей работы, всегда казался вполне довольным своей судьбой. Он признавался, что, покидая Марокко, не удержится от слез, но он должен уехать отсюда, потому что начал лысеть, а султан не любит лысых и, увидев лысого человека, разбивает ему голову ударом медного набалдашника своей трости. Я слишком стар, говорил Колен, чтобы умереть такой смертью.

Султан позволил рабам приветствовать святых отцов, держа в руках пальмовые ветви.

Анжелика не могла этого больше выносить. В первый раз она попросила главного евнуха оказать ей милость и позволить присутствовать, когда Мулаи Исмаил будет принимать святых отцов. Осман Фараджи полуприкрыл глаза, прикидывая, что скрывается за ее просьбой, и, наконец согласился.

Итак, ей осталось ждать совсем немного. Миссию разместили в еврейском квартале, где она неделю оставалась взаперти под тем предлогом, что святым отцам негоже посещать кого-нибудь прежде, чем они получат аудиенцию у султана. Военачальники, министры и высокопоставленные ренегаты отправились туда, чтобы осмотреть подарки, приготовленные святыми отцами для султана, и проверить, выгадают ли что-нибудь от этого визита они сами.

Наконец в одно прекрасное утро Анжелике было велено приготовиться к прогулке. Осман Фараджи подвел ее к занавешенным носилкам, которые должны были тщательно охраняться. У ворот, выходивших на площадь, главный евнух сделал знак остановиться. Анжелика выглянула в щелочку между занавесками.

Султан уже сидел, скрестив ноги, на своем месте, обутый в желтые туфли с загнутыми носами. Сегодня он был одет в зеленое - признак хорошего настроения. Он прикрывал рот складкой своего бурнуса, отбрасывающего зеленый отблеск на его глаза. Ему тоже не терпелось взглянуть на христианских священников вблизи и посмотреть на принесенные ему подарки. Ренегат Родани уже сообщил ему, что среди подарков есть двое часов. Но Мулаи Исмаил действительно хотел поспорить о вере с этими высокопоставленными священнослужителями христианской религии. Каким триумфом это было бы для Аллаха! Он тщательно подготовил свое обращение к ним и так и горел от убежденности в своей правоте.

Его охраняло всего тридцать негров, вооруженных мушкетами с серебряными прикладами. Позади него стояли двое негритят - один обмахивал султана опахалом, другой зонтиком закрывал его от солнца. Вокруг сидели на корточках вожди и ренегаты в полном придворном облачении, с перьями на тюрбанах, в расшитых одеждах.

Отцы-тринитарии появились в дальнем конце площади в сопровождении дюжины рабов, несущих подарки. Их представляли султану француз-ренегат Родани, еврей Захариас и вождь Ибн Мессауд.

Святые отцы тщательно подбирали послов для такой необычной миссии, к которой они стремились уже много лет. Их было шестеро, причем трое могли говорить по-арабски, а испанский знали все. Каждый из них участвовал по меньшей мере в трех аналогичных миссиях в Алжире или Тунисе, и все они славились своим знанием обычаев мусульманского мира. Возглавлял миссию преподобный отец де Валомбруз, младший сын в видной семье из Берри, профессор Сорбоннского университета, который приносил на дипломатические переговоры непоколебимый здравый смысл крестьянина и достоинство благородного дворянина. Никто лучше него не мог справиться с посольством к Мулаи Исмаилу.

На султана произвела большое впечатление одежда святых отцов - белые сутаны с красным крестом впереди, а также их бороды. Они выглядели как благочестивые мусульманские отшельники, высоко почитаемые последователями пророка.

Первым заговорил султан. Он приветствовал святых отцов и похвалил их за милосердие и упорство, приведшие их так далеко в стремлении выручить своих братьев. Затем он отдал должное королю Франции. Отец де Валомбруз, часто бывавший при Версальском дворе, достойно ответил на это, сказав султану, что Людовик XIV, благодаря своим доблестным делам и великолепию своей жизни, является величайшим монархом христианского мира.

Мулаи Исмаил выразил свое одобрение, после чего принялся многословно восхвалять великого пророка ислама и его закон.

Анжелика находилась слишком далеко, чтобы следить за всеми перипетиями долгой дискуссии, однако она заметила, что Мулаи Исмаил на протяжении своей речи все больше и больше возбуждался. Его лицо светилось, как грозовое облако, пронизываемое солнечными лучами. Крепко сжимая кулаки, он заклинал гостей признать свои ошибки и понять, что вера Магомета - единственно истинная, единственно правильная вера, снизошедшая на людей и донесенная до нас пророками со времен Адама. Он не настаивает, чтобы они отреклись от своего вероучения, потому что они пришли к нему как послы, а не как рабы, но просит их об этом, чтобы им не пришлось держать ответ перед Богом за свой отказ. Ему причиняет боль присутствие в его державе людей, подверженных такому страшному заблуждению. Счастливы те, кто не присоединился к богохульственной доктрине о троице, которая смеет утверждать существование трех Богов, а не одного!

– Да, Бог - это один Бог, весьма далекий от такой человеческой слабости, как удовольствие иметь сына. Ииус похож на Адама, которого он создал из праха. Он был только посланником Бога и его словом, частью его духа, оплодотворившего деву Марию, дочь Авраама. Ни он, ни она не были дитем греха. Поверьте поэтому в Бога и его пророка, не говорите больше, что Бог существует в трех лицах, и вы найдете себя.

Храбрые отцы-искупители терпеливо внимали этой длинной речи, в которой их обвиняли в распространении ложной веры. Они воздержались и не стали обращать внимание султана на то, что на самом деле они были "отцами церкви святой троицы", а "искупители" - просто их общепринятое прозвище. В своем письме Колен Патюрель ясно предупредил их, что им следует называться этим именем, и теперь они поняли - почему.

Они поблагодарили султана за такую заботу об их душах и заверили, что они, конечно же, хотят умереть в святости. Но согласно учению христианства они проделали весь этот путь, чтобы выкупить своих братьев, и, несмотря на горячее желание доставить ему удовольствие, они не могут изменить веру после того, как предприняли такое трудное путешествие единственно с целью выкупить рабов, сохранивших верность христианскому учению.

Султан принял их доводы и постарался скрыть разочарование.

Рабы уже развязали веревки, которыми были обвязаны тюки с товарами, и подняли крышки сундуков. Святые отцы предлагали султану много штук дорогой ткани, завернутых в золотую материю. Потом распаковали три перстня и три ожерелья. Мулаи Исмаил надел кольца на пальцы, а ожерелья положил на землю рядом с собой; время от времени он брал в руки то одно, то другое и внимательно рассматривал. Наконец распаковали часы, которые почти не пострадали в дороге. Золотой циферблат самых больших из них изображал солнце, а цифры были сделаны из золотистой перегородчатой эмали.

При виде часов Мулаи Исмаил обрадовался как ребенок. Он заверил святых отцов, что благосклонно отнесется к их просьбе и освободит двести рабов. Никто не смел рассчитывать на такое количество.

Этой ночью, чтобы показать свою радость и благодарность султану, рабы устроили грандиозный фейерверк вдоль рва, окружавшего цитадель. Мавры никогда не видели ничего подобного - огненная галера, деревья, выраставшие из земли, птица, летавшая между ними и извергавшая из клюва разноцветное пламя...