Чтение онлайн

Книга Олара опровергаетъ мн?ніе Сеньобо. На долю труда Тэна выпало р?дкое счастіе удостоиться огненнаго крещенія со стороны противника столь же пристрастнаго, какъ и ученаго. Книга Тэна получила единственное освященіе, котораго ей еще недоставало, — она освящена тридцатил?тними учеными занятіями Олара. Каждое утвержденіе Тэна будетъ впредь им?ть за себя двойную гарантію его в?рности — ученость автора и страсть критика, невольно подтвердившаго ея добросов?стность «И самые горячіе поклонники Тэна, восклицаетъ Кошенъ, не пос?туютъ на меня, если я скажу, что критикъ Оларъ былъ не безполезенъ для историка Тэна».

Итакъ вопросъ о строго научномъ характер? исторіи революціи Тэна р?шенъ въ пользу ея автора. Первоисточники разработаны въ нужномъ количеств? и съ полной тщательностью. Въ четырехтомномъ труд?, конечно, не могло обойтись безъ ошибокъ и описокъ при извлеченіи матеріала изъ первоисточниковъ или при обработк? текста на основаніи сд?ланныхъ въ разное время выписокъ. Благодаря Олару, текстъ Тэна можно считать теперь вполн? очищеннымъ и при новомъ изданіи книги Тэна. издатели воспользуются указаніями критика. Въ интересахъ читателей прежнихъ изданій Тэна мы отм?тимъ поправки, сд?ланныя Оларомъ.

Въ числ? маленькихъ городовъ, им?вшихъ до 1789 особаго епископа, упоминается и Couserans… Но это было названіе не города, а м?стности. Тэнъ приводитъ отрывокъ р?чи изъ зас?данія 2 февр. 1792 и въ прим?чаніи приписываетъ ее Камбону, а она была сказана Дюпономъ. Въ зас?даніи 14 іюня присутствовало 497 деп., какъ говоритъ Тэнъ, ссылаясь на Монитеръ, но въ этой газет? указаны 514 депутатовъ! Случай, о которомъ упоминалъ Тэнъ (II, 318) произошелъ не въ Кастри, а по сос?дству, въ Альби. Доказывая участіе Дантона въ возстаніи противъ жирондинцевъ, Тэнъ между прочимъ ссылается на р?чь Леклерка у кордельеровъ… Но въ этой р?чи ораторъ напротивъ жалуется, что Дантонъ противился проекту этого возстанія. Упоминая объ Анріо, который командовалъ національной гвардіей въ день катастрофы съ жирондинцами, Тэнъ зам?чаетъ, что онъ былъ изъ числа сентябрьскихъ убійцъ. Оларъ ув?ряетъ, что хотя въ ихъ числ? и былъ н?кій Анріо, но что это не тотъ же самый. Изображая терроризмъ Фрерона въ Тулон?, Тэнъ ссылается на сочиненіе Фрерона, но указанный фактъ находится въ приложеніи къ книг? Фрерона, принадлежащемъ перу Инара.

Въ сокращенномъ анализ? декрета 14 фримера полномочія Комитета общественнаго спасенія не точно отд?лены отъ полномочій Комитета общей безопасности, что впрочемъ было такъ и въ д?йствительности.

Описывая печальную судьбу вс?хъ 76 президентовъ Конвента, Тэнъ приводитъ статистическую табличку. Оларъ находитъ въ ней ошибку: Колло д’Эрбуа умеръ не насильственной смертью, и зам?чаетъ, что табличка составлена не самимъ Вателемъ, на книгу котораго сд?лана ссылка, а современникомъ Конвента, Рише де Серизи.

* * *

Но, скажетъ читатель, вс?ми этими зам?чаніями, иногда полезными, хотя и мелочными, Оларъ не могъ же наполнить ц?лый томъ своего обвинительнаго акта! На самомъ д?л? мы находимъ у французскаго критика ц?лый рядъ совершенно другихъ обвиненій противъ Тэна, помимо недостаточной эрудиціи и точности! Заподозривъ его въ глазахъ читателя въ томъ, что онъ приводитъ нев?рные или неточные факты и д?лаетъ нев?рныя ссылки, Оларъ д?лаетъ отсюда заключеніе, что и самые выводы Тэна, покоящіеся на такомъ матеріал?, не заслуживаютъ никакого дов?рія — они или страдаютъ преувеличеніемъ, или противор?читъ одинъ другому, или же основаны на неправильномъ обобщеніи.

На самомъ д?л? у Тэна встр?чаются оц?нки и отзывы, въ которыхъ его противники могутъ усматривать преувеличенія. Желая, напр., характеризовать Законодательное собраніе и показать, насколько оно по своему общественному составу и значенію своихъ членовъ стояло ниже Учредительнаго, — а это общепризнано — Тэнъ говоритъ: «Въ немъ н?тъ ни одного аристократа, ни одного прелата стараго порядка, ни одного крупнаго собственника, ни одного представителя высшей государственной службы, ни одного выдающагося лица и спеціалиста въ области дипломатіи, финансовъ, администраціи и военнаго искусства». Олару было не трудно съ па?осомъ на это возразить: «Ни одного аристократа? — а Кондорсе? Ни одного спеціалиста въ д?л? дипломатіи и т. д., а Кохъ, профессоръ страсбургскаго университета, знатокъ международного права… а Камбонъ, а Карно?»

Но если разобраться въ этой критик?, то отзывъ Тэна окажется довольно близкимъ къ истин?. Кондорсе представлялъ въ Законодательномъ собраніи не старинную аристократію, а радикальную философію, по выраженію того времени; Кохъ былъ знатокомъ международныхъ трактатовъ, но не онъ р?шилъ вопросъ о войн? съ Европой, а нев?жественный Бриссо. Считать ли Камбона великимъ финансистомъ, это вопросъ сомнительный — Тэнъ не считалъ его таковымъ: во всякомъ случа? его избиратели знали о немъ только, что онъ купецъ, но не подозр?вали въ немъ будущаго ликвидатора государственнаго банкротства Франціи. Точно также и капитанъ Карно пріобр?лъ изв?стность лишь спустя 2 года, какъ членъ Комитета общественнаго спасенія.

Самъ Оларъ однако впадаетъ при этомъ случа? въ противоположное преувеличеніе, выставляя какъ спеціалиста по дипломатіи Бриссо, «осв?домленнаго путешественника» по Англіи и Америк? и автора книги противъ собственности.

Другое преувеличеніе Оларъ усматриваетъ въ разсказ? Тэна, что добровольцы ворвались насильно въ тюрьму Монтелимара и саблями, какъ говоритъ Тэнъ, «зарубили (hache) невиннаго» Оларъ справился въ архив? и нашелъ тамъ донесеніе врача, засвид?тельствовавшаго, что заключенный израненъ, въ особенности двумя ударами сабли по голов?, что онъ живъ и что его жизнь будетъ въ опасности въ случа?, если его оставятъ въ тюрьм?. И вотъ на какомъ основаніи Оларъ протестуетъ противъ выраженія — hache. Но разв? заключеннаго не рубили саблями?

Обратимся теперь къ мнимымъ противор?чіямъ. Оларъ указываетъ на то, что по словамъ Тэна французская революція «по существу своему была перем?щеніемъ собственности», что въ то время собственниковъ считали людьми вредными, но что Тэнъ не объясняетъ, почему въ такомъ случа? право быть избранными въ депутаты было предоставлено однимъ поземельнымъ собственникамъ! Посл?днее было д?ломъ Учредительнаго собранія, которое держалось теоріи физіократовъ, признававшихъ землю единственнымъ источникомъ народнаго богатства и мечтавшихъ о единой поземельной подати. Но это, какъ изв?стно, не пом?шало какъ этому Собранію, такъ въ особенности сл?дующимъ за нимъ, произвести посредствомъ всевозможныхъ конфискацій колоссальное перем?щеніе собственности.

Оларъ видитъ поразительное (choquant) противор?чіе между заявленіемъ Тэна, что при захват? власти весь составъ стараго правительства былъ насильственно устраненъ (стр. 10), и т?мъ (стр. 65), что якобинское правительство оказалось тотчасъ вполн? организованнымъ, благодаря покорному персоналу, оставленному ему падшимъ правительствомъ»… Но противор?чія зд?сь н?тъ. Въ первомъ случа? р?чь идетъ у Тэна о самомъ правительств?, во второмъ м?ст? Тэнъ говоритъ о бюрократическомъ персонал?, благодаря которому новое правительство нашло себ? въ немъ готовые органы власти.

Оларъ видитъ также противор?чіе въ отзывахъ Тэна о жирондинцахъ. Въ Законодательномъ собраніи, говоритъ Оларъ, онъ ихъ клеймилъ безъ удержа. Потомъ, чтобы сильн?е очернить монтаньяровъ, онъ ихъ отчасти об?ляетъ. Не Тэнъ об?лилъ жирондинцевъ, а сама исторія. Въ Законодательномъ собраніи они были теоретиками и идеологами, которые въ союз? съ террористами сокрушили конституціонную монархію и гражданскій порядокъ, — въ Конвент? они остались т?ми же теоретиками и идеологами, но искренно желали положить конецъ «царству грубой силы и уличнаго кулака».