Чтение онлайн

Они два раза подъ-рядъ ставили на постъ военнаго министра двухъ завзятыхъ якобинцевъ, Паша{54} и Бушотта, которые подкапывались подъ нихъ. Въ министерств? внутреннихъ д?лъ они не поддержали Ролана, главную свою опору, и допустили на его м?сто Гарата, идеолога — съ умомъ, полнымъ банальностей, съ характеромъ полнымъ противоположныхъ вождел?ній — ухищрявшагося въ умолчаніяхъ, лжи и полуизм?нахъ подъ тяжестью непосильной для него власти. — Они подали голосъ за казнь короля, и пролитая ими кровь отд?лила ихъ отъ порядочныхъ людей. — Они ввергли Францію въ войну изъ-за принциповъ и вызвали противъ нее европейскую лигу, всл?дствіе чего на границ? снова собралась гроза, утвердившая постоянный сентябрьскій режимъ внутри страны. — Они соорудили заблаговременно самыя худшія орудія наступавшаго террора — посредствомъ декрета, учредившаго революціонный трибуналъ съ Фукье-Тенвилемъ, какъ предс?дателемъ, и съ обязанностью для присяжныхъ гласно и публично высказывать свой приговоръ; посредствомъ декрета, обрекавшаго на гражданскую смерть и конфискацію имущества вс?хъ эмигрантовъ «обоего пола», включая сюда и б?глецовъ и даже возвратившихся; посредствомъ декрета, устанавливавшаго въ каждой общин? таксу на состоятельныхъ людей съ ц?лью привести въ соотв?тствіе ц?ну хл?ба съ заработною платою; посредствомъ декрета, обязывавшаго вс?хъ заявлять властямъ о каждомъ м?шк? хл?ба въ запас?; посредствомъ декрета, устанавливавшаго максимальную ц?ну на вс? товары и принудительный заемъ у богатыхъ въ милліардъ ливровъ; посредствомъ декрета организовать во вс?хъ большихъ городахъ армію изъ санкюлотовъ, чтобъ держать «аристократовъ подъ пиками»; наконецъ, посредствомъ декрета, учреждавшаго Комитетъ общественнаго спасенія и создавшаго этимъ центральный моторъ для приведенія въ скор?йшее движеніе вс? эти острыя косилки для скашиванія состояній и жизней.

Къ этимъ механизмамъ общаго разрушенія они прибавляютъ еще одинъ, спеціально противъ себя. Они не только отпускаютъ своимъ соперникамъ въ Коммун? милліоны, которые имъ нужны, чтобы содержать свои шайки; они не только, подъ видомъ займа, предоставляютъ авансомъ разнымъ секціямъ сотни тысячъ франковъ, чтобы кормить своихъ договъ; но въ посл?днихъ числахъ марта, какъ разъ, когда они случайно были спасены отъ перваго вторженія якобинской толпы въ Конвентъ, — они распорядились избраніемъ въ каждой секціи Комитета политической полиціи (С. de surveillance) съ полномочіемъ производить домовые обыски и обезоруживать подозрительныхъ; они позволяютъ этимъ комитетамъ производить аресты и налагать таксы на отд?льныхъ лицъ; они приказываютъ, для облегченія этой операціи, чтобы на дверяхъ каждаго дома былъ выв?шенъ четко написанный списокъ вс?хъ его жильцовъ, съ обозначеніемъ имени, фамиліи, прозвища, возраста и профессіи.

Въ довершеніе всего, члены большинства Конвента и самихъ себя предоставили на жертву якобинскимъ полицейскимъ комитетамъ, постановивъ, что, не взирая на свою неприкосновенность, и представители французской націи могутъ быть, въ случа? доноса, преданы суду.

Якобинскіе хулиганы въ новыхъ полицейскихъ комитетахъ сум?ли воспользоваться предоставленной имъ тиранической властью. Они ввели якобинскіе паспорты, такъ называемыя гражданскія свид?тельства, cartes сіviques, удостов?рявшія благонадежность въ якобинскомъ смысл? прописаннаго въ нихъ лица. Всякій, кто не могъ добыть себ? такого свид?тельства, считался подозрительнымъ челов?комъ и подлежалъ аресту или всевозможнымъ мытарствамъ. Но и свид?тельства благонадежности не спасали отъ якобинской тираніи. Комитетамъ было предоставлено право производить наборъ въ своихъ участкахъ, и якобинскіе сыщики забирали для отправленія на войну противъ вандейцевъ сыновей буржуазныхъ семействъ: этимъ способомъ они разсчитывали очистить Парижъ отъ 12.000 антиякобинцевъ и свою секцію отъ неудобной оппозиціи.

«Держа одной рукой обывателя за шиворотъ, якобинская полиція другой рукой роется въ его карман?». Полицейскіе комитеты вырабатываютъ прогрессивный налогъ, суровый не только самъ по себ?, но и по способу своего взиманія: треть должна быть представлена въ теченіе двухъ сутокъ, вторая треть — въ теченіе двухъ нед?ль, а третья — въ теченіе м?сяца. Всякое замедленіе обрекало на тяжелыя пени. Вся система была разсчитана на осуществленіе финансоваго идеала Робеспьера: нужно, чтобы и самый богатый изъ французовъ не им?лъ бол?е 3.000 франковъ ренты.

Благодаря такимъ порядкамъ въ Париж? возникаетъ новый революціонный центръ — въ конфискованномъ дом? епископа — l'Eveche, гд? образуется изъ такъ называемыхъ комиссаровъ секцій новый боевой комитетъ подъ покровительствомъ Коммуны и монтаньяровъ. Зд?сь вырабатывается петиція Конвенту, объявляющая 22 членовъ жиронды изм?нниками и требующая ихъ изгнанія. Петиція разносится по городу для собиранія подписей. Предлагая ее, говорятъ: «Не стоитъ читать, она уже принята большинствомъ секцій», — а то просто: «Подписывайте или не получите свид?тельства благонадежности». Петиція вносится въ Конвентъ мэромъ Парижа отъ имени Коммуны и 35 секцій. Но большинство Конвента еще стойко: петиція признана клеветой. Конвентъ избираетъ сл?дственную комиссію изъ 12 жирондинцевъ, чтобы ревизовать д?лопроизводство Коммуны и секцій и выяснить существованіе заговора противъ народнаго представительства. Въ то же время издается декретъ объ арест? Эбера и другихъ вождей заговора.

Наконецъ Конвентъ оказался достойнымъ своего высокаго положенія и призванія, возложеннаго на него страной. Но къ чему это могло теперь послужить? Гд? были исполнительные органы самодержавнаго собранія? Кто готовъ ему повиноваться?

Хулиганы, противъ которыхъ былъ направленъ декретъ Конвента, немедленно отозвались. Эберъ писалъ про жирондинцевъ въ своей газет?, которую военный министръ разсылалъ по войскамъ на казенный счетъ тысячами: «Ихъ смертный часъ насталъ, и когда ихъ нечистая кровь будетъ пролита, сторожевыя собаки аристократіи попрячутся въ свои норы, какъ 10 августа». А другой сентябрьскій герой, Анріо, встр?тивъ портовыхъ рабочихъ, прив?тствовалъ ихъ: «Здорово, товарищи! вы намъ скоро понадобитесь для лучшей работы: не дрова, а трупы вы будете перевозить въ вашихъ тел?жкахъ».

— «Хорошо, хорошо, отв?тилъ одинъ изъ рабочихъ полупьянымъ голосомъ, мы сд?лаемъ то, что уже д?лали 2 сентября: это намъ доходъ».

Но эти неистовые крикуны были только статистами, которыхъ изъ-за кулисъ направляли главные вожди якобинцевъ. Робеспьеръ еще 3 апр?ля сладкор?чиво установилъ программу д?йствія: «Пусть добрые граждане соединятся въ своихъ секціяхъ и принудятъ насъ арестовать нев?рныхъ депутатовъ». Этотъ лозунгъ и былъ осуществленъ 31 мая. Но главнымъ д?ятелемъ на практик? былъ и на этотъ разъ Дантонъ. И какъ о революціи 10 августа противъ конституціонной монархіи, такъ и о революціи 31 мая противъ представительства французскаго народа, онъ былъ въ прав? воскликнуть: «Это я вызвалъ этотъ бунтъ».

Катастрофа жирондинцевъ однако разыгралась въ трехъ актахъ. Понадобилось три приступа революціонной волны на Конвентъ, чтобы выплеснуть изъ него посл?днихъ идеологовъ революціи и превратить его въ простое орудіе клубнаго хулиганства. Въ зас?даніи 27 мая посредствомъ насилій надъ предс?дателями изъ жирондинцевъ, участія галерей и депутатовъ изъ секцій удалось посл? полуночи провести среди общаго шума и темноты, не дозволявшей разгляд?ть, кто сид?лъ, кто вставалъ, два декрета объ освобожденіи Эбера съ товарищами и упраздненіи сл?дственной комиссіи изъ жирондинцевъ.

Но посл?дніе все еще обладали въ Конвент? н?которымъ большинствомъ. На другой день большинствомъ 279 противъ 228 они возстановили сл?дственную комиссію, но не провели декрета объ арест? бунтовщиковъ.

Это придало сторонникамъ бунта еще большее озлобленіе, и они снова приб?гли къ давно испытанному средству. Городская секція подъ предс?дательствомъ главаря сентябрьской р?зни Мальяра приглашаетъ другія секціи избрать по два комиссара съ «безграничными полномочіями». Въ 33 секціяхъ, или опуст?вшихъ или терроризованныхъ, этотъ маневръ удается, и 66 комиссаровъ собираются и избираютъ изъ своей среды исполнительный комитетъ въ 9 членовъ. 31 мая въ 6 часовъ утра этотъ комитетъ отправляется въ Коммуну и объявляетъ ей, что она распущена. Эта революціонная Коммуна безропотно уступаетъ м?сто новой революціи; но представители захватнаго права великодушно возстановляютъ ее именемъ народа. Присоединивъ къ себ? 60 комиссаровъ, эта новая диктатура вступаетъ во власть и прежде всего назначаетъ на постъ командира всей національной гвардіи Анріо. Повторяется комедія 27 мая. Петиціонеры, поддержанные галереями захватываютъ залъ; шумъ и крики прерываютъ зас?даніе, а вокругъ Конвента между батальонами національной гвардіи грозитъ разразиться раздоръ. Желая предотвратить его, большинство Конвента, не выдавая своихъ членовъ и жирондинскихъ министровъ, во вс?хъ другихъ отношеніяхъ удовлетворяетъ Коммуну, упраздняетъ свою сл?дственную комиссію, утверждаетъ постановленіе Коммуны о выдач? вс?мъ вооруженнымъ рабочимъ по 40 су въ день и т. д.

Эта уступчивость была понята бунтовщиками по-своему. Эберъ писалъ въ своей газет?: «Вы одержали только полъ-поб?ды — вс? эти интриганы еще живы». И Коммуна не поцеремонилась въ тотъ же вечеръ распорядиться арестомъ жирондинскихъ министровъ. Сл?дующій день прошелъ въ подготовленіяхъ, и утромъ 2 іюня Конвентъ былъ въ западн?. Національная гвардія поставлена за мостомъ, а самый Конвентъ окруженъ авангардомъ революціи съ пушками Анріо. Изъ Конвента никого не выпускаютъ. Одинъ изъ членовъ, пытавшійся выйти, возвращается съ разорванной сорочкой. Семь часовъ Конвентъ въ осад?, и когда онъ высылаетъ Анріо приказъ, требующій удаленія вооруженной силы, получаетъ отъ него отв?тъ, что ему плевать на предс?дателя и на все Собраніе, и если ему въ теченіе часа не выдадутъ 22 членовъ, онъ разгромитъ Собраніе.

Многихъ изъ жирондинцевъ н?тъ въ Собраніи, четверо пришедшихъ слагаютъ съ себя депутатскія полномочія. Вс?хъ дольше борется, схватившись за трибуну, не жирондинецъ — бретонецъ Ланжюине. Напрасно Лежандръ ему кричитъ: «Сходи или я тебя зашибу». Въ это время слащавый риторъ Бареръ сов?туетъ Конвенту прекратить зас?даніе и перенести его среди вооруженной силы, которая его защититъ. Конвентъ поднимается и выходитъ; предс?датель, дантонистъ Эро-де-Сешель, читаетъ Анріо декретъ Собранія, но самъ Дантонъ вполголоса его предупреждаетъ, чтобы онъ не поддавался, и по команд? Анріо кавалерія вынимаетъ сабли, п?хота ц?лится въ депутатовъ, а канониры съ зажженными фитилями становятся у пушекъ. Маратъ приб?гаетъ со своими оборванцами и кричитъ: «Пусть честные депутаты возвращаются на свои м?ста». Якобинцы втаскиваютъ на трибуну паралитика Кутона, друга Робеспьера, и онъ в?щаетъ сладкимъ голосомъ: «Теперь вы уб?дились, граждане, что вы зас?даете въ полной свобод?», и тутъ же предлагаетъ, при восторженныхъ крикахъ съ галерей, арестъ не только 22 жирондинцевъ, давно нам?ченныхъ, но и членовъ комиссіи дв?надцати съ министрами Клавьеромъ и Лебреномъ. Никто не возражаетъ. Физическая усталость и ужасъ овлад?ваютъ Собраніемъ. Многіе разсуждаютъ, что «судьба исключаемыхъ уже не такъ горька — сид?ть у себя дома въ безопасности». Другіе кричатъ: «Лучше отказаться отъ голосованія, ч?мъ изм?нить своему долгу». Этой лазейкой, этой мнимой сд?лкой съ сов?стью пользуются дв? трети Народнаго собранія, объявляя, что они не принимаютъ участія въ голосованіи. За исключеніемъ пятидесяти правыхъ, голосующихъ за жирондинцевъ, монтаньяры, усиленные бунтовщиками и зрителями, ус?вшимися среди нихъ, одни голосуютъ и выносятъ требуемый декретъ.