Чтение онлайн

Анжелика обладала особенной силой. Сначала он недооценил ее, но теперь понял, что она принадлежит к тем немногим людям, существо которых было для него непостижимой загадкой. Он совершил серьезную ошибку, и ее можно было объяснить только тайной ее женственности, которая скрывала непобедимую душу. Ему приходилось склониться перед тем, что за бесподобной красотой прятался неожиданный характер и необычная судьба, неожиданная для нее самой.

Настраивая свои астрономические инструменты, он сомневался, не попался ли он в ловушку.

Анжелика глядела на звезды. Они виделись ей скорее светом, мерцающим через проколотые булавкой дырочки, а не сияющими каменьями на черном бархатном небосводе, какими казались через телескоп. Что он ищет в громадном мире?

Анжелика не считала себя сведущей в столь возвышенной и таинственной науке. Из-за того, что пребывание на вершине башни под звездным небом напомнило ей далекие-далекие ночи в Тулузе, она вспоминала, как ее ученый муж, граф де Пейрак, иногда приводил ее в свою лабораторию и брал на себя труд объяснять ей сущность своих экспериментов, без сомнения, он счел ее глупой. Было бы лучше, если бы он не брался за это.

Она так устала душой и так разочаровалась во всем. Жизнь спустила ее на общий уровень, откуда она безуспешно старалась подняться. Она была всего лишь простой женщиной, у которой не было иного выбора, кроме как принадлежать Мулаи Исмаилу или умереть из-за своего упрямства. Никакого выбора, кроме как отдаться королю Франции или быть изгнанной. Продаться или быть проданной. Ударить, чтобы не быть сокрушенной. Была ли в жизни иная цель? Жизнь! Она откинула голову и устремила взор в безграничную свободу неба. Жизнь, о боже! Не метаться все время между падением и смертью!

Если бы только рабы помогли ей бежать! Теперь, когда Савари больше не было в живых, вряд ли удастся уговорить их связываться с женщиной. И все же, если она сумеет заполучить ключ от этой дверцы и сама выберется из гарема, Колен Патюрель, быть может, не откажется взять ее со всеми. Она упросит его на коленях.

Но как ей добраться до этого ключа, который был только у главного евнуха и у Лейлы Айше?

– Почему ты сбежала?

Анжелика вздрогнула. Она забыла о присутствии главного евнуха и о его ужасной способности читать мысли. Она открыла было рот, но слова не шли, хотя он и не смотрел на нее. Он говорил как будто про себя, не отводя глаз от звезд.

– Почему ты бежала из Кандии?
– Он положил подбородок на ладони и закрыл глаза.
– Зачем ты бросила этого христианского пирата, который купил тебя?
– он говорил таким необычным дрожащим голосом, что Анжелика от удивления не ответила.
– Скажи, зачем ты бежала? Разве ты не чувствовала, что судьба Рескатора и твоя судьба связаны? Отвечай, разве ты не чувствовала?
– теперь он опять говорил властным голосом, глядя на нее. Она кротко пробормотала:

– Да... чувствовала.

– О, Бирюза, - воскликнул он почти печально.
– Запомни, что я скажу тебе: нельзя противодействовать судьбе и нельзя игнорировать знамения, если они являются тебе. Знак этого человека пересек твою судьбу и... я не могу предвидеть всего, Бирюза. Мне пришлось бы производить бесконечные вычисления, чтобы прочесть на звездах бесконечную историю, которую я, кажется, угадываю там. Я знаю, что этот человек принадлежит к твоей расе.

– Вы имеете в виду, что он француз?
– переспросила она нерешительно. Говорят, он испанец или, быть может, марокканец.

– Не знаю... я имею в виду... что он принадлежит к расе, еще не сотворенной... как и ты, - он делал в воздухе какие-то знаки руками. Независимая спираль, соединяющаяся с другой, которая...
– он принялся быстро говорить что-то по-арабски. Старый турок записывал его слова.

Крайним напряжением ума Анжелика старалась уследить за их разговором и прочесть на их лицах, разгадать по движениям компасов и глобусов, которыми они все время манипулировали, приговор, от которого зависела ее жизнь.

Еще недавно ее мысли были далеко от Рескатора, образ которого уже стерся в ее памяти, оттесненный на задний план яростной борьбой с Мулаи Исмаилом. Но теперь она вся оказалась во власти неожиданных воспоминаний об этой фигуре в черной маске...

Глядя на Османа Фараджи, опять направлявшего телескоп на небо, Анжелика осмелилась задать вопрос:

– Вы знали его, Осман-бей? Он колдун, как и вы?

Он медленно покачал головой:

– Может быть. Но его магия была иного рода, чем моя. Я в самом деле встречал его. Он христианин, но говорил по-арабски и на нескольких других языках, однако нам трудно было обмениваться мыслями. Я был как человек из прошлого, оказавшийся лицом к лицу с человеком из будущего, обремененным знаниями завтрашнего дня.

– Но разве он не обычный пират?
– сердито воскликнула она.
– Презренный контрабандист, торговец серебром...

– Он искал свой путь в мире, изгнавшем его. И так будет продолжаться, пока он не погибнет или пока не найдет своего места. Как ты не можешь понять этого, ты, пережившая столько превратностей судьбы и теперь напрасно старающаяся найти свою подлинную природу?

Анжелику с головы до ног охватила дрожь. Нет, это неправда! Главный евнух не может этого знать! Не мог он прочесть этого на звездах. В страхе всматривалась она в темное небо. Ночь была ясной и теплой. Ветер, дующий из пустыни, приносил запахи садов Мекнеса. Эта ночь была похожа на любую другую ночь, но на вершине башни Мазагреб она чувствовала, что воздух насыщен чем-то тревожным. Анжелика хотела бы улететь, оставив этого черного мудреца здесь, среди его странных инструментов, с помощником, выводящим кабалистические знаки и в своих очках напоминающим суетливое насекомое.

Больше она знать ничего не желает. Она слишком устала для этого. И все же она стояла неподвижно, не в силах оторвать глаз от медленных движений телескопа, направленного на небо.

Ученость Османа Фараджи приподнимала уголок занавеса, скрывавшего невидимое. Что еще скажет он ей? Ей казалось, будто его лицо принимает тот пепельный оттенок, который заменял ему бледность, и вдруг он устремил на нее ужасный взгляд, как будто увидел у ее ног несчастье, которому сам был причиной.

– Осман-бей, - вскричала она, - что вы прочли на звездах?

Наступило молчание. Главный евнух опустил глаза и принял непроницаемое выражение.

– Зачем ты бежала от Рескатора?
– прошептал он наконец.
– Он был единственным мужчиной, у которого хватило бы силы на тебя... кроме, быть может, Мулаи Исмаила. Теперь я не знаю, в каком случае ты рисковала больше. Ты приносишь смерть мужчинам, которые встречаются на твоем пути. Вот как!

Она вскрикнула и взмолилась, заломив руки:

– Нет, Осман-бей, нет! Не говорите так!

Он как будто обвинял ее в собственноручном убийстве мужа, которого она так горячо любила. Она опустила голову, будто чувствуя вину, и закрыла глаза, чтобы избавиться от всех других лиц, явившихся к ней из прошлого.